Меню
  • USD 60.50
  • EUR 62.92 +0.12
  • BRENT 83.91

К 75-летию Победы: Народы СССР на фронтах Великой Отечественной — часть 2

Во имя родины, вперед Богатыри, 1943

К 75-летию Победы: Народы СССР на фронтах Великой Отечественной

Продолжение

9 мая 2020 года президент Российской Федерации Владимир Путин выступил на церемонии возложения цветов к Могиле Неизвестного Солдата. В частности, президент сказал:

«Мы отдаем дань бесконечного признания великому, жертвенному подвигу советского народа, людям разных национальностей, стоявшим плечом к плечу на фронте и в тылу». В последовавшем на следующий день, 10 мая, поздравлении выпускникам высших военно-учебных заведений России президент упомянул о «легендарных традициях российского воинства».

На протяжении всей своей истории — нач. ХVIII века — 1917 год, Русская императорская армия (РИА) являлась одновременно и ключевым социальным институтом, и инструментом этнокультурной интеграции. Регулярная армия с момента своего основания была многонациональной вооруженной силой, с опорой на подданных христианского вероисповедания и с решительным перевесом в своем составе «православных христиан» — «русских». В период комплектования вооруженных сил на основании рекрутской повинности ей подлежали прежде всего русские крестьяне. Перед военной реформой 1874 года рекрутская армия до 90% состояла из «однородного русского элемента».(1)

В начале ХХ века в комплектуемой на основании всеобщей воинской повинности Русской императорской армии «русские», которых в военной статистике после 1860-х годов стали подразделять на «великороссов», «малороссов» и «белорусов», составляли 72,3%, 75,4%, 77,0%, 74,9%, 75,3% ее состава соответственно в 1903—1907 годах.(2) При том, что доля «русских» в населении Российской Империи по переписи 1897 года по языковому критерию составляла 66,81%, из них великороссов 44,35% (55,667 млн чел.), малороссов 17,81% (22,381 млн чел.), белорусов — 4,69% (5,886 млн чел.). Таким образом, перед Первой мировой войной наблюдался не менее чем десятипроцентный разрыв между удельным весом «русских» в населении страны и их «представительством» в составе Русской императорской армии. Среди офицерского корпуса этот разрыв был еще больше —по данным за 1910 год среди офицеров 85,8% были русские. На уровне штаб-офицеров и генералитета заметно повышалось представительство «нерусских», прежде всего остзейских немцев, поляков, «финляндцев» и армян, которые играли весьма важную роль на высших командных постах в армии вплоть до гибели Империи в 1917 году.

Таким образом, всеобщая воинская повинность в Российской Империи в пропорциональном отношении к населению в большей степени ложилась на «триединый русский народ» с решающим преобладанием в нем «великороссов». При этом преобладание в Русской императорской армии «русских» значительно превышало их удельный вес среди населения Российской империи. В конце ХIХ — начале ХХ века вполне проявлялась тенденция вообще к росту количественного числа «русских» в Русской императорской армии из-за высоких демографических показателей прироста среди них.

Русский народ никогда не будет стоять на коленях, 1944

В годы Гражданской войны удельный вес собственно русских (великороссов) в рядах Красной Армии (РККА) оказался еще выше, чем в Русской императорской армии в годы Первой мировой войны и в предшествующий период. Согласно материалам переписи РККА, проведенной в августе 1920 года, русские (великороссы) в РККА составляли 79,58%, украинцы — 5,87%, белорусы — 2,19%, а всего на «славян» приходилось 87,62% общего состава РККА.

По состоянию на 1 августа 1921 года на 928,9 тыс личного состава РККА (установлена национальность 859 тыс чел.) приходилось 80,3% русских, 10,3% украинцев — и это несмотря на интересы комплектования Красной армии и идеологические установки на «мировую революцию», «интернационализм» и заявленное равенство всех народов. Красная армия в своем начальном периоде была более «великорусской» по своему составу, чем дореволюционная Русская императорская армия.

С образованием в 1922 году Союза Советских Социалистических Республик при численности его населения около 131,3 млн человек, из которых только 68,6 млн чел. (52,6%) составляли русские (великороссы), воинская обязанность распространялась только на 92,5 млн советских граждан (73,3%). Остальные граждане — представители десятков народов к военной службе не привлекались и на военный учет не ставились.

По военной переписи 1926 года удельный вес «славян» в рядах РККА составил 86,6% (русские — 64,5%, украинцы — 18,0%, белорусы — 4,1%). Таким образом, удельный вес «славян» в «строящейся» РККА оказался значительно выше дореволюционного показателя в Русской императорской армии (72−75%). При этом, по показаниям Всесоюзной переписи населения 1926 года, удельный вес трех «славянских народов» в населении Советского Союза составил 77,3% (русские — 52,9%, украинцы — 21,2%, белорусы — 3,2%). Представительство русских в рядах РККА в довоенный период превышало их удельный вес среди населения Советского Союза.

Опять же начальствующий состав РККА на 1923 год на 92,6% состоял из «славян». Снижение этого показателя на начало 1927 года до 85,4% привело к соответствию с аналогичным дореволюционным показателем среди офицеров Русской императорской армии.

С 1928 года начал практиковаться «всесоюзный призыв» в РККА, вовлекавший в большей мере в армию «неславянские» народы СССР. Однако и в последовавший довоенный период «славяне» продолжали абсолютно преобладать в РККА. При численном росте в 73,3% Красной Армии в период с 1936 по 1940 год удельный вес «славян» в общем количестве призванных в РККА сократился с 93,4 до 85,7%, в том числе русских — с 67,0 до 57,8%. Накануне войны в 1941 году удельный вес русских в РККА первый и последний раз на короткий отрезок времени опустился к их удельному весу среди населения СССР. Но в абсолютных численных величинах «славяне» по-прежнему многократно преобладали над другими народами на действительной срочной службе в Красной Армии накануне Великой Отечественной войны. При этом мобилизационные ресурсы русских еще до начала войны к 1941 году оказались перенапряжены из-за большого призыва, приблизившего численность РККА к численности армии военного времени.

Корецкий В. Наши силы неисчислимы,1941.

Далее проведенный историком Алексеем Безугольным анализ комплектования РККА личным составом по национальностям показал, что основная нагрузка в первый и наиболее критический период Великой Отечественной войны легла в основном на плечи русского народа, чье абсолютное и удельное представительство в войсках резко выросло в 1941, 1942 и начале 1943 года. С января 1941 года по январь 1943 года удельный вес русских среди всех народов СССР в рядах Красной армии поднялся с 56,4 до 71,1%, т. е. на 14,7%. В абсолютном значении этот прирост выразился цифрой 4,389 млн человек, призванных в ряды воюющей РККА. При этом довоенный мобилизационный запас обученных военнообязанных в СССР был почти полностью исчерпан за первые полгода войны. Если в июне 1941 года он насчитывал около 12 млн человек, то к январю 1942 года остаток людских ресурсов, годных к строевой службе в возрасте до 40 лет, составил всего 950 тыс человек.

В этот же критический для существования СССР военный период представительство в РККА украинцев и белорусов существенно сократилось из-за оккупации с лета и осени 1941 года территорий БССР и УССР. К декабрю 1941 года за линией фронта на оккупированных территориях осталось 5631 тыс военнообязанных. Особенно резко упало представительство в РККА украинцев, которые обычно составляли пятую часть личного состава армии. Удельный вес белорусов в РККА сократился с 4,35% в январе 1941 г. до 1,96% в январе 1943 года.

В абсолютном исчислении количество украинцев в РККА к январю 1943 года выросло лишь на 213 тыс. чел. (с 782,9 тыс до 995,8 тыс человек). При этом темп прироста численности русских в рядах РККА в этот период был в 10 раз выше, чем украинцев.

Таким образом, резкое сокращение поступления в армию украинцев и белорусов из-за потери территорий и мобилизационных ресурсов в первой половине Великой Отечественной войны в значительной мере компенсировалось усилением использования ресурсов русских военнообязанных.

Сравнение удельного веса представительства русских в рядах РККА в разные периоды войны и среди населения демонстрирует непрерывное перенапряжение демографических ресурсов русского народа в течение всей Великой Отечественной войны. Своего максимума — 71,1% в составе РККА, в абсолютном значении — 8104,7 тыс человек, этот показатель достиг к началу 1943 года. Здесь укажем, что по переписи 1939 года доля русских в составе населения СССР составляла 58,41% (99,591 млн).

Но во второй период войны из-за особенностей комплектации действующей Красной Армии призывниками с освобожденных территорий УССР и БССР удельный вес украинцев в рядах РККА в 1944 году утроился по сравнению с 1943 годом — с 11,6% до 33,9%. Это позволило к концу войны сократить удельный вес в РККА русских, чей мобилизационный ресурс годных к строевой службе к тому времени фактически был исчерпан, и Армия лишь продолжала комплектоваться очередными возрастными призывами из них. Поэтому представительство русских в РККА сократилось с 63,84% в июле 1943 года до 51,78% в июле 1944 года. Прирост абсолютного числа украинцев в Красной армии с января 1943 года к июлю 1944 года составил с имевшихся 995,8 тыс человек до 2534,5 тыс человек. Т. е. прирост за полтора года войны у украинцев составил 254%. Удельный вес украинцев особенно высоким оказался в составе действующих фронтов на Украине из-за особенностей мобилизации в Красную Армию на освобожденных территориях не через военкоматы, а посредством войсковых мобилизаций, осуществлявшихся фронтовыми и армейскими комплектующими органами непосредственно в прифронтовой полосе. В ряде армий, сражавшихся на территории Украины, число украинцев значительно превысило число русских и достигало 50−80% личного состава. Например, в 4-й гвардейской армии 2-го Украинского фронта к весне 1944 года насчитывалось 57% украинцев, 35% русских и 0,8% белорусов.

Во имя родины, вперед Богатыри, 1943

Теперь о командно-начальствующем составе Красной Армии, т. е. об офицерах и генералах. В послереволюционный период определилось постоянное преобладание в комнач составе РККА четверки этносов: русских, украинцев, белорусов и евреев. Преимущество представителей этих этносов в служебном росте историк Безугольный объясняет наличием общей культурной платформы, объединявшей их — русского языка и готовности к максимальной русификации. В этом отношении РККА отличает феномен этнополитического «компаньонства» с русскими и наличие «глубоко русифицированной национальной среды» в командном составе.

На 1 января 1941 года в Красной армии, насчитывавшей по списку 3 866 тыс человек, командно-начальствующий состав (офицеры и генералы) составлял 513 768 человек, а курсантов военных училищ и курсов младших лейтенантов было 233 938 чел.

В этот предвоенный период стремительного количественного роста РККА историк Безугольный отмечает опережающий прирост численности командно-начальствующего состава относительно рядового состава у представителей семи этносов: русских, украинцев, белорусов, евреев, осетин, эстонцев и латышей.

За годы Великой Отечественной войны офицерского состава в РККА прибыло: 2 224 884 человек, а убыло — 1 047 676 человек и к концу Великой Отечественной войны состояло в рядах РККА — 1 382 115 офицеров. Наиболее ощутимое перераспределение удельных показателей за годы войны в командно-начальствующем составе произошло между «славянами» — русскими, украинцами и белорусами — в пользу русских. Так, например, удельный вес русских среди командиров пехоты за период Великой Отечественной войны вырос на 7,1%, а у украинцев и белорусов, напротив, сократился в совокупности на 9,4%. И это при том, что 58,6% потерь всего комсостава РККА в Великой Отечественной войне приходится на офицеров в пехоте. В последний период Великой Отечественной войны не было удельного роста украинцев и белорусов в составе офицеров РККА. Существовал прямой запрет набирать в военные училища лиц, побывавших под оккупацией. На украинских фронтах (1, 2, 4-й Украинские фронты), где по численности рядовые-украинцы почти сравнялась с рядовыми-русскими, диспропорция удельных значений между украинцами-офицерами и украинцами-рядовыми достигала 7−8-кратных значений. Это означает, что подразделениями с большим количеством украинцев в их рядах чаще командовали офицеры из русских.

В результате доля русских в командно-начальствующем (офицерском) составе РККА была в процентах:

— на 1.1.1941 — 64,21%

— на 1.7.1942 — 68,28%

— на 1.1.1943 — 68,89%

— на 1.7.1943 — 68,78%

— на 1.1.1944 — 68,58%

— на 1.1.1945 — 68,17%

Доля украинцев в командно-начальствующем (офицерском) составе РККА была в процентах:

— на 1.1.1941 — 21,26%

— на 1.7.1942 — 15,89%

— на 1.1.1943 — 15,59%

— на 1.7.1943 — 15,89%

— на 1.1.1944 — 16,18%

— на 1.1.1945 — 16,70%

Доля белорусов в командно-начальствующем (офицерском) составе РККА была в процентах:

— на 1.1.1941 — 4,44%

— на 1.7.1942 — 3,13%

— на 1.1.1943 — 3,08%

— на 1.7.1943 — 3,02%

— на 1.1.1944 — 3,09%

— на 1.1.1945 — 3,08%

Доля евреев в командно-начальствующем (офицерском) составе РККА была в процентах:

— на 1.1.1941 — 3,57%

— на 1.7.1942 — 5,43%

— на 1.1.1943 — 5,22%

— на 1.7.1943 — 5,22%

— на 1.1.1944 — 5,30%

— на 1.1.1945 — 5,33%

Анализ национального состава старших офицеров и генералитета РККА демонстрирует, что чем выше было воинское звание, тем выше был удельный вес русских.

Так, среди майоров русских числилось 66,83%, среди подполковников — 68,86%, среди полковников — 73,47%, а среди генералов в конце войны — 77,45%.

Для примера, на 1 мая 1944 года без учета центральных управлений НКО СССР в рядах РККА, из всего 8763 человек в звании полковник было по национальности полковников:

— 6436 русских (73,47%);

— 1044 украинцев (11,93%)

— 364 белорусов (4,17%)

— 507 евреев (5,79%).

За период Великой Отечественной войны в составе генералитета, состоящего из всего 3765 человек, русских было 77,45% (2916 человек), украинцев 10,1% (380), белорусов 5,34% (201), евреев 3,96% (149). Из 25 маршалов Советского Союза, маршалов видов и родов войск, двадцать маршалов — это русские. Из одиннадцати генералов армии — русских девять.

Ситтаро А. Вступайте в ряды Народного ополчения, 1941

Теперь о статистике награждений за время Великой Отечественной войны орденами, медалями СССР и по присвоению звания Героя Советского Союза по национальностям по состоянию на 1 апреля 1946 года. Всего было награждено 7 330 519 человек. Из них 4 985 449 награжденных — это русские (68%), 1 305 584 украинцев (17,81%), белорусов 211 804 (2,90%). Всего за «славянами» среди награжденных 88,71%.

Теперь отдельно по статистике присвоения звания Героя Советского Союза. Всего за Великую отечественную войну звания Героя Советского Союза были удостоены 11 605 человек. Их них Героев Советского Союза по национальности русских 8 160 человек (70,52%), украинцев 2069 (17,88%) и белорусов 309 (2,67%). Превышение численности Героев Советского Союза относительно доли их населения СССР по переписи 1939 года отмечается только у русских (в населении СССР 58,41%), украинцев (16,56% в населении СССР), у осетин (32 Героя, 0,28% к 0,21% в населении СССР) и у абхазов (5 Героев, 0,04% к 0,03% в населении СССР).

Безвозвратные военные потери среди русских на Великой Отечественной войне в вооруженных силах составили 66,4% (5765 тыс) от всех военных потерь, тогда как их удельный вес в населении страны по материалам переписи 1939 году был 58,41% (99,591 млн). (3) Для сравнения у украинцев в рядах РККА безвозвратные потери составили 15,89% (1377,4 тыс) при доле их в населении СССР на 1939 год в 16,56% (28,111 млн). У белорусов в рядах РККА безвозвратные потери составили 2,917% (252,9 тыс) при доле в населении СССР 3,11% (5,275 млн). В итоге суммарный процент потерь у «славян» в Красной Армии составил 84,48% от всех потерь ее состава. При этом превышение в потерях РККА относительно доли в населении страны наблюдается только у русских.

Но при этом надо понимать, что в значительной степени значение русских в Великой Отечественной войне в основе своей не было чем-то из ряда выходящим в российской военной истории. Речь разве что должна идти о масштабах. На самом деле, основные параметры вооруженных сил СССР в аспекте национального участия повторяли контур Российской императорской армии Первой мировой войны. Вторая мировая война являлась войной «продолжением» Первой мировой войны. И т. н. «тоталитарные режимы» были созданы по провальным результатам Первой мировой войны для организации еще более тотальной мобилизации для победы в следующем туре вооруженного противостояния. Однако истинную картину в этом отношении во многом замещает идеологический фон.

Становым хребтом Красной армии в годы Великой Отечественной войны стали именно русские. Из-за ключевой роли русских в сфере государственной идеологии СССР в годы Великой Отечественной войны был осуществлен разворот от классового «интернационализма» к державному патриотизму, основу которого составила пропаганда культуры, традиций, военной истории русских как государствообразующего народа. Именно русская тематика стала стержнем пропагандистской работы в войсках. 14 декабря 1943 года Политбюро ЦК КПСС утвердило новый гимн СССР со словами «Союз нерушимый республик свободных сплотила навеки Великая Русь». Однако с 1944 года в национальной политике в СССР произошел обратный поворот в сторону «советского патриотизма». От советско-русского великодержавия вернулись к наднациональному советскому патриотизму. На этом повороте в ход пошла новая концепция «советского народа как новой исторической общности». Летом 1944 года эта концепция «советского народа» впервые отчетливо прозвучала на совещании историков в ЦК ВКП (б) в выступлении научного сотрудника Института истории будущего академика Милицы Васильевны Нечкиной.(4) В этом выступлении утверждалось: «Советский народ — это не нация, а какая-то более высокая, принципиально новая, недавно возникшая в истории человечества прочнейшая общность людей. Она объединена единством территории, принципиально новой общей хозяйственной системой, советским строем, какой-то единой новой культурой несмотря на многочисленность языков. Однако это не нация, а нечто новое и более высокое».

* * *

В публикации были использованы материалы современного исследования национального строительства РККА в довоенный период и в Великую Отечественную войну историка Алексея Юрьевича Безугольного — старшего научного сотрудника Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба Вооруженных сил Российской Федерации. См.:

Безугольный А. Ю. Опыт строительства Вооруженных сил СССР: Национальный аспект (1922—1945 годы). Диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук. М., 2019.

Безугольный А. Ю. Источник дополнительной мощи Красной армии. Национальный вопрос в военном строительстве в СССР. М., 2016.

* * *

(1) Риттих А. Ф. Племенной состав контингентов русской армии и мужского населения Европейской России. СПб., 1875.

(2) Антонович А. Русский народ и главнейшие народности России перед воинской повинностью // Военный сборник. 1909. № 11. С. 248.

(3) Россия и СССР в войнах XX века. Потери вооруженных сил. Статистическое исследование. Под ред. Г. В. Кривошеева. М., 2001. С. 238. Табл. 121.

(4) Синицын Ф. Л. Проблема национального и интернационального в национальной политике и пропаганде в СССР в 1944 — первой половине 1945 года // Российская история. 2009. № 6. С. 50.

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2020/05/12/k-75-letiyu-pobedy-narody-sssr-na-frontah-velikoy-otechestvennoy-chast-2
Опубликовано 12 мая 2020 в 17:19
Все новости
Загрузить ещё
Опрос
Считаете ли вы и сейчас украинцев братским народом?
Результаты опросов
ВКонтакте