«Не просто друг»: Россия и Африка уверенно смотрят в будущее

Африканский континент, выражаясь терминами об «иерархии интересов», является, как отмечает Андрей Сушенцов, важным и стратегическим регионом, однако далеко не жизненным для Российской Федерации. В иерархии интересов, согласно Концепции внешней политики 2016 года, Африка действительно не занимает лидирующие места. В самой ст. 99 концепции приведены достаточно общие и широкие формулировки о «расширении взаимодействия», «политическом диалоге», «партнёрских отношениях» и пр.

В то же время в 2010-е годы российская внешняя политика вновь стала приобретать более глобальный характер: для Москвы «нет неинтересных регионов». С учётом колоссальных месторождений металлов (литий, колтан, кобальт и др.), углеводородов, руд, рекордного демографического роста в 2,5% в год, значительного потенциала в области инфраструктурных проектов ($ 50 млрд ежегодно), возможности создания континентального африканского рынка на основе интеграционных объединений в рамках «Повестки-2063» вероятно становление единого «общеафриканского полюса» как одного из глобальных центров.

Именно Африканский континент потенциально способен трансформироваться в глобальный резерв сырья, который станет основой новой производственной революции (NRP) в 2030-е годы. Однако Африка печально известна как арена противостояния как великих держав, так и собственно различных этноконфессиональных, племенных и пр. групп в самих африканских странах. В данном контексте ключевыми направлениями российской политики в Африке становятся «экспорт» безопасности, точечное торгово-экономическое взаимодействие, энергетические и инфраструктурные проекты и политическая поддержка.

В 2016 году под патронажем российского правительства и МИД был запущен проект «Африканская деловая инициатива» (African Business Initiative). В рамках данной инициативы была разработана стратегия Москвы в отношении континента, которая представляет собой синтез экономики, дипломатии, обороны и безопасности, а также научных исследований. Россия отныне должна вновь рассматриваться как некий ориентир для африканских государств, желающих позиционировать себя как региональные державы путём укрепления их армии и формирования стратегического партнёрства с российской стороной.

Для стран Африки Россия выступает в качестве партнёра, способного внести существенный вклад в «укрепление суверенитета, безопасности и свободы внешней политики», при этом не стремящегося к формированию гегемонистских или патерналистских отношений по модели «младший — старший брат». Отличительной особенностью российской стратегии в Африке является приверженность инклюзивному диалогу, поддержка панафриканской интеграции и Африканского союза: фактически произошёл отказ от традиционно «бинарного» восприятия Африки.

При этом Москва не рассматривает континент в качестве арены «игры с нулевой суммой», отталкиваясь от самостоятельной ценности государств региона и, безусловно, потенциальных политических и экономических выгод, что, однако, может приводить к столкновению интересов с традиционными внерегиональными игроками.

Магистральный вектор российской политики в Африке задали африканское турне главы МИД Сергея Лаврова в марте 2018 года (Ангола, Намибия, Мозамбик, Зимбабве, Эфиопия) и уникальный саммит Россия — Африка 2019 года. Так, основными сферами взаимодействия выступают открытие экономик для российских инвестиций и проектов, сотрудничество в военной области и в безопасности, а также возрождение привилегированных политических и культурно-гуманитарных отношений.

Своеобразный старт российско-африканскому экономическому взаимодействию был дан созданием в 2009 году Координационного комитета по экономическому сотрудничеству (АФРОКОМ), способствовавшему постепенному росту взаимной торговли и инвестиций. В 2012 году Россия пошла на списание долгов в $ 20 млрд, что в условиях хронической неплатёжеспособности ряда африканских стран стало для них спасательным кругом, а для Москвы — возможностью показать свой особый гуманистический подход к данным государствам.

Россия является одним из ключевых поставщиков продовольствия в страны континента, поставляя более трети всего российского экспорта зерновых и существенную долю экспорта масел и жиров растительного происхождения. Африка может стать будущим целевым рынком для российской сельхозпродукции и сельхозтехники с учётом стремления стран континента полностью искоренить проблему голода и более эффективно использовать масштабные посевные площади.

Для Египта, Марокко, Судана, Нигерии, ЮАР, Ливии, Кении Россия — ключевой поставщик зерновых культур, а в отношениях с ЦАР, Гвинеей, Мали, Бенином, Буркина-Фасо имеется значительный потенциал для увеличения экспорта овощей и фруктов.

Широко представлен в странах Африки российский бизнес, выступающий проводником российской экономической стратегии на континенте, общий ВВП которого к 2050 году способен достичь $ 29 трлн. В Анголе и Зимбабве в разработках алмазных рудников представлена компания «Алроса», в Гане, Нигерии, Египте, Камеруне, Сьерра-Леоне — «Лукойл», «Русал» осуществляет проекты в сфере добычи бокситов и производства первичного алюминия в ЮАР, Нигерии, Намибии и Гвинее, в Габоне, Мозамбике и ЮАР функционирует компания «Ренова», специализирующаяся на добыче марганцевой руды, разведке урана, золота и производстве ферросплавов и др.

Прорывным стал саммит и экономический форум Россия — Африка 2019 года, в котором приняли участие представители всех 54 стран континента, 45 из которых были представлены главами государств или правительств. Общая сумма подписанных контрактов и соглашений, не являющихся коммерческой тайной, составила свыше 1 трлн рублей. Довольно интересным представляется подписанный на саммите меморандум о взаимопонимании между ЕЭК (Евразийской экономической комиссией) и КАС (Комиссией Африканского союза), в рамках которого стороны выразили стремление к большему взаимодействию в сфере торговли, сельского хозяйства, инфраструктуры, инвестиций и региональной экономической интеграции. ЕАЭС ведёт переговоры о переходе во взаимных расчётах на национальные валюты, а с Египтом — о создании ЗСТ (Зоны свободной торговли).

Москва пошла на оформление специальных финансовых механизмов для поддержки отечественных компаний в Африке — АО «Российский экспортный центр», а также участие в качестве акционера в «Афрэксимбанке». По линии РЭЦ были установлены взаимные лимиты кредитного риска по операциям торгового финансирования с банками Commercial International Bank, National Bank of Egypt, Banque MISR (все — Египет), Sterling Bank Plc (Нигерия).

Россия последовательно развивает привилегированное сотрудничество в сфере энергетических и инфраструктурных проектов. Так, в Марокко при участии российских компаний был построен крупнейший в стране гидроэнергетический комплекс «Аль-Вахда», продолжается работа на ГЭС «Мулай Юсеф» и ТЭС «Джерада». В королевстве также работают специалисты по нефтегазовой разведке из ЗАО «Нефтегазэкспорт» и ВО «Зарубежгеология».

В Египте «Росатом» реализует крупнейший в истории мировой атомной промышленности проект АЭС «Эд-Дабаа», а в районе Суэцкого канала российская сторона участвует в создании особой промышленной зоны, продукция которой будет поставляться на африканский рынок. РЖД проявляли интерес к строительству ж/д путей к месторождениям полезных ископаемых, в особенности золота; российские компании также могут принять участие в строительстве электроподстанций и ТЭЦ, а также уникального завода по опреснению морской воды на базе ядерной энергоустановки.

В Намибии с 2010 года российские компании участвуют в геологоразведке и добыче урана. По итогам международного форума «АТОМЭКСПО-2012» Москва достигла соглашения о сотрудничестве с Нигерией в проектировании, сооружении, эксплуатации и выводе из эксплуатации АЭС.

В 2018 году лидер Сенегала Маки Саль отметил желание сенегальской стороны, чтобы российские компании участвовали в разведке и добыче перспективных углеводородных месторождений в стране.

Нельзя не отметить имиджевую составляющую российской стратегии в Африке. Еще в 2009 году бывший суданский лидер Омар аль-Башир охарактеризовал Россию как «не просто друга, но государство, которое всегда действует по справедливости, не оставляя в беде друзей». Москва заявляет о приверженности идеям суверенности, справедливости и невмешательства, которые находят отклик в политической культуре африканских стран.

Арабские авторы отмечают привлекательность для ряда африканских стран российской политики в отношении государств Запада как «хранителей» колониализма и империализма, рассматривая Россию как кость в его горле. В ЮАР, например, Москва сотрудничала с «Африканским национальным конгрессом», тогда как США оказывали поддержку режиму апартеида вплоть до 1980-х годов. После свержения вышеупомянутого аль-Башира, Россия де-факто поддержала суданских военных, взяв под дипломатическую защиту Переходный совет, как она это делала в случае с суданским экс-лидером, не допустив полной изоляции Судана и вмешательства во внутренние дела Хартума.

В 2019 году в Конго российские специалисты представили вакцину от лихорадки Эбола, отличающейся крайней эффективностью.

Компания «Русал» с 2014 года оказывает поддержку Гвинее в борьбе с лихорадкой, основав в разгар эпидемии крупный специализированный медицинский центр, уникальный в регионе Западной Африки.

Россия реанимирует ослабевшие исторические связи в культурно-гуманитарной и образовательной сфере. Сегодня в российских вузах обучается порядка 17 тысяч студентов из Африки, 4 тыс. из которых — на бюджетной основе. Та же компания «Русал» ещё в 2011 г. запустила стипендиальную программу по подготовке гвинейских специалистов из числа наиболее талантливых и одарённых студентов. Африканские страны заинтересованы в российском опыте обеспечения государственного суверенитета в сфере «цифрового государства».

Другим бастионом российской стратегии в Африке является военно-политическое взаимодействие. Африканские государства рассматривают Москву в качестве эффективного партнёра в сфере борьбы с терроризмом и поддержки устойчивости правящих режимов. В 2020 году доля африканских стран в структуре поставок вооружения составила 18% от всего российского экспорта.

Россия является главным военно-техническим партнёром для Алжира. В период с 2012 по 2017 год были подписаны контракты на поставку Алжиру ЗРК «Бук», танков Т-90С, истребителей Су-30, тяжёлых транспортных вертолётов Ми-2, ПТУР, ДЭПЛ «Варшавянка». Алжир должен стать первым покупателем перспективных истребителей 5-го поколения Су-57. Традиционно эффективным считается сотрудничество по линии ВТС с Каиром. Контракты, заключённые с Египтом в 2019 году, на сумму в $ 2 млрд, предусматривают поставки Каиру многоцелевых истребителей Су-35 и истребителей МиГ-29, ЗРК С-300ВМ «Антей».

Россия участвует в подготовке кадров из стран Африки для миротворческих операций, содействует их оснащению. В мае 2009 года была создана совместная рабочая группа Россия — Мали по борьбе с терроризмом и организованной преступностью, а в 2012 году стороны заключили контракт на поставку в Мали АК, пулемётов и боеприпасов к ним. В Египте, Эфиопии и Алжире российская сторона уже создала пять сервисных центров для среднего и капитального ремонта вертолётов, планируя ввести в эксплуатацию ещё три подобных предприятия.

В ЦАР Москва официально оказывает поддержку законному правительству в укреплении боеспособности вооружённых сил. Примечательно, что данная инициатива исходила от самого Банги. В 2017 году Россия сумела добиться исключения из эмбарго ООН на поставки автоматов и пулемётов Калашникова, ручных противотанковых гранатомётов, снайперских винтовок и пистолетов Макарова для передачи их армии ЦАР. Российская сторона в 2018 году же получила право на разработку месторождения «Ндассима», обеспечивая безопасность в прилегающем к нему районе.

Привилегированный характер носят российско-суданские военно-политические отношения. В 2017 году около половины всего импорта вооружений Хартума приходилось на российскую сторону. Ещё при аль-Башире было подписано предварительное соглашение о создании военно-морской базы на Красном море для российских судов, в том числе для судов на ядерном топливе. О доверительном характере отношений свидетельствуют и контакты по линии Совета безопасности РФ и суданского Суверенного совета: 26 февраля 2022 года состоялась встреча между Николаем Патрушевым и Мухаммадом Хамданом Дагло, в ходе которого суданская сторона подтвердила приверженность тесному военно-политическому сотрудничеству с Москвой.

Россия также активно продвигает взаимодействие по парламентской линии, что стало составной частью общей внешнеполитической стратегии в Африке. В парламенте Мали действует депутатская группа дружбы «Мали — Россия». На встрече с послом Мали Харуном Самаке, состоявшейся в марте 2022 года, глава комитета СФ по международным делам Григорий Карасин подчеркнул стремление Москвы к дальнейшему укреплению и развитию межпарламентских связей с этой республикой. В подобном конструктивном духе прошла встреча Вячеслава Володина с председателем Национального собрания ЦАР; кроме того, наряду с важностью развития межпарламентских отношений, стороны отметили необходимость расширения и популяризации изучения русского языка в стране.

Российская внешняя политика на африканском треке прошла длительный путь, полный взлётов и не лишённый падений. В данном контексте нельзя не согласиться с тезисом российского исследователя Ивана Лошкарёва, справедливо отмечавшего, что политика Москвы в Африке «вполне может похвастаться некоторыми достижениями», однако за ней трудно проследить «какую-либо стратегию, систему, упорядоченность».

С одной стороны, в условиях столь напряжённых отношений со странами Запада и необходимостью сосредоточения ресурсов в подобной турбулентной геополитической среде Африка объективно не может быть ключевым вектором внешнеполитического курса. С другой стороны, как известно из экономической теории, кризис рождает и возможности.

В этой связи африканское направление может стать одним из векторов диверсификации внешнеполитической стратегии Москвы, особенно с прицелом на будущее. Россия сумела эффективно использовать комбинацию торгово-экономических механизмов и традиционных военно-политических ресурсов, обрамляя данную конструкцию шагами в парламентской и культурно-гуманитарной сферах.

Неоценимым ресурсом для дальнейшего внешнеполитического продвижения России в страны Африки является историческое наследие и симпатии к Москве. К примеру, в январе 2022 года в Мали прошли многотысячные митинги во главе с «Организацией молодых руководителей» в поддержку развития отношений Бамако с Москвой, а посол ЦАР в России поблагодарил российскую сторону за то, что она смогла «навести порядок» в стране.

Бесспорно, на нынешнем этапе интересы России на Африканском континенте и её внешнеполитические шаги носят «коммерческий и точечный» характер. Однако налицо и «признаки стремительного расширения российского влияния в Африке», которые отчётливо проявились в «исторических победах» Москвы в Ливии, регионе Сахеля, ЦАР с перспективами подобных «побед» в Чаде и Мали.