• USD 57.50 -0.40
  • EUR 68.66 -0.49
  • BRENT 56.86 +0.76%

«Дракон моря»: Развитие ВМФ Китая, тревоги и противодействие США

Тяжелый авианесущий крейсер «Варяг», вошедший в строй китайских ВМС под наименованием «Ляонин». Иллюстрация: ammokor.ucoz.ru

В Соединенных Штатах пересматривают основы политики безопасности. В Вашингтоне определили, что начался новый период международных отношений, который определяется возобновлением конкуренции между великими державами. «Большая стратегия» США в борьбе за мировую гегемонию требует недопущения появления на материке Евразия великой державы, которая окажется способной бросить вызов американцам. В настоящее время таким главным противником США в Евразии в Вашингтоне объявлен Китай. Текущее северокорейское обострение явно направлено против Китая по линии его безопасности.

Еще в январе 2012 году министерство обороны США опубликовало ключевой документ новой военной доктрины под названием «Поддержка глобального лидерства США: приоритеты для обороны в ХХI веке».(1) В документе указывалось, что военная стратегия США будет уделять повышенное внимание Азиатско-Тихоокеанскому региону. В мировых СМИ сразу заговорили об американском развороте с Европы на Тихий океан. И хотя представители администрации президента Обамы тогда заявляли, что «перебалансировка» на Азиатско-Тихоокеанский регион не направлена против какой-либо страны, многие эксперты уже тогда указали, что действия американцев являются ответом на китайский вызов. Китай своими программами военной модернизации и, в частности, быстрым развитием своего военно-морского флота стал угрожать США. Между тем, именно военно-морское господство США на морях и океанах является главным залогом сохранения американской глобальной гегемонии.

С начала 1990-х годов КНР последовательно строит свой мощный военно-морской флот. В последние годы китайский военный флот стал вторым в мире после американского. Он превратился в огромную военную силу в приморском районе Китая и в его прибрежных морях. Корабли китайского военного флота все чаще появляются на отдаленных морских театрах: в водах западной части Тихого океана, в Индийском океане и даже, как в июле 2017 года, на Балтике. ВМФ Китая проводит регулярную боевую подготовку и учения в Филиппинском море, т. е к востоку от Тайваня и Филиппин. Открытая в 2017 году китайская база в Джибути на Африканском роге на подступах к Суэцкому каналу стала первой заморской станцией морского снабжения китайских военных кораблей. В ноябре и декабре 2015 года сообщение об аренде китайской коммерческой фирмой морского порта вблизи Дарвина вызвало дискуссии на тему безопасности в Австралии. В марте 2017 года сообщалось, что Китай может развернуть контингент китайских морских пехотинцев в коммерческом порту в Гвадаре, Пакистан. Китайцы имеют арендованный порт на Цейлоне и станцию электронной разведки в Бирме.

Американские наблюдатели полагают, что Китай улучшает военно-морские возможности, и это является серьезным вызовом американским ВМС в их способности контролировать западную часть Тихого океана в военное время. Это первый вызов подобного рода, с которым столкнулись ВМС США после окончания холодной войны. По большому счету, военно-морские возможности Китая являются лишь частью более широкого китайского военного вызова долговременному статусу Соединенных Штатов как ведущей военной державы в западной части Тихого океана. Американский ответ на военно-морской вызов Китая становится ключевым пунктом в новом военном планировании США.

Модернизация военно-морского флота Китая включает в себя широкий спектр программ по строительству военных кораблей всех типов и их вооружений, включая противокорабельные баллистические ракеты (ПБР), противокорабельные крылатые ракеты (ПКР), самолеты поддержки и т. д. Военно-морская модернизация Китая также включает в себя усовершенствования в области технического обслуживания и материально-технического обеспечения флота, создание военно-морской доктрины, качественную подготовку экипажей, проведение морских учений и т. д. Ко второму десятилетию 2000-х годов строительство военного флота в Китае полностью переключилось на китайские конструкторские и кораблестроительные подразделения. За прошедшее десятилетие ВМФ Китая добился устойчивого повышения своей компетенции и стал гораздо более оперативно ориентированным. Китай обладает прекрасным ресурсом для комплектования своего флота офицерами и матросами из числа своих прибрежных жителей, поколениями привычных к морю и морской деятельности.

До недавнего времени КНР стремилась развивать мощный военно-морской флот регионального уровня с дополнительными возможностями для проведения одиночных, ограниченных и дальних миссий. Однако новое военно-морское строительство указывает на более амбициозные цели, указанные китайскому флоту руководством страны.

Американские военно-морские эксперты предполагают следующий круг новых задач для расширенного и растущего китайского военно-морского флота:

— утверждение статуса Китая как ведущей региональной и мировой державы. Этому, в частности, соответствует выдвинутый китайскими властями девиз: «Тигр земли, дракон моря»;

— поддержание территориальных претензий Китая в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях, господство в этих морях;

— обеспечение интересов Китая в его 200-мильной морской исключительной экономической зоне;

— защита коммерческих морских коммуникаций Китая, в особенности — в направлении Персидского залива и Суэцкого канала;

— противодействие влиянию США в западной части Тихого океана, вытеснение американцев из этой части Тихого океана;

— выполнение вспомогательных миссий, таких как борьба с пиратством, эвакуация граждан, проведение гуманитарных операций и т. д.

По мере повышения глобальной роли Китая и роста его международных интересов, его военно-морская программа стала более ориентированной на поддержку миссий за пределами Китая, включая проецирование силы, обеспечение безопасности морских путей, проведение разведки, поддержание мира и продвижение китайской гуманитарной помощи его клиентам.

Министерство обороны США отметило, что ВМФ Китая продолжает развиваться в глобальную силу, постепенно расширяющую свои оперативные возможности за пределами Восточной Азии, туда, что называется в Китае «дальними морями». ВМФ Китая, таким образом, получает возможности осуществлять боевые действия за пределами сухопутной обороны Китая. Американцам необходимо учитывать и то обстоятельство, что против их военно-морских сил, действующих в западной части Тихого океана, будет действовать не только ВМФ КНР, но и ее сухопутные и военно-воздушные силы.

Из более актуального для КНР — материковые китайцы рассматривают воссоединение с Тайванем, как неизменную долгосрочную цель и надеются предотвратить вмешательство любого другого актора в свой тайваньский силовой сценарий. Когда это потребуется, китайский ВМФ должен быть готов разрешить ситуацию с Тайванем военным путем. Китайский флот призван сдерживать США от вмешательства в потенциальный конфликт вокруг Тайваня. Вспомним, как в 1996 году Соединенные Штаты развернули две ударные авианосные группы в водах вблизи Тайваня в ответ на китайские ракетные испытания и военно-морские учения вблизи этого острова. Китай не хочет повторения подобного. В случае возможного конфликта вокруг Тайваня ВМФ КНР должны создать закрытую зону доступа для ВМС США на значительном удалении от этого острова.

Вообще, многие из возможностей ВМФ Китая разработаны специально для сдерживания или предотвращения военного вмешательства США в регионе. Желтое море, Восточно-Китайское и Южно-Китайское моря отделены от Тихого океана цепью островов. Островная цепь охватывает как эти воды, так и Филиппинское море, расположенное между Филиппинами и островом Гуам. Китайский контроль над этой линией островов, с одной стороны, открывал китайскому ВМФ путь на просторы Тихого океана, и, с другой — закрывал доступ вероятному противнику к морскому побережью Китая. Значение этих островов можно сравнить со значением островов Курильской гряды для активности российского Тихоокеанского флота.

Модернизация ВМФ Китая сосредоточена на улучшении его качества, а не увеличения количества кораблей или тоннажа.

Высокоточные морские вооружения. Ключевые программы развития ВМФ Китая связаны с развитием морских вооружений. На первом месте здесь американцы ставят создание в КНР собственных противокорабельных баллистические ракет (ПБР) и противокорабельных крылатых ракет (ПКР).

ПБР — это морская баллистическая ракета средней дальности DF-21D, которая может поражать обычными и ядерными боеприпасами корабли, включая авианосцы, в западной части Тихого океана. На эту морскую ракету сухопутного базирования в США обратили внимание еще в 2008 году. В 2015 году DF-21 была продемонстрирована на параде в Пекине. Система наведения этой ракеты на движущиеся морские цели остается неясной для американских экспертов. Они предполагают, что система наведения по-видимому использует комбинацию радиолокационных и оптических датчиков для поиска цели и коррекции полета перед ударом по кораблю. Из-за способности DF-21D изменять курс и наносить вертикальный удар по цели, перехват таких ракет становится сложной задачей. В 2013 году в КНР были проведены испытания DF-21D с атакой по мишени, изображавшей американский авианосец. Военно-морской флот США ранее не сталкивался с угрозой со стороны высокоточных баллистических ракет, способных поражать движущиеся корабли в море. Для противодействия этим возможностям американцам и нужно морское ПРО системы Aegis.

Заметим, что ПБР со значительно большим, чем сейчас, радиусом действия и надежной системой целеуказания из космоса могла бы революционно поменять ситуацию в войне на море в пользу континентальных держав.

Среди наиболее современных противокорабельных крылатых ракет, приобретенных ВМФ Китая, оказались российские П-270 «Москит» (SS-N-22), состоящие на вооружении четырех китайских эсминцев российской постройки типа «Современный», и российская ОКР «Калибр» (SS-N-27), состоящая на вооружении восьми китайских подводных лодок класса «Кило», опять же российской постройки.

Однако Китай развивает и собственные проекты ПКР:

— YJ-83, состоящей на вооружении большинства надводных судов и морской авиации;

— YJ-62, которой вооружают современную серию эсминцев Luyang III;

— YJ-18 вертикального запуска, вооружит эсминцы Типа 055 и перевооружит подводные лодки серий Song, Yuan и Shang;

— сверхзвуковая YJ-12 для вооружения бомбардировщиков H-6.

H-6 является китайской лицензионной версией советского бомбардировщика Ту-16. Модернизированные версии H-6G и H-6К могут наносить удары крылатыми ракетами YJ-12 по американским морским и воздушным базам на острове Гуам, Окинаве и на Филиппинах. Гуам — ключевая точка американского господства в западной части Тихого океана. Окинава — на подступах к Восточно-Китайскому морю и Тайваню. Филиппины играют ключевую роль для доступа американских ВМС в Южно-Китайское море.

Подводные лодки. Министерство обороны США полагает, что китайские ВМФ первоочередное внимание уделяют развитию собственных подводных сил. В стратегической компоненте КНР в 2008 году была только одна подводная лодка с баллистическими ракетами (ПЛАРБ). К 2017 году в строю у китайцев было уже четыре ПЛАРБ. Находящиеся в строю китайские ПЛАРБ типа Jin (тип 094) вооружены двенадцатью баллистическими ракетами JL-2, которые могут поражать цели на дальность в 7,4 тыс км. Каждый носитель JL-2 оснащен тремя или четырьмя термоядерными боеголовками. Министерство обороны США заявило, что четыре ПЛАРБ класса Jin представляют собой первый надежный ядерный сдерживающий фактор Китая. Под надежным прицелом китайских ПЛАРБ Jin при стрельбе из прибрежных вод Китая с защищенных позиций оказываются Аляска, Гавайи и западное побережье США. Если ПЛАРБ Jin займет морскую позицию восточнее Гавай (с точки зрения американцев — западнее), то она сможет поражать цели по всей территории США.

В состав ВМФ Китая в последнее десятилетие введены следующие подводные лодки китайской постройки:

— четыре ПЛАРБ класса Jin (Тип 094);

— шесть атакующих АПЛ класса Shang (Тип 093);

— восемнадцать дизель-электрических ПЛ класса Yuan (Тип 039A);

— тринадцать ПЛ класса Song (Тип 039).

Также в составе китайского ВМФ состоит двенадцать ПЛ «Кило» российской постройки 1994—2005 годов. Таким образом, в составе китайского ВМФ на 2017 год наличествует 53 новые подводные лодки, не считая 17 более старых ПЛ класса Ming (Тип 035).

Сейчас китайцы строят серию из пяти атакующих АПЛ класса Sui (Тип 095) — это гигантские океанские подводные корабли водоизмещением в 20 тыс тонн. По-видимому, Sui будут вооружены крылатыми ракетами. Проектируется и новая серия ПЛАРБ класса Teng (Тип 096). Новая китайская подводная лодка с баллистическими ракетами может изменить перспективы в ядерной войне для США.

Американские специалисты считают, что развитие новейших типов китайских АПЛ и ПЛ связано с освоением и дальнейшим развитием российских военно-морских технологий. Очевидно, что класс Yuan является прямым заимствованием российских «Кило». Также китайские проектировщики, по-видимому, тайно «позаимствовали» из американских проектных институтов компьютерные модели, позволяющие точно на стадии проекта определять турбулентность подводной лодки.

Американцы утверждают, что по шумности под водой самые новейшие китайские АПЛ класса Sui (Тип 095) будут уступать советским АПЛ 1980-х годов проектов 941 «Акула» и 949А «Антей». Однако по скрытности эти китайские Sui будут превосходить советские АПЛ 1970-х годов — проектов 667 БДР «Кальмар» и 671РТМ «Щука». Можно предположить, что находящиеся в строю китайские Jin (Тип 094) и Shang (Тип 093) по шумности находятся на уровне двух последних названных советских типов АПЛ. Все новейшие типы китайских дизель-электрических ПЛ по шумности уступают состоящим в строю китайского ВМФ лодкам класса «Кило» российской постройки.

Недавно Китай объявил, что он разрабатывает винтовые двигатели с электрическим приводом, что поможет снизить шумность будущих китайских подводных лодок. Имеется информация о том, что некоторые из новых строящихся неатомных подводных лодок Китая будут оснащены так называемыми воздухонезависимыми двигателями. Здесь китайцы идут по пути шведских судостроителей с их ПЛ типа «Готланд». Некоторые американские военно-морские аналитики полагают, что новые типы китайских ПЛ демонстрируют, как быстро Китай догоняет США и европейских судостроителей в этом классе морских вооружений.

К 2020 году в составе китайского подводного флота три четверти подводных лодок будут современными и только одна четверть устаревшими. С 1995 по 2016 год Китай вводил в состав флота в среднем около 2,5 подводных лодок в год. Если исключить из этого списка российские «Кило», то тогда получается, что Китай в этот период строил в год две субмарины. При таком темпе и примерном сроке службы подводных лодок в 20 или 30 лет, китайский ВМФ может постоянно иметь в строю от 40 до 60 субмарин. В мае 2013 года тогдашний командующий Тихоокеанского командования США адмирал Сэмюэл Локлир заявил прессе, что Китай планирует иметь в строю своего флота 80 субмарин. По-видимому, на сегодняшний день это самая «оптимистическая» оценка китайских возможностей по части подводных сил. Однако нельзя не заметить, что в общем балансе сил Китая лодок с атомными движителями меньше, чем с дизель-электрическими. Между тем, США в составе своих подводных сил имеют подводные лодки только с атомными энергетическими установками. Наличие в китайском флоте большого количества дизель-электрических подводных лодок указывает на преобладание оборонительной функции в китайском подводном флоте. Развитие китайских атакующих подводных лодок с неатомными движителями рассматривается в качестве ключевого элемента создающегося морского прибрежного пояса безопасности Китая.

Авианосцы. Военно-морские эксперты США предполагают, что в конечном итоге Китай планирует ввести в состав своего флота четыре или шесть авианосцев. Первый китайский авианосец «Ляонин» (тип 001) — перестроенный из советского авианесущего крейсера «Варяг», вступил в строй в сентябре 2012 года. В ноябре 2016 года было заявлено, что судно готово к бою. Воздушное крыло «Ляонина» может состоять из 24 истребителей J-15, 6 противолодочных боевых вертолетов, 4 разведывательных и двух спасательных вертолетов. Очевидно, что «Ляонин» по всем своим параметрам уступает американским ударным авианосцам, имеющим водоизмещение в 100 тыс тонн, атомные движительные установки, катапульты для запуска самолетов и авиагруппы — максимально до 80−90 машин.

Сейчас «Ляонин» используется, как головной корабль для создания китайской авианосной авиации, отработки применения и для подготовки пилотов.

Следующий спущенный на воду и достраиваемый сейчас китайский авианосец «Шаньдун» (пр. 001А) является усовершенствованной копией «Ляонина».

В апреле 2017 года китайское издание People’s Daily Online предположило, что третий и последующий авианосцы Китая получат атомную двигательную установку и катапульту для взлета самолетов. Работы над этим кораблем типа 002 уже начались в 2015 году на судостроительной верфи в Шанхае. Тип 002 будет полностью отличаться от «Ляонина» и «Шаньдуна». Это будет полноценный ударный авианосец большого водоизмещения.

Авианосная авиация Китая уже имеет основной самолет — J-15 — китайскую копию российского Су-33. Но Китай пока не располагает базирующимися на авианосец специализированными морскими вспомогательными самолетами радиоэлектронной разведки и целеуказания, такими как, например, Hawkeye E-2C. Это ослабляет будущую китайскую авиагруппу.

По примеру американцев с их авианосными универсальными F-35C в Китае началась разработка собственного самолета для авианосной авиации с коротким взлетом и вертикальной посадкой. Возможно, их разместят на будущих малых китайских авианосцах.

Уже прозвучали полуофициальные заявления, что Китаю нужны две авиагруппы в западной части Тихого океана и две — в Индийском океане. Хотя авианосцы и могут иметь определенную ценность для военных операций против Тайваня, их роль здесь не является существенной, поскольку остров находится в пределах досягаемости для действия наземной китайской авиации.

Китайские авианосцы могут использоваться для операций по проецированию силы, особенно в сценариях, которые не связаны с противодействием американцам. В частности, эксперты давно комментируют авианосную гонку между Китаем и Индией. «Ляонин» versus «Викрамадитья» в равном весе хорошо противостоят друг другу, но недостаточно хорошо подходят для проецирования силы на большие расстояния. По-видимому, «Ляонин» и «Шаньдун», как и российский «Адмирал Кузнецов», лучше отвечают миссиям противовоздушной обороны флота, в частности, для прикрытия районов развертывания ПЛАРБ.

В политическом плане авианосцы могли бы быть ценны для Китая как необходимый атрибут великой морской державы. Но сейчас американцы полагают, что в боевой ситуации, связанной с противостоянием военно-морским и военно-воздушным силам США, китайские авианосцы оказались бы в крайне уязвимом положении. В нынешнем виде американцы не боятся китайских авианосцев.

Надводные корабли основных классов. Темпы их строительства в Китае поражают внешнего наблюдателя. Только в 2016 году военно-морской флот НОАК заказал 18 надводных кораблей, в том числе, эсминец УРО типа 052D, три фрегата типа 054А, а также шесть корветов типа 056. Общий тоннаж этих кораблей — 150 тыс тонн, что составляет примерно половину тоннажа современного британского королевского флота!

До 2014 года в Китае не было корветов. С тех пор они строятся быстрыми темпами, и их количество в строю по состоянию на начало 2017 года составляет 31 единицу. В 2012 году Китай начал строительство серии новых корветов класса Jiangdao (Tип 056). Имея корветы, китайские ВМФ увеличили свои возможности ведения прибрежной войны, особенно в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях. Новое поколение китайских эсминцев, фрегатов и корветов использует современные системы управления боевыми действиями (БИУС) и продвинутые радиоэлектронные средства воздушного и морского наблюдения. В последние годы боевые возможности военно-морских сил все чаще определяются внутренней начинкой кораблей электроникой и программным обеспечением. Об их современном наступательном вооружении из ПКР мы уже писали выше.

Вместе с приобретением у России в конце 1990-х начале 2000-х годов четырех эсминцев УРО типа «Современный» в Китае развернули собственное строительство кораблей этого типа, создав 8 серий —тип 051, 052, 055 с вариациями — всего 32 единицы (вместе с «Современным» — 36). Шесть китайских серий можно отнести к самым новейшим кораблям этого класса. При этом, строящиеся сейчас корабли типа 055 (первый корабль серии спущен на воду в июне 2017 года) по своим параметрам — более 10 тыс тонн водоизмещения, приближаются к крейсерам УРО, т. е. являются аналогами американских крейсеров УРО типа «Тикондерога». В нынешнем 30-летнем плане судостроения ВМС США присутствуют эсминцы УРО, но не крейсера.

Активно Китай развивает и класс десантных (амфибийных) судов. Способность китайского ВМФ к морским десантным операциям сосредоточена на двух морских географических районах — Тайване и островах в Южно-Китайском море.

Общий тоннаж крупных судов китайского амфибийного флота составил 287 тыс тонн. Помимо 32 крупных десантных судов типа 072 с вариациями водоизмещением в 4,17−4,8 тыс тонн, в 2007—2017 году китайские ВМФ получили четыре крупных десантных транспорта класса Yuzhao (тип 071) водоизмещением в 25 тыс тонн. Корабли класса Yuzhao предназначены для дальних развертываний. Yuzhao может перевозить до четырех малых десантных кораблей на воздушной подушке, а также четыре или более вертолетов.

Для сравнения, крупнейшие американские десантные суда типа LHD и LGA имеют водоизмещение 41−45 тыс тонн. В этом плане в два раза меньшие китайские Yuzhao сопоставимы с американскими десантными судами типа LPD «Остин» и «Сан-Антонио». В марте 2017 года стало известно, что китайцы в Шанхае приступили к постройке десантных кораблей вертолетоносцев типа 075, своим водоизмещением — 40 тыс тонн сопоставимыми с американскими крупнейшими десантными кораблями. Тип 075 способен развернуть и разместить до 30 вооруженных вертолетов. Вполне возможно, что тип 075 послужит прототипом для развития серии китайских малых авианосцев, оснащенных проектируемыми самолетами с коротким взлетом и вертикальной посадкой на палубу.

Эскиз строящегося первого китайского вертолетоносца (тип 075) водоизмещением в 40 тыс тонн. Источник ресурс ВМФ НОАК

В феврале 2017 года пришло сообщение о том, что в Китае началось массовое производство морских платформ типа 726, способных нести один танк и двигаться со скоростью более 60 узлов. Китай может использовать и свои гражданские суда в десантных операциях, которых насчитывают около 150 тыс единиц.(!)

Министерство обороны США заявляет, что «инвестиции Китая в его морские десантные силы сигнализируют о намерении проводить экспедиционные десантные операции вторжения». Здесь американские эксперты в своих комментариях предупреждают, что попытки высадить китайские морские десанты на Тайвань сейчас весьма рискованны в военном и политическом отношении. Пентагон признает, что крупномасштабное десантное вторжение остается одной из самых сложных военно-морских операций. Тем не менее, НОАК увеличивает свою морскую пехоту в пять раз с 20 тыс до 100 тыс военнослужащих. Подобная численность сделает китайскую морскую пехоту аналогом Корпуса морской пехоты США.

Далее перечислим прочие актуальные военно-морские программы китайцев, которые не нравятся США. В последние годы Китай разработал несколько морских беспилотных БПЛА. Китай проводит на стадии испытаний масштабное развертывание разведывательных подводных беспилотных аппаратов в Южно-Китайском море. Китай создал надежную инфраструктуру для исследований, разработок, испытаний и производства самых современных военно-морских мин, включая т. н. «умные мины». Американские военные эксперты оценивают потенциал морских мин ВМФ Китая более, чем в 50 тыс единиц. В Китае изучают концепции полупогружных в воду кораблей — плавучих ракетных батарей. Китай представил свой первый проект корабля типа VLFS (Very large floating structure), аналогичного проектируемой гигантской военной плавучей базе США. Первая китайская VLFS уже собирается из отдельных секций. Военные Китая разрабатывают электромагнитное импульсное оружие, которое планирует использовать против американских авианосцев в любом будущем конфликте вокруг Тайваня. Китай усиливает военное использование космического пространства с помощью новых космических спутников и т. д.

Проект китайского корабля типа VLFS (Very large floating structure). Источник: People’s Daily Online

* * *

Теперь об американском противодействии. В Вашингтоне прекрасно понимают: если в течение следующего десятилетия военно-морские силы США и КНР останутся на примерно текущих траекториях, то постепенное отступление США из Азии станет неизбежным. Сейчас в центрах военного планирования США в связи с ростом китайского ВМФ задаются вопросами:

— достаточно ли сил у ВМС США противодействовать ВМФ КНР;

— отвечают ли текущие планы военно-морского строительства в США на китайский вызов;

— должны ли реагировать ВМС США на китайский вызов изменением архитектуры своего флота;

— смогут ли ВМС США эффективно противостоять ударам китайских ПБР и ПКР, действиям китайских подводных лодок?

Военно-морские силы США обладают глобальными функциями, и их значительная часть находится в Северной Атлантике, Средиземном море и в Персидском заливе. Как следствие, только отдельная часть военно-морского флота США может учитываться в сценарии кризиса или военного конфликта в приморском районе Китая. В отличие от этого, военно-морской флот Китая имеет ограниченную ответственность за пределами приморского региона Китая, и все его корабли находятся в портах, расположенных вдоль побережья Китая. При действиях на рубеже цепочки островов в Южно-Китайском и Восточно-Китайском морях ВМС США будут иметь дальнее плечо снабжения, китайские ВМФ — короткое. В Пентагоне полагают, что Соединенные Штаты, вероятно, по-прежнему будут преобладать в затяжной войне против китайцев с использованием обычных вооружений. Но силы КНР окажутся более способными к установлению временного местного воздушного и военно-морского превосходства в начале конфликта. В связи с подобного рода вероятной перспективой в сентябре 2015 года командующий Тихоокеанским флотом США поднял идею о том, что Третий флот США, оперирующий в восточной части Тихого океана, часть своих сил переведет в сферу действия Седьмого флота, действующего в западной части Тихого океана.

Текущие тенденции в военном балансе действуют против Соединенных Штатов, но у США есть много возможностей укрепить сдерживание в Азиатско-Тихоокеанском регионе. В ответ на китайскую модернизацию военно-морского флота министерство обороны США в последние годы предпринимает ряд действий, которые призваны помочь поддерживать военное превосходство США над улучшенными военными возможностями Китая. Разумеется, США работают в сфере опережающего развития своих морских вооружений. В ноябре 2014 года министерство обороны США объявило о новой инициативе в области инноваций в области обороны. Министерство обороны приступило к выполнению долгосрочного плана исследований и развития (LRRDP) для поддержания превосходства США над противостоящими вооруженными силами, которые численно велики и вооружены высокоточным оружием. В военной теории американцы продолжают развивать свою концепцию «AirSea Battle» (Воздушно-морской битвы) для обеспечения «доступа к частям глобального сообщества» по морю, в воздухе, киберпространству и космосу.

Из текущих действий Пентагона и командования ВМС можно назвать:

— ВМС США увеличат к 2020 году количество своих кораблей в передовом базировании на Тихом океане — с уровня 55% до 60%. Сейчас на Тихий океан отправляются лучшие корабли и экипажи американских ВМС;

— ВМС увеличат количество атакующих подводных лодок, базирующихся на Гуам с трех до четырех единиц;

— ВМС США объявили о намерении в 2017 году разместить в Сингапуре до четырех прибрежных боевых кораблей (LCS) и дополнительно семи LCS в Японии к 2022 году.

Самое главное — США работают со своими союзниками и партнерами в Юго-Восточной Азии. Соединенные Штаты имеют двусторонние договора о безопасности с Японией, Южной Кореей, Филиппинами и дополнительные договора о безопасности с Австралией и Новой Зеландией. В апреле 2014 года Соединенные Штаты и Филиппины подписали соглашение о более широком доступе американцев к филиппинским базам.

Американские ВМС в последние годы предприняли шаги для расширения сотрудничества с военно-морскими силами союзников — Японией, Австралией и Индией. В марте 2016 года начальник Тихоокеанского командования США, адмирал Гарри Б. Харрис-младший предложил возродить неофициальную стратегическую коалицию, состоящую из военно-морских флотов Японии, Австралии, Индии и Соединенных Штатов. На уровне экспертного сообщества в США стала обсуждаться проблема возможной морской войны между КНР и Индией, что позволило бы американцам ослабить военно-морские возможности Китая посредством действий «союзной» державы. В Индии прекрасно понимают американский посыл.

(1) Department of Defense, Sustaining U.S. Global Leadership: Priorities for 21st Century Defense, January 2012, 8 pp.

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2017/08/26/drakon-morya-razvitie-vmf-kitaya-trevogi-i-protivodeystvie-ssha
Опубликовано 26 августа 2017 в 10:35
Все новости

23.09.2017

Загрузить ещё
Аналитика
Facebook
ВКонтакте
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами