В Париже прошла премьера «Евгения Онегина» в постановке Рэйфа Файнса

В Парижской опере состоялась премьера «Евгения Онегина» Петра Чайковского в постановке британского актера и режиссера Рэйфа Файнса — обладателя премий Гильдии киноактеров США, BAFTA и «Тони», трехкратного номинанта на «Оскар» и поклонника русской литературы.

В 1998 году его сестра Марта Файнс сняла одноименный фильм по произведению Александра Пушкина, в котором Рэйф исполнил роль Евгения Онегина, а его коллега Лив Тайлер сыграла Татьяну Ларину. Сейчас артист сам выступил в роли постановщика. Музыкальным руководителем оперы стал Семен Бычков — российский дирижер и с недавних пор музыкальный директор Парижской национальной оперы. Вторым дирижером парижского спектакля будет Кейс Скальоне. Роль Онегина в новой постановке досталась Борису Пинхасовичу — российско-австрийскому баритону, солисту Венской и Баварской оперы, Королевского оперного театра Ковент-Гарден, Ла Скала и Большого театра.

«Произошло такое воссоединение, я бы сказал, двух душ, двух в чем-то похожих друг на друга людей в плане отношения к профессии, в плане тотального перфекционизма в жизни и в творчестве, отчего порой тяжело даже существовать. Поэтому я даже не могу назвать это работой уже с Файнсом, а это уже какое-то сотворчество, если можно так выразиться. И я безгранично счастлив этой возможности, потому что, как мы все знаем и понимаем, Рэйф — великий актер XX, XXI уже столетия, глубочайший философ, мыслитель. С огромным трепетом отношусь к этой коллаборации», — сказал Пинхасович в эфире Пятого канала.

Для Рэйфа Файнса премьера «Евгения Онегина» — дебют в качестве оперного режиссера. Прежде он уже оказывался в режиссерском кресле, но только на съемочной площадке, на его счету фильмы «Кориолан» 2011 года, «Невидимая женщина» 2013-го и «Нуреев. Белый ворон» 2018-го, раскрывающий биографию легендарного танцовщика Рудольфа Нуреева.

«Я думаю, это тот пласт величайшего мирового наследия, который очень важен для него (для Файнса. — Прим. ред.). И он отчасти, может быть, не в полной мере, не будучи русским человеком по рождению, он считывает этот наш особый уникальный код. И именно поэтому это обращение, отчасти можно даже говорить уже о каком-то поклонении русской земле, уважении к ней, своему особенному, но понятию этой святости русского, русской культуры и России», — отметил Пинхасович.