• USD 58.80 +0.04
  • EUR 69.17 -0.13
  • BRENT 63.23

«Сербии нет нужды вступать в Североатлантический альянс, так как она уже полностью им оккупирована»

Иллюстрация: frontal.rs.

Вопрос присоединения Сербии к НАТО — второстепенный по сравнению с фактическим влиянием Альянса и его подчинением Сербии своим военно-политическим целям. Сербия является участницей программы НАТО «Партнерство ради мира», и она уже перешла на высшую стадию сотрудничества с блоком. В рамках программы «Партнерство ради мира» Сербия принимает участие в военных учениях НАТО, в которых отрабатываются боевые действия против вероятного агрессора, под которым НАТО подразумевает Россию. Сербия разрешает использование своей территории, инфраструктуры, военных объектов и коммуникаций для военных нужд Североатлантического альянса. Обо всем этом, а также о том, как в этих условиях действовать России на Балканах, в интервью EADaily подробно рассказала кандидат исторических наук, балканист Анна Филимонова.

Какие прогнозы относительно вступления Сербии в НАТО. Вы могли бы дать? Сможет ли Сербия вступить в Евросоюз, сохраняя при этом военный нейтралитет и не присоединяясь к НАТО?

Процесс евроатлантической интеграции, как мы знаем, неразделим. Все страны, за последние два десятилетия вступившие в Евросоюз, являются членами НАТО. И для Сербии здесь исключений никаких быть не может. С одной стороны, мы знаем, что Сербию в НАТО никто не зовет. Это совершенно уверенно говорит и Столтенберг (генсек НАТО Йенс Столтенберг — прим. EADaily), и сербское руководство.

Действительно, НАТО Сербию в официальное членство не приглашает. Но причины этому совершенно другие, нежели может показаться на первый взгляд. Дело в том, что существует Вашингтонский договор об основании НАТО 1949 года. И в этом основополагающем документе НАТО сказано, что новый член Альянса должен обладать территориальной целостностью, а остальные члены НАТО должны признавать за ним эту самую территориальную целостность. Казалось бы, формальность. Но применительно к Сербии это ключевая вещь. Фактически все члены НАТО признают независимость так называемой Республики Косово, то есть независимость сербского автономного края. И они не могут принять Сербию в свои ряды, потому что в этом случае будут вынуждены признавать территориальную целостность Сербии вопреки самим себе. Это им совершенно не нужно, и делать этого они не собираются в принципе. Поэтому и наводится такая дымовая завеса, убаюкивающая российскую общественность, что Сербию в НАТО никто не приглашает. Вот когда независимость Косова будет оформлена в полной мере, когда Косово получит место в ООН, тогда мы и посмотрим, кто и как будет реагировать на членство Сербии в НАТО.

Но не это главное. Формальное членство Сербии в НАТО- это последний вопрос в сравнении с тем, что происходит на деле. Сербии не нужно вступать в НАТО, потому что НАТО вступила в Сербию. НАТО оккупировала Сербию полностью. Сербия является членом программы «Партнерство ради мира». И это не какая -то формальная программа. Это всеохватывающая, комплексная программа по поглощению страны Альянсом. Всё сближение Сербии с НАТО идет в рамках так называемого сотрудничества по этой программе. Сербская власть за 16 лет после 5 октября 2000 года (так называемая бульдозерная революция в Югославии — прим. EADaily), когда там произошла «оранжевая революция», идет по пути сближения с НАТО. Борис Тадич (президент Сербии в 2004 по 2012 год — прим. EADaily) заключил три военно-технических соглашения. Но заключил он их с США, а не с военным блоком НАТО. Нынешняя власть, власть премьера Александра Вучича, заключила договор, о котором Тадич не смел и мечтать. В 2014 году было заключено настоящее соглашение SOFA (англ. Status of forces agreement, SOFA, СОФА — прим. EADaily), то есть технические протоколы к соглашению СОФА.

Рамочное соглашение SOFA заключил еще Борис Тадич, но Вучич сделал страшную вещь, заключив технические протоколы, без которых рамочное соглашение само по себе ничего не значит. А технические протоколы соглашения SOFA — это возможность для НАТО формировать военные штабы на территории государства, использовать по своему усмотрению все военные объекты — казармы, военные базы, все коммуникации, логистику. То есть, эти соглашения дают полный карт-бланш в использовании страны для своих целей. После их заключения НАТО уже ничего и не нужно.

Следом за этим, с декабря 2015 года НАТО констатирует, что Сербия находится на высшем уровне сотрудничества с альянсом — стадии IPAP (англ. individual partnership action plan- прим. EADaily). После этого может последовать только стадия MAP — мembership action plan, когда уже вся политико-экономическая жизнь страны приспосабливается к условиям Альянса, и этот процесс уже необратим.

Значит, ни о какой даже относительной нейтральности Сербии говорить сейчас не приходится?

НАТО — это прежде всего военный союз. У него есть европейский фронт. И существует южно-европейское крыло НАТО. И вот в его рамках проходят военные учения, в которых Сербия принимает самое непосредственное участие. Например, такими учениями только за последнее время стали «Весна-2016», «Платиновый волк 16.1», «Морава -2016». В ходе ряда учений активно используется база «Юг». Она находится на юге Сербии. База реконструирована, модернизирована, оснащена вооружением на американские деньги и находится в 400 километрах прямой воздушной границы от Крыма. Характер учений показывает, что именно там отрабатывается. Не нужно быть профессионалом, чтобы не обратить на это внимание. Там активно используются танки. Когда нам говорят, что это антитеррористические учения, возникает вопрос, для чего нужны танки? В борьбе с террористами танки не применяются. Они применяются только против вероятного противника, когда тот прорвал линию обороны, и боевые действия ведутся непосредственно на территории страны. Напомню, что на последней Парламентской ассамблее НАТО, проходившей в Тиране пару недель назад, было вынесено определение, кто является противником НАТО. Это Россия. До этого у них был вероятный противник, а сейчас они уже четко обозначили, что Россия является «агрессором».

Совершенно ясно, что понятия «военная нейтральность» в отношении Сербии не существует в действительности. Этому противоречит не только высший уровень сотрудничества с НАТО. Применительно к Сербии речь идет скорее о фантазиях и благих пожеланиях, которые не имеют под собой никакой силы. Если бы Сербия действительно была нейтральной, то это должно было бы быть отражено на международном уровне. Существует целая процедура в соответствии с Гаагскими конвенциями 1907 года. В современных условиях страна должна подать заявку в соответствующие органы ООН с признанием ее международного статуса как военно-нейтрального или просто нейтрального. Но до тех пор, пока процедура ООН не запущена, пока ООН не признала этого статуса, этого всего не существует. Во внутреннем плане статус военной нейтральности должен был также найти отражение в Стратегии национальной безопасности, в Стратегии национальной обороны и в Военной доктрине Армии Сербии. Но в этих основополагающих документах Сербии нет данного положения. Откуда же взялась эта нейтральность? Дело в том, что термин «военная нейтральность» упомянут в резолюции Скупщины 2007 года по Косову и Метохии. Но это просто одно упоминание в резолюции совершенно по другому вопросу. Это не тот уровень, который нужен для закрепления статуса страны в качестве нейтральной.

Подводя итог, можно отметить, что термин «военная нейтральность» — это просто некая пропагандистская формула, существующая только в общественно-политическом дискурсе. Каждый может вкладывать в него тот смысл, какой он пожелает. В данный момент я могу констатировать, что «военная нейтральность» служит только целям убаюкивания российской стороны. Когда сербская власть говорит, что мы нейтральны, мы думаем, что это статус официальный. А этого на самом деле нет.

Сербская власть, я думаю, слабо понимает, что она этим хочет сказать. Скорее всего, имеется ввиду некое благое пожелание внеблоковой ориентации или соблюдения баланса сил между Россией и Западом. Но в реальности ничего подобного нет. Будь у сербского руководства воля и желание действительно быть нейтральными — это все в их руках. Это элементарная процедура, которую они при желании могли бы провести в своем парламенте в кратчайшие сроки, внеся изменения в соответствующие основополагающие документы.

Как в нынешних условиях будет продвигаться евроинтеграция Сербии?

Здесь перспективы Сербии однозначны — все будет так, как захочет Запад. И в первую очередь Западу нужно членство Косова в ООН. Есть и другие относительно мелкие требования, но прежде всего это. И вопрос в том, насколько сербская власть будет кооперативна по вопросу Косова (а пока она демонстрирует полную кооперативность), насколько она будет готова безоговорочно выполнять требования ЕС. Думаю, потребуется 10−15 лет для вступления Сербии в Евросоюз. Если, конечно, сам Евросоюз продолжит свое существование. В ближайшие пять лет вступление в ЕС совершенно исключено. От Сербии будут требовать все больших и больших уступок. И если сербская власть выполнит все, то территория страны будет сведена в докумановские границы (в результате битвы под Кумановым, произошедшей в рамках Первой балканской войны (1912 год), сербские войска разгромили армию Османской империи, в результате чего территория Королевства Сербия увеличилась на 39 500 квадратных километров, а население — на 1,5 миллиона — EADaily). И этот остаток Сербии тогда действительно примут в ЕС.

Как Вы оцениваете политику России в отношении Сербии? Нужно ли изменить подходы к ней?

Наше руководство нашло для себя следующий рецепт — несмотря ни на что работать с той властью, которая есть. Предлагать выгодные кредиты, выгодные экономические проекты в надежде, что Сербию удастся удержать хотя бы на двух стульях, не давая ей скатиться полностью в западное подчинение. Но влияние Запада на сербское правительство и на ключевые общественные институты таково, что сербская власть даже не может взять предлагаемые деньги.

Я думаю, России нужно, приняв во внимание западную модель, идти все же по своему пути буквально капиллярного проникновения — на всех уровнях: от СМИ до образовательных программ. Сербия — относительно маленькая по территории страна. Если Россия откроет два-три университета в крупных городах, ей это ничего не будет стоить, а студенты пойдут туда валом. В главном — в ментальном плане — часть народа будет уходить из-под влияния Запада. Здесь надо работать очень серьезно, работать со всеми — политическими партиями, организациями, студентами. Если не поскупиться и идти по этому пути (СМИ, образование, спорт — вплоть до военных учений и поставок современного вооружения), здесь можно еще на что-то надеяться. Делать ставку только на власть, которая подвергается шантажу, угрозам и находится в полном подчинении у Запада — скорее всего путь провальный. Такая власть просто не посмеет сделать ничего, что поставит под угрозу западный проект, а Запад этого не прощает.

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2016/07/08/serbii-net-nuzhdy-vstupat-v-severoatlanticheskiy-alyans-tak-kak-ona-uzhe-polnostyu-im-okkupirovana
Опубликовано 8 июля 2016 в 00:30
Все новости

16.12.2017

Загрузить ещё
Аналитика
Twitter
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами