Игорь Левитас: О Розенбауме и Фермопильском сражении

Скажите мне, друзья, кто из вас помнит о Фермопильском сражении? А давайте на спор — спросите на улице 100 человек: когда, где произошло Фермопильское сражение, и кто победил? Уверен, что из тысячи опрошенных на улице граждан ни один не ответит на ваш вопрос.

Я не знаю, плохо это или хорошо, но «се ля ви» — такова жизнь, как говорят французы. А вот большой интеллектуал, несравненный эрудит Александр Розенбаум, чье 75-летие отпраздновало все прогрессивное человечество, убил наповал. Для него Фермопилы — это вроде Златоустовки или Марьяновки. Не верите? Вот цитата:

«Чем отличается подвиг бойца на СВО от подвига бойца во время Фермопильского сражения? Есть общечеловеческие законы и духовные ценности. В последнее время я написал три-четыре песни о войне, они были созданы на определенном материале».

Вы вообще поняли смысл отрывка? Что он хотел сказать? Набор слов, красивых, хороших, пафосных. Но собранных в такое же бессмысленное предложение, как часто фразы и в его песнях. Почему он сравнивает нынешних бойцов российской армии с героически погибшими от персидской армии спартанцами? Или считает всех идиотами, которые не помнят о Сталинградской или Курской битвах, о сражении под Ельней, об обороне Москвы? Но помнят о Фермопилах?

Вообще читать его интервью, данное РИА «Новости», это тяжелое занятие. Набор крутой демагогии — первая часть интервью. Вторую же часть отличает, простите, хитрожопость…

Признаюсь, я всегда прохладно относился к творчеству Розенбаума. Точнее, к его общественной позиции. И не стесняюсь этого. Сразу же после его «казачьих песен». Для справки: во времена Богдана Хмельницкого казаки убили до 100 тыс. евреев, во время восстания гайдамаков «Колиивщины» и Уманской резни (1768 год) — до 20 тыс. и во время гражданской войны регулярные и иррегулярные казачьи формирования (кубанские, донские, терские казаки в составе Белого движения и красные казаки) довели число жертв погромов до 200 тыс. И вот их воспевает еврей Розенбаум? И как воспевает! Просто Тарас Шевченко. Есть у него поэма «Гайдамаки»: «Здравствуй, жид, свиное ухо! Черт хранит скотину! Да нагайкой, да нагайкой. Изогнувши спину». Кстати, хорошо ложится на музыку «Казачьей»: «На Ивана холод ждём, в Святки лето снится…»

Его спрашивают:

— Планируете ли написать песню о событиях СВО?

Он отвечает:

— Я никогда не пишу песни о каких-то событиях, потому что не люблю публицистику в своем творчестве.

Получается, что «Темная ночь», «Катюша», «В землянке», «Вот солдаты идут», «Дорога на Берлин» и десятки других песен военных лет — это публицистика? Которая тебя не достойна? А разве песни Розенбаума об Афгане — не публицистика? Пусть и не сравнимая с песнями тех военных лет, но тот же «Черный тюльпан» брал за душу тех, кто «поучаствовал». Розенбаум «публицистику» не любит, но именно на ней он и поднялся. Ну, еще на одесских «блатных» песнях. И только где сейчас та Одесса? Был вольный город, «жемчужина у моря» — стал нацистский, где сожгли людей заживо… Но об этом Розенбаум не поет. Потому что публицистика, наверное.

Ему задают простой вопрос: «Планируете поездки туда [на СВО] в ближайшее время?» На что следует иезуитский ответ: «Я планирую, я всегда со своим народом. Но я хочу мира для людей». Т. е. скажи честно — не хочу, я против СВО. Нет, уходит от ответа. А после уточняет, что исполняет песни, затрагивающие именно тему войны, которая является ужасным явлением.

Особенно Александр Розенбаум подчеркнул то, что хочет для всех людей одного только мира. Так это же говорят все те, кто свалил за границу и оттуда проклинают Россию. Розенбаум не дурак, он никогда не скажет, что это Россия виновата в войне. Нет, он просто за мир. Как Максим Галкин❶, Алла Пугачева, Семён Слепаков❶, Земфира❶, Борис Гребенщиков❶, Татьяна Лазарева❶❷, Чулпан Хаматова, Максим Кац❶… После чего он выдает опять дурацкую фразу:

«На войне, конечно, есть не только красный и черный — цвета крови и кончины, есть и голубой, и фиолетовый, серо-буро-малиновый, и свадьбы играют, и любовь крутят — такова жизнь. Но эта жизнь ненормальна для человека».

А для ребят, которые защищают Россию от нацизма, это тяжелая жизнь, но необходимая. Нормальная. Часто героическая. Может, Розенбаум не считает их героями? Так, во всяком случае, мне показалось. Ну а верхом хитрожопости мне показался следующий диалог:

— Вы говорили, что ваш любимый город — Санкт-Петербург.
— Он не любимый, он родной.
— Также среди любимых городов вы называли Киев?
— Киев всегда любил и очень люблю, красивый город.

Это просто копия старого анекдота. Армянское радио спрашивают, какой город самый красивый на свете? «Ереван», — отвечает армянское радио. «А сколько нужно ракет, чтобы стереть Ереван с лица Земли?» Армянское радио, подумав: «Баку тоже красивый город».

Как я понимаю, дело тут, конечно, не в его нелюбви к публицистике или романтизации казаков, а в том, что Розенбаум не слишком умен. Это характерно для большой части творческой интеллигенции — они мнят себя инженерами человеческих душ, но в политике ничего не понимают. И тут Розенбаум — не исключение при всем его снобизме и «глубокомыслии». Он не одобряет СВО, но молча. Он считает, что можно было и без СВО договориться, «все порешать», как в его любимые 1980−1990-е.

Нужно ли его осуждать за это? Мой учитель, настоящий, не институтский, старик-администратор, бывший много лет финансовым директором «Москонцерта», с которым я начинал работать администратором в театре, за которым носил портфель с бумагами, любил говорить об актерах так: «Игорь, но актеры же дети…» Потом делал паузу и добавлял «Сукины!» Извините.

❶Физическое лицо, выполняющее функции иностранного агента

❷Физическое лицо, внесённое в список террористов и экстремистов РосФинМониторинга