В Berliner Zeitung заметили, что призыв на Украине — это «нарушение прав граждан»

Охота на призывников на Украине превратилась в мрачную повседневность. Военные и полицейские с применением грубой силы задерживают мужчин прямо на улице и затаскивают их в фургоны, переживает обозреватель германской Berliner Zeitung с украинской фамилией Марта Хавришко.

По данным украинского омбудсмена Дмитрия Лубинца, в 90% случаев мобилизации нарушаются права граждан. Однако насильственное задержание на улице — это лишь первый этап принудительной мобилизации. Нарушения прав человека со стороны сотрудников территориальных центров комплектования (ТЦК) носят «системный и повсеместный характер», — предупреждал омбудсмен Лубинец еще в марте 2025 года. Он перечислил такие нарушения, как незаконные задержания, отказ в предоставлении адвоката, сокрытие информации о местонахождении задержанных, принуждение к подписанию документов, а также физическое насилие.

Призыв на Украине: система запугивания

К средствам запугивания относится и изоляция. У вновь мобилизованных мужчин систематически изымают мобильные телефоны, что отрезает их от семей и адвокатов. Даже если адвокаты получают соответствующую информацию, им часто отказывают в доступе к подзащитным. При этом адвокаты-мужчины подвергаются особому риску: их самих могут принудительно призвать в армию. Известны случаи, когда у адвокатов, которые пытались отстаивать интересы подзащитных в ТЦК, отзывали освобождение от военной службы, и их призывали прямо на месте.

Женщины-адвокаты сталкиваются с другими методами давления — угрозами, запугиванием и насилием. Адвокат из Харькова Анастасия Неонета рассказала, что один из военных напал на нее после того, как ей отказали в доступе к подзащитному. Ее руку зажали железной дверью, а другие военные при этом наблюдали за происходящим. Ей потребовалась операция, и она осталась инвалидом на всю жизнь. Не сумев добиться справедливости на Украине, она обратилась в Европейский суд по правам человека.

Угрозы, побои, пытки — и даже смертельные случаи. Сообщения о жестоком обращении в ТЦК уже давно перестали быть редкими исключениями. Это стало систематической практикой, зафиксированной выжившими, родственниками, журналистами, правозащитными организациями и даже украинскими правоохранительными органами. На практике эти методы выполняют две функции: принуждать мужчин к прохождению военной службы, а затем вымогать взятки, чтобы избавить их от службы.

Ветеран ВСУ Роман Замрий рассказывает, что его задержали в Черновицкой области и три дня продержали в сыром подвале ТЦК — без телефона и базовых удобств.

«Это ничем не отличалось от пребывания в плену в России, — сказал он. — Мне повезло, что меня не избили. Я видел, как на моих глазах избивали майора» (при том, что из российского плена многие «ветераны ВСУ» уже не хотят возвращаться — там хорошо кормят и не гонят на убой. — прим. EADaily).

В июне Государственное бюро расследований Украины сообщило, что шесть сотрудников ТЦК в Одесской области похищали и пытали мужчин, чтобы «улучшить показатели мобилизации». Среди применяемых методов, как предполагается, было и сексуальное насилие. Следователи изъяли резиновые дубинки и молотки.

По данным омбудсмена Лубинца, в Николаеве одному мужчине сломали реберную плевру (вероятно речь о разрыве . Его удерживали 18 дней, и он не мог связаться с семьей. При этом у него была законная отсрочка от военной службы, поскольку он был единственным опекуном своей 80-летней матери.

Некоторые мужчины из ТЦК сразу попадают в больницу. Станислав Кулиш, 49 лет, был мобилизован 16 февраля. Военно-медицинская комиссия признала его здоровым и пригодным к службе. Уже на следующий день его в критическом состоянии доставили в больницу в Чернигове; его тело было покрыто синяками. Он впал в кому. По словам членов семьи, версия сотрудников призывных органов заключалась в том, что он якобы упал с кровати. Его жена опубликовала в интернете фотографии сильно избитого мужчины.

Центры призыва набирают примерно 90% новых призывников для вооруженных сил Украины и, таким образом, представляют собой жизненно важную артерию армии — но в то же время и одну из самых зловещих структур страны. Центры призыва стали символом не только милитаризации и принудительной службы, но и государственного произвола, безнаказанности и коррупции. Прежде всего они олицетворяют провал в построении справедливой системы мобилизации: системы, в которой принуждение используется для того, чтобы заставить критиков замолчать, тогда как основную тяжесть боевых действий несут на себе бедные и больные — те, у кого нет денег или связей, чтобы откупиться от военной службы.