Меню
  • USD 74.20
  • EUR 88.44
  • BRENT 69.69 +0.20%

Этнические ОПГ в Татарстане: кто создал почву для их появления?

Аслан Масхадов и Рафис Кашапов. Архивное фото, источник: kazanfirst.ru

18 февраля министр внутренних дел Татарстана Артем Хохорин, выступая с отчетом перед депутатами местного парламента, сообщил, что в регионе отмечен первый случай деятельности этнической ОПГ, состоящей из уроженцев Азербайджана. При этом он отметил, что количество преступлений, совершенных в 2020 году мигрантами, в сумме составляет 1% от общего числа криминальных деяний в регионе.

Всего, по данным МВД по Татарстану, в 2020 году было привлечено к уголовной ответственности 709 членов организованных преступных формирований.

Таким образом, заявление о закате «Казанского феномена», которое на излете своей карьеры сделал предшественник Хохорина генерал-лейтенант Асгат Сафаров, ныне являющийся руководителем Аппарата президента республики, можно признать несостоятельным. Более того, к обычным ОПГ в Татарстане добавились теперь и этнические.

Отметим, что исследователи «Казанского феномена» и раньше фиксировали наличие отдельных преступных объединений, имеющих признаки этнических. Так, автор книги «Бандитский Татарстан — 2» (2019) Максим Беляев, заместитель председателя Верховного суда Татарстана, пишет, что в 1970-х годах в юго-западной части Казани, в пригородном поселке Отары, поселился цыганский табор, во главе которого находился «барон» Кертулай Оглы. Члены табора промышляли перепродажей ювелирных изделий, спекулировали косметикой, жевательными резинками, одеждой и обувью, промышляли мошенничеством. При этом вели себя вызывающе и дерзко.

Последней каплей стала продажа родственнице одного из членов казанской ОПГ «Первомайские» кожаных сапог на одну ногу: когда обманутая попыталась возмутиться, ей пообещали навести порчу. Мирно урегулировать вопрос цыгане, уверенные в своей безнаказанности, отказались. В итоге состоялся сход казанских ОПГ, где было принято решение изгнать табор из Казани. Для начала казанские опэгэшники проехались вдоль цыганских домов в поселке, стреляя по окнам. Цыгане ответили, стреляя на поражение. Тогда члены казанских ОПГ, предупредив местных поселковых жителей, уставших от цыганского беспредела, прошлись «огнем и мечом» по цыганской части населенного пункта. Пострадали, правда, обе стороны, но численный перевес и общественные симпатии оказались на стороне «своего» криминала. В итоге цыганский табор во главе с «бароном» снялся с места и покинул город в сопровождении бойцов казанского гарнизона милиции. Попытка «договориться» со стороны цыган, чтобы остаться на обжитой территории на любых условиях, не возымела действия. Позже некоторые цыгане еще приезжали в Казань, но только чтобы продать по дешевке покинутые дома.

Второй пример создания этнической по форме ОПГ был зафиксирован в Набережных Челнах. Современный исследователь «Казанского феномена» Роберт Гараев, выступая на презентации своей книги «Слово пацана» (2020), рассказал, что Набережночелнинское отделение Всетатарского общественного центра (запрещенная организация) имело признаки этнической ОПГ, особенно когда НЧО ВТОЦ возглавили братья Рафис и Нафис Кашаповы. Последние действительно имели связь с криминалом (Рафис Кашапов в 1980-е годы был трижды судим), «крышевали» пару автостоянок в Набережных Челнах.

Будучи общественно-политической организацией, отделение ВТОЦ, созданное в этом городе в 1989 году, состояло вначале преимущественно из татарской интеллигенции и служащих. Однако в 1993 году его возглавил Зиннур Аглиуллин, считавший, что во главе организации должны быть не «мягкотелые интеллигенты», а «люди из низов народа», под которыми понимались и криминальные элементы. После ареста Аглиуллина 10 июня 1993 года (он вынес смертный приговор первому президенту Татарстана Минтимеру Шаймиеву за «предательство интересов татарского народа»), отделение ВТОЦ возглавил журналист Дамир Шайхетдинов, в 1998 году уступивший пост руководителя Рафису Кашапову. Кашапов проявил себя клиническим русофобом и развил бурную деятельность. Например, установил контакты с чеченскими боевиками, лично выезжал для встречи с «президентом Ичкерии» Асланом Масхадовым и лидером боевого крыла чеченских сепаратистов Шамилем Басаевым.

Таким образом, в 1990-е годы НЧО ВТОЦ, имея в качестве союзников местное отделение Союза татарской молодежи «Азатлык», вполне напоминало этническую ОПГ. Например, в 1993 году «актив» НЧО ВТОЦ выезжал на «стрелку» в Мензелинский район Татарстана, где на свадьбе одного из членов «Азатлыка» в деревне Аю произошел скандал с участием директора Мензелинского ликеро-водочного завода. Последний обиделся на молодоженов и пригласил двух криминальных элементов «поквитаться». В ответ «азатлыковец» позвал своих, и через пару дней из Набережных Челнов выехала большая автоколонна в сторону Мензелинска. Активисты НЧО ВТОЦ ворвались в дом директора, устроили там погром, а потом пришли «разбираться» на завод. И хотя со стороны могло показаться, что ВТОЦ мстит за своего единомышленника, на практике это впоследствии привело к переориентации работы Мензелинского ЛВЗ в интересах водочной мафии.

Криминализация НЧО ВТОЦ стала характеристикой этой структуры в лихие 90-е. В 2000-е годы произошла ее окончательная маргинализация. Логическим итогом стало признание отделения экстремистской организацией, а самому Рафису Кашапову пришлось отсидеть три года за призывы к изменению конституционного строя России и экстремизм. В настоящий момент братья Кашаповы живут за границей, а сам ВТОЦ ожидает утверждения решения о ликвидации от Верховного суда Татарстана.

Кроме всего перечисленного, 27—28 июля 2013 года в райцентре Нурлат произошел конфликт между местными жителями и кавказцами, закончившийся массовой дракой. Об этом тогда подробно писала местная пресса. В Нурлат даже вынужден был приехать председатель Национально-культурной автономии народов Дагестана в Татарстане Арсен Баланфендиев, чтобы разрядить обстановку. СМИ сообщали, что конфликт на бытовой почве имел подоплеку — передел сфер влияния в криминальной среде: после посадки местного «смотрящего» на его место якобы захотел сесть кто-то из приезжих кавказцев. Тогда глава МВД по Татарстану Хохорин поспешил объявить, что события в Нурлате были не межнациональным конфликтом, а криминальной разборкой. Правда, это все же привело к отставкам в районном УВД и уходу со своего поста тогдашнего главы Нурлатского района.

То, что сейчас министр Хохорин признал наличие этнической преступности (к счастью, пока на единственном примере), говорит об одном: никто не может гарантировать, что завтра в Татарстане не появятся другие этнические или этно-конфессиональные ОПГ. Например, предшественник Хохорина Асгат Сафаров относил к ОПГ и исламистские «джамааты», которые действовали в регионе с 1999 года, в своей книге он считает их в определенной степени продолжением «Казанского феномена». Поэтому появление этнической преступной группировки в Татарстане из числа уроженцев Азербайджана (численность азербайджанской диаспоры, по переписи населения 2010 года, составляет 9,5 тыс. человек) — серьезный сигнал. Благодатной почвой для этого остаются миграция, коррупция и социальные проблемы, которые в нынешний кризисный период усилились многократно. Пресечение деятельности этнических ОПГ должно стать важнейшим направлением работы для местных силовиков, как и противодействие любым попыткам воскрешения «Казанского феномена». Причем не важно, в какой его форме — этнической или интернациональной.

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2021/02/20/etnicheskie-opg-v-tatarstane-kto-sozdal-pochvu-dlya-ih-poyavleniya
Опубликовано 20 февраля 2021 в 20:07
Добавьте EAD в свои источники:Яндекс-Новости Google News
Все новости

05.03.2021

Загрузить ещё
Актуальные сюжеты
Одноклассники