• USD 58.80 +0.04
  • EUR 69.17 -0.13
  • BRENT 63.23

Саудовская Аравия — Россия — Иран: нефть поставила визит короля на паузу

Президент России Владимир Путин и вице-кронпринц Саудовской Аравии Мухаммед бин Салман. Фото: пресс-служба Кремля.

Визит короля Саудовской Аравии Салмана в Россию ожидается с осени прошлого года. Монарх успел в сентябре побывать в США, готовится 7 апреля почтить своим присутствием Египет, где его визит уже назвали «историческим». На днях Салман принял в Эр-Рияде премьер-министра Индии. Но в Москву пока не торопится.

Российская сторона рассчитывает в ближайшее время получить предложения по срокам визита короля. Таков текущий итог согласований по дипломатической линии, пока не более того. Между тем были ожидания, что до саммита крупнейших нефтедобывающих стран мира в столице Катара, который намечен на 17 апреля, Салман всё же найдёт время принять приглашение президента Владимира Путина. Не получилось, и, как можно понять, дело не только в плотном графике короля или в его преклонном возрасте.

Эр-Рияд занял выжидательную позицию, не раскрывая все свои карты в сложной игре на Ближнем Востоке. К тому же российско-саудовские связи достигли определённого «потолка роста», за которым, прежде всего, от правящей семьи крупнейшей арабской монархии требуется инициативность в деле создания условий для качественного прорыва. Однако саудовцы явно не торопятся. Действуя в присущей им манере размеренного принятия решений во всём, что, так или иначе, затрагивает интересы мировых держав, они предпочитают осторожный подход.

Вопрос с визитом Салмана в российскую столицу стал удобным для Эр-Рияда инструментом затягивания интриги. Москва плотно взаимодействует с Тегераном в Сирии, продолжает поддерживать сирийского президента Башара Асада. При этом россияне действуют в прагматичном ключе, не отказываясь от сближения с Королевством, которое в свою очередь сыто по горло зигзагами политики США на Ближнем Востоке.

России и Саудовской Аравии есть в чём сойтись. С восшествием на престол Салмана в январе 2015 года, потенциал их двустороннего сближения стал преобладать над традиционным взаимным недоверием. Одно из направлений тесной кооперации подсказывает вес двух стран на мировом рынке нефти. Никто, кроме России и Саудовской Аравии, не добывает больше 10 млн баррелей «чёрного золота» в сутки. Их совокупная доля на глобальном рынке поставок нефти превышает 25%.

От голоса Москвы и Эр-Рияда зависит многое, если не всё, в вопросе обеспечения достойных уровней прибыли для стран-нефтеэкспортёров. Поэтому они могут и должны договариваться, выводя других производителей нефти из затяжного кризиса из-за низких цен на стратегический энергоресурс.

Договорённость лидеров на рынке продаж нефти состоялась ещё в середине февраля, когда, в компании с Венесуэлой и страной-хозяйкой встречи (Катаром), было принято решение «заморозить» объёмы нефтедобычи на уровне первой декады текущего года. Но произошло нечто, очень напоминающее «фальстарт». Со своим особым мнением в дело вмешался высвобождающийся из-под груза западных санкций Иран.

Сначала в Тегеране на словах поддержали российско-саудовскую инициативу по фиксации объёмов добычи с целью поднять цены на нефть до приемлемого уровня. Потом, уже на деле, не только резко нарастили партии выставляемой на продажу нефти в Европу и на азиатские рынки, но и прямым текстом заявили: пока не обеспечим уровень добычи в 4 млн с соответствующим ростом экспорта, сдерживать себя в извлечении нефти не будем.

Потребовалось ещё какое-то время, чтобы позволить Тегерану передумать. Москва предложила ему особые условия следования «графику заморозки» с учётом длительного пребывания иранцев под санкциями. Эр-Рияд было согласился, но когда иранская сторона повысила градус категоричности своих заявлений о неприемлемости каких-либо «узд» сдерживания собственной нефтедобычи, то уже и саудовцы встали в позу.

Заместитель наследного принца, министр обороны Мухаммед бин Салман (сын короля Салмана) в беседе с агентством Bloomberg дал понять, что или все будут придерживаться принципа «заморозки» объёмов добычи, в том числе и Иран, или никто. Вице-кронпринц заявил, что если кто-то из крупных производителей захочет нарастить объёмы добычи, то и Саудовская Аравия «не упустит своего», а фиксация возможна только в том случае, если на это согласится Иран. Как результат, рынок незамедлительно отреагировал падением нефтяных котировок.

Ранее эксперты предполагали, что Саудовская Аравия может сначала зафиксировать собственную добычу на уровне 10,2 млн баррелей в сутки, а затем уже попытаться уладить спор с Ираном при посредничестве России. Цель — обезопасить позиции «первой скрипки» ОПЕК на внешних рынках, не позволить конкурентам завладеть её долями в Азии и Европе. И уже от этого двигаться к поиску компромиссных развязок с Ираном. Увы, практически сразу после заявлений принца Салмана, министр нефти Ирана Бижан Зангане вновь отверг предложение прекратить увеличение добычи. Как следствие, иранский экспорт нефти и конденсатов уже превышает 2 млн баррелей в сутки.

Таким образом, поле для переговоров в Дохе 17 апреля резко сузилось, если вовсе не потеряло свои очертания. За считанные дни до саммита стало решительно непонятно, зачем вообще собираться в Катаре при мизерных шансах о чём-либо договориться. По всей видимости, это сыграло свою роль и в вопросе принятия саудовцами решения продолжить интригу с визитом в Москву. Если бы россиянам удалось уговорить иранцев, думается, король Салман мог набраться сил и, следуя совету своего отпрыска и «правой руки» принца Мухаммеда, прибыть в Белокаменную в самые сжатые сроки.

А пока Саудовская Аравия взяла паузу, пытаясь заверить всех в большом запасе прочности своей экономики. У Королевства в настоящий момент значительно больше финансовых ресурсов и влияния на рынок нефти, чем у того же Ирана. Между двумя яростными геополитическим противниками на Ближнем Востоке продолжается так называемая «опосредованная война» (proxy war) теперь уже не только на военно-политических театрах региона. Аравийская монархия и Исламская Республика постепенно втягиваются в жёсткое противоборство за доли на нефтяных рынках Азии и Европы. При этом саудовцы всем своим видом демонстрируют способность их экономики выдержать затяжной период «дешёвой нефти», если даже цена барреля опустится до $ 20 и долгое время задержится вблизи этой отметки. Помимо прочего, «бросовая стоимость» жидкого углеводорода максимально затрудняет возможности Тегерана привлечь зарубежные инвестиции в свою нефтегазовую отрасль, что однозначно в интересах Эр-Рияда.

Между тем, не обладая даже близко сопоставимыми с саудовскими валютными резервами, иранцы готовы втянуться в борьбу за доли на рынке, и, надо признать, у семьи Аль-Сауд в последнее время появилось множество поводов для беспокойства.

Саудовская Аравия постепенно теряет доли на своих ключевых рынках, недавно отмечала британская Financial Times. Госкомпания Saudi Aramco ещё в 2013 году занимала 8,5% мирового рынка, а в 2015-м этот показатель сократился до 8,1%. Более того, за тот же период времени саудовцы потеряли долю на важном для них китайском рынке — с 19% до 15%. На традиционном для себя рынке США саудовская нефть за три года уступила 3-процентных пункта — снижение с 17% до 14%. С самыми серьёзными потерями Эр-Рияд столкнулся в Южной Африке. Здесь его доля упала с 53% до 22%.

Далеко не факт, что на указанных направлениях географии продаж «большой нефти» с саудовцами готовы серьёзно помериться силами иранцы (так, на южноафриканском рынке прочно обосновалась нефть из Нигерии и Анголы). Для этого у них просто нет и в обозримой перспективе не предвидится необходимых излишков нефти, чтобы потеснить саудовского конкурента. Однако общий фон от выставляемых на мировой рынок избыточных объёмов нефти, превышения предложения над спросом, которое принимает всё более значительный характер, задаёт невыгодную для первого номера ОПЕК динамику конкуренции.

Перефразируя известное изречение, можно сказать, что ситуация «продажи нефти всеми против всех» чревата непредсказуемыми последствиями далеко не только в экономической плоскости конкурентной борьбы региональных держав. Война за доли на рынке нефти может плавно перерасти в жёсткие схватки на дипломатических фронтах, свидетелями чему мы уже являемся (разрыв дипотношений Саудовской Аравией с Ираном в январе этого года, внесение аравийскими монархиями и их партнёрами в Лиге арабских государств шиитского движения «Хизбалла» в список «террористических организаций» и др). Затем может встать в полный рост уже и опасность военных столкновений в зоне Персидского залива, в населённой шиитами Восточной провинции Саудовской Аравии и в иранском Хузестане, где компактно расселены арабские граждане ИРИ.

При всех имеющихся институтах и механизмах согласования решений по нефтедобыче (напомним, что Саудовская Аравия и Иран состоят в ОПЕК, а значит на них распространяются все решения картеля по квотированию объёмов добычи), «чёрное золото» стало не фактором сближения геополитических конкурентов, а, напротив, катализатором их борьбы. В таких условиях особую роль приобретают возможности третьих сил, которые стараются занять максимально нейтральную позицию в разворачивающейся между саудовцами и иранцами proxy war.

Король Салман и верховный руководитель Ирана аятолла Али Хаменеи никогда не встретятся. Нет особых ожиданий и по части примирения следующего поколения лидеров двух главных полюсов суннитов и шиитов Ближнего Востока. И всё же идущие на смену молодые представители правящих кругов, прежде всего в Саудовской Аравии, не обременены непреодолимыми комплексами. От них можно и следует ожидать новаторских решений, главное, направить эти шаги в нужное русло.

Может быть, это и к лучшему, что престарелый саудовский монарх не едет в Москву. Его визит ограничился бы только некими политическими символами, в то время как требуется принятие если и не революционных, то смелых решений (1). И таковые могут последовать не от старой гвардии в высших эшелонах саудовской власти, а от идущего ей на смену «поколения next».

Глава военного ведомства Мухаммед бин Салман — ныне второй в очереди на престол. Перед ним стоит кронпринц и по совместительству шеф МВД Королевства Мухаммед бин Найеф, зарекомендовавший себя проамерикански настроенным членом монаршей семьи. Аналитики отмечают большую активность молодого Мухаммеда в расстановке нужных людей в нужные места во всей саудовской иерархии. В том числе и на руководящие позиции в государственной нефтяной компании Saudi Aramco.

Сын Салмана успел уже дважды посетить Россию, оба раза проведя достаточно обстоятельные беседы с президентом Путиным. Поддержка Москвы явно на стороне молодого Мухаммеда. Не в последнюю очередь, с прицелом не только на потенциал форсированного улучшения двусторонних отношений с Эр-Риядом, но и заглядывая за более отдаленный во времени геополитический горизонт.

(1) Перед визитом Салмана российская сторона, в частности, подготовила пакетное предложение по продаже вооружений для Саудовской Аравии. Оно включает поставки авиационной техники и боеприпасов к ней, нескольких типов систем ПВО различного радиуса действия, другую номенклатуру продукции военного назначения на общую сумму около $ 10 млрд.

Ближневосточная редакция EADaily

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2016/04/06/saudovskaya-araviya-rossiya-iran-neft-postavila-vizit-korolya-na-pauzu
Опубликовано 6 апреля 2016 в 23:35
Все новости

16.12.2017

Загрузить ещё
Аналитика
Facebook
Twitter
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами