• USD 59.16 -0.19
  • EUR 69.43 -0.17
  • BRENT 62.43 +0.34%

«Чуваш не любит чуваша»: анатомия еще одного языкового суверенитета

На X конгрессе ЧНК. Фото: svoboda.org

Сложилось мнение, что против распоряжений президента России Владимира Путина о национальных языках в Чувашии воюет кучка маргиналов-националистов. Нацпаты-пантюркисты в антипутинском чувашском «сопротивлении» есть, но первую скрипку играют вовсе не они. Отстаивающий школьную «принудиловку» к нацязыку «Чувашский национальный конгресс» (ЧНК) состоит из очень уважаемых в республике людей, многие из которых еше занимаются региональной политикой и входят в местную «Единую Россию». Единороссы и национал-шовинисты в Чувашии сосуществуют в дружбе и сотрудничают по многим проектам.

Пример такой смычки — недавно прошедший в Чебоксарах X съезд ЧНК, где отстаивалась чувашская обязаловка в школах региона, а намерения федерального Центра были охарактеризованы как «ксенофобия». В президиуме съезда расположились самые крупные местные единороссы — глава Республики Чувашия Михаил Игнатьев, председатель Государственного совета (парламента) республики Валерий Филимонов, депутат Госдумы, экс-мэр Чебоксар Леонид Черкесов, советник главы Чувашии, председатель Ассамблеи народов Чувашии Лев Кураков, бывший ректор Чувашского госуниверситета, президент ЧНК Николай Угаслов, по правую руку от которого сидел глава Чувашии — единоросс, депутат Госсовета от «партии власти». Сидевший во втором ряду президиума вице-президент ЧНК Валерий Клементьев тоже имеет отношение к «партии власти». Клементьев, исполнитель эстрадных песен на чувашском языке, по совместительству еще доверенное лицо администрации главы Чувашии.

Как говорят в республике, ЧНК, объединение всех чувашей мира, в реальности давно является инструментом «партии власти» в Чувашии. Однако ж реплики делегатов съезда ЧНК, касающиеся языкового выступления Путина в Йошкар-Оле, — это перепевы речей защитников «языкового суверенитета» из Татарстана. Единоросс Николай Угаслов, оппонируя президенту России, заявил, что дискриминирующий языковые права нечувашского населения республиканский закон «О языке» надо не упразднять, а «расширять и углублять». «Необходима программа обучения чувашскому языку и фольклору в детсадах, — заявил Угаслов. — Нужны злободневные публицистические передачи по национальной культуре, спектакли на чувашском языке в передачах Национальной телерадиокомпании (НТРК) „Чăваш Ен“. В школах сокращаются часы по родному языку до одного часа. Мало используется государственный (чувашский — EADaily) язык в официальной сфере».

Угаслов посетовал, что до сих пор не решен вопрос с работой чебоксарского Национального лицея-интерната, носящего имя автора музыки к гимну Чувашии Германа Лебедева. Чувашско-ориентированный лицей имени Лебедева, закрытый несколько лет назад, имеет интересную историю. Он образовался на базе слияния обычной школы-интерната с Чувашско-турецким лицеем. Турецкий лицей в Чебоксарах работал по тому же принципу, по какому действуют по всему миру школы Фетхуллаха Гюлена. Туда набирали, главным образом, детей из влиятельных чувашских семей. Детей учили по углубленной программе английскому и турецкому языкам, наиболее отличившихся награждали каникулами в Турции за казенный счет. Типичный портрет выпускника Чувашско-турецкого лицея: юный карьерист в политике или в бизнесе, русофоб, пропитанный идеями пантюркизма, желающий распада России.

Естественно, что такая, с позволения сказать, школа попала в поле зрения ФСБ и была закрыта. Но заинтересованные в финансовых потоках из Турции чувашские чиновники спасли турецкий лицей, поселив его преподавателей и часть бывших учеников под крышу куда более безобидного по вывеске Национального лицея имени Лебедева. В 2012 году и этот лицей закрыли. Чувашские национал-активисты видят в этом происки ФСБ. Но реально лицей закрыли не «злые силовики из Москвы», а чиновники из правительства Чувашии, под предлогом капитального ремонта учебных корпусов. Ремонт превратился в долгострой, конца и края которому нет. Национал-активисты Чувашии более четырех лет нагнетают вокруг лицея имени Лебедева страсти в антироссийских СМИ вроде «Радио Свобода» и на своих мероприятиях. Власти Чувашии льют воду на мельницу нацпатов, твердя: республика не обязана заботиться об учебном заведении, относящемся к ведению муниципалитета Чебоксар, а бюджет Чувашии едва тянет текущие потребности региона. В общем, «денег нет, но вы держитесь».

Вопрос с многострадальным питомником для будущей чувашской элиты был использован в риторике недавнего съезда ЧНК как гарнир к «ксенофобским» языковым намерениям Москвы. Экс-президент ЧНК Виталий Станьял, один из аксакалов борьбы за госсуверенитет Чувашии, с сожалением вспомнил, как в прошлые годы Москва то и дело уличала заигравшихся в мутные игры с Турцией чиновников республики в содействии пантюркистам. «В России идёт наступление на государственные языки республик, — напугал делегатов Станьял. — Секретариату ЧНК следует подготовить обращение Путину о защите государственных языков РФ. ЧНК нужен чувашам РФ. Без него будет трудно отстаивать права нации в регионах. ЧНК должен быть центром чувашского народа!». Станьял предупредил, что без сохранения нацязыковой принудиловки в школах, доктрина единой российской нации будет выглядеть сомнительным популистским лозунгом.

«У родителей в чувашской деревне собирают заявления об их согласии на обучение детей родному языку, — сетовала преподавательница чувашского в одной из сельских школ. Проверяет прокуратура». Самое ужасное, по словам педагога: «Домохозяйки, мужья которых работают вахтовым методом на выездах, в нашей деревне дома с детства учат своих детей по-русски. Чтобы потом уже в детских яслях и детсадах их дети говорили и на русском языке». То, что очень многие чуваши в быту и на работе чаще говорят по-русски, чем на родном, и вообще склонны вливаться в русскую среду — тема печалей чувашских националистов на протяжении всей постсоветской истории чувашского «госсуверенитета». Писатель Федор Афанасьев (Хведер Уяр), чувашский собрат татарского публициста-русофоба Айдара Халима, в своем вышедшем в 1995 году эссе «Почему чуваш не любит чуваша» сетовал на то, что чуваши тянутся не к близким к себе по крови и языку татарам, а к «этнически чуждым им русским».

«Чувашский интеллигент ближнего своего видит в русском, тянется к русскому. Мы знаем: русский народ многочислен, он сильней, культурней, иногда нахальнее, наглее (в последнем убеждает интервенция российских войск в Чечню). „Шишки“, сливки чувашской „интеллигенции“, правдиво показанные писателем Семеном Хуммой, учитывая данное положение вещей, решили вконец обрусеть — практично и удобно. Чувашей-горожан можно пожалеть и простить. Их окружение в основном говорит по-русски. Но кем надо быть, чтобы в деревне отказаться от чувашского? Москва была мастером по этой части. Чтобы нерусские народы не рассуждали о своих лидерах, вооружилась всемогущим термином. Коммунисты утверждали, что самые надежные те, кто взял в жены русскую». Хведер Уяр обвинял современных ему чувашских интеллигентов в том, что они покорились московским оккупантам и ставил им в пример настоящих патриотов — «Ичкерию» и татарских национал-сепаратистов.

Умерший в 2000 году Уяр все же не настаивал на том, чтобы нечуваши, как и нетатары в Татарстане, тратили время в школе на нацязыковую «зубодробилку». Закрепляющий ее республиканский закон «О языке», где местных русских невнятно поименовали «другими народами Чувашской республики», был принят в республике спустя три года после смерти Уяра, в 2003 году, а сам процесс принудительного обучения в 2008 году. В 2009 году Верховный суд Чувашии отказал в иске местному жителю Дмитрию Козлову. По мнению Козлова, возложение властями Чувашии на всех жителей республики обязанности изучать и знать чувашский язык, нарушает сформулированный федеральным законодательством принцип свободы выбора языка общения, воспитания и обучения, допускает противозаконный недифференцированный подход к преподаванию и изучения чувашского языка и т. д. Ответчиком по делу Козлова был Госсовет Чувашии.

То, что этнические чуваши теряют интерес к родной культуре и языку, факт. Но связано это отнюдь не с «оболванивающей политикой Москвы» (фраза националистки из Республики Коми), а с текущей ситуацией в чувашской глубинке — естественном ареале использования чувашского. Чувашская молодежь не хочет жить в деревне, где нет работы и внятных жизненных перспектив. Не лучше ситуация и в городах региона. Обозначившийся еще в советские годы процесс трудовой миграции городских чувашей после распада СССР только усилился. Если при СССР из Чувашии ехали в соседнюю Горьковскую область, потому что на тамошних предприятиях рабочим давали квартиры, то после распада СССР на Нижегородчину стали ездить за куском хлеба.

Естественно, что молодые чуваши и чувашки, найдя лучшую долю на чужбине, заключали браки с русскими, вливались в русскую среду. «По данным Нижегородстата, среднедушевой ежемесячный доход населения Нижегородской области в январе-мае 2014 года составлял около 25 тысяч руб­лей, в Чувашии же, по данным Чувашстата, всего 14 тысяч, — говорится в материале „Аргументов и фактов“ за август 2014 года. — С такими доходами Чувашию вряд ли можно назвать местом, комфортным для жизни». В статье говорится, что по данным Росстата население Чувашии особенно быстро стало сокращаться в последние три-четыре года. «Общая миграционная убыль в 2013 году составила 4474 человека, в 2012 году — 4446 человек, в 2011—2748». Кстати, похожая ситуация наблюдается и в более благополучном, чем Чувашия, Татарстане. В среднем рядовой житель суперблагополучной Казани имеет на руки в месяц всего 19 000 рублей.

Напоследок стоит сказать, что «продавшаяся русским» основная масса чувашского народа не только не одобряет нацобязаловку в школах региона, но и не испытывает пиетета к тем, кто эту обязаловку так отстаивает — Чувашскому национальному конгрессу. Рост недоверия пошел на заре госсуверенитета Чувашии. Если татарские национал-сепаратисты 20 лет назад ударялись в ислам, то аксакалы ЧНК строили национальную идею будушей суверенной Чувашии на сконструированном из небылиц чувашском неоязычестве и сами не скрывали, что молятся «чувашским богам». Реалистично настроенные чуваши отнеслись к этому соответствующе — как к мракобесию и маразму. Увидев, что языческий проект для фундамента современного государства не годится, чувашские националисты взялись за церковный раскол — идею независимой от РПЦ Чувашской православной церкви, где все службы проходили бы только на чувашском. Церковный нацпроект также провалился.

До принятия национально ориентированным чувашским активом ислама не дошло по многим причинам. В первую очередь потому, что чувашском социуме чуваш- мусульманин считается татарином. А татарские националисты традиционно относятся к таким «татарам» как к людям второго сорта. Стоит сказать, что чувашская националистическая идея дожила до нынешних времен лишь постольку, поскольку ее «подкармливают» в своих целях власти Чувашии. Естественно, что интересы высших чиновников из Чебоксар куда более приземленные и меркантильные, чем забота о национальном языке и культуре чувашей.

Муса Ибрагимбеков, специально для EADaily

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2017/11/02/chuvash-ne-lyubit-chuvasha-anatomiya-eshche-odnogo-yazykovogo-suvereniteta
Опубликовано 2 ноября 2017 в 15:37
Все новости
Загрузить ещё
Аналитика
Ноябрь 2017
303112345
6789101112
13141516171819
20212223242526
27282930123
ВКонтакте
Twitter
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами