«Бывали хуже времена, но не было подлей»: про Рекса, ордена султана и колыбель армян

«На закате дня хочется в его уходящий день рождения вспомнить великого армянина, Ивана Айвазовского. Один его поступок», — писал 29 июля автор телеграм-канала «Щелчок Таноса».

«Айвазовский был лично знаком с турецким султаном Абдул-Азизом, правившим с 1861 по 1876 годы. Султан пригласил художника в Константинополь. Он заказал несколько картин, которые были написаны за короткое время. Всего было создано почти 30 работ с видами Константинополя и моря.

Султан был так счастлив, что наградил Айвазовского двумя орденами — „Меджидие“ и „Османие“ с бриллиантами. Но в 1894—1896 годах в Османской империи случилась Хамидийская резня. Турки вырезали более 150 000 армян.

Великий армянин был потрясен. Он горевал несколько дней. Потом повесил на свою собаку Рекса турецкие ордена и пошел гулять по Феодосии. Придя к морю, он швырнул ордена в море. Да, величие не в словах, а в поступках», — резюмирует автор.

И пишет уже 31 июля, после всем известного акта вандализма в Нагорном Карабахе, о котором сообщало множество информагентств:

«Жарко, писать что-то потяжелее не хочу, пожалею и себя, и вас. Но небольшими размышлениями по текущим новостям делиться буду. Пик летней неактивности людей иногда совпадает с пиком активности нелюдей. „Не давайте святыню псам и не бросайте жемчуга вашего перед свиньями, чтобы они не попрали его ногами своими“. Да, я понимаю, что это сказано по иному поводу, но согласитесь, уничтожение азербайджанцами памятника Ивану Айвазовскому в день его рождения в Степанакерте идеально визуализирует эту истину. Для них он кто? Гений? Великий маринист? Человек, протянувший за свои средства километры водопровода в изнывающие без воды крымские города и села? И этим спасавший жизни, в том числе и крымских татар, прямых родственников татар кавказских. Нет, он для них, прежде всего, армянин. А про остальное, высокое, они в принципе не знают, как те псы и свиньи из притчи библейской».

А теперь часть поста того же автора от 1 августа. Как говорится, в продолжение темы:

«Несколько коротких мыслей по одной теме: между Россией и Азербайджаном началась теперь война топонимов. В которой ТАСС сразу сдал назад. Сказал Степанакерт — держи до конца. Не смог, дал слабину — получи от бакинской амшары Кёнигсберг в адрес Калининграда.

Я понимаю, ТАСС после Гусмана ждет долгое восстановление, как после комы. Но все же явно видно, что восстановление будет очень долгим, если вообще сможет стать успешным».

А теперь немного истории. Выдающийся арменовед Ким Бакши рассказывал воодушевленно:

«Арцах, Карабах на протяжении столетий был в истории армянской культуры её Матенадараном, то есть хранилищем, и сохранил для народа Армении самое ценное — святую книгу, манускрипт. Он был сокровищницей, полной незримых животворящих семян культуры, ныне востребованных в мире, столь необходимых сегодня людям».

В последней изданной им книге Бакши рассказал о посещении колыбели армянства и великих Храмах. Давайте отрывок из одной главы прочитаем вместе, уважаемые читатели. Смею вас заверить, он того стоит!

***

Гандзасар. Князь князей Хасан Джалал Дола

Не знаю, есть ли такой эффект в истории других народов, но в Армении расцвет искусства не обязательно совпадал со светлыми мирными годами, которые в Армении большая редкость. На VII век приходится арабское завоевание. Но это был золотой век армянской архитектуры. И в первой половине ХIII века под игом турок-сельджуков, а с 30-х годов под тяжелым игом монголов расцвёл её серебряный век!

Это перечисление знаменитых храмов ХIII века я нашел у Анатолия Якобсона, великого их знатока: Арич — это самое начало ХIII века, 1201 год. Знаменитый Гехардский монастырь — 1215 год, Ованнаванк — 1216 год, в том же году заложен Гандзасар; Макараванк — 1241 год, Хоракерт — 1251 год и Аратес — 1265 год. Это всё выдающиеся творения армянского гения, классика архитектуры.

Зачем же Анатолий Якобсон собрал их воедино в специальной работе, посвященной Гандзасару? С каждым из этих храмов им найден в Гандзасаре ряд параллелей в архитектурных решениях или в скульптурном убранстве, это позволило ему сделать вывод о храме Гандзасар как о художественном и духовном центре Арцаха: это прекрасное архитектурное творение воплощает в себе все лучшие достижения армянских зодчих XIII века и его по праву можно назвать энциклопедией армянского зодчества этого столетия.

Стены храма и примыкающего к нему притворагавита покрыты надписями. Приведём одну из многих — очень важную, строительную:

«Именем святой Троицы, Отца и Сына и Святого Духа, надпись сию велел выбить я, слуга Божий Джалал Дола Гасан, сын Вахтанга, внук Гасана Великого, бнакавор (обитатель, житель), властитель высокого и великого края Арцахского, царь Хоханаберда с обширными нахангами (областями).

Отец мой перед смертью своей, безвозвратным уходом из мира сего, завещал мне и матери моей Хоришах, дочери великого князя князей Саркиса, построить с помощью Дарителя благ (Бога) церковь и усыпальницу отцов наших в Гандзасаре, строительство мы начали в 765 году армянского летоисчисления (1216 г.).

И когда возвели восточную стену выше окна, мать моя, отказавшись от жизни в свете сём, в третий раз отправилась в Иерусалим, где, надев власяницу и проведя многие годы в отшельничестве, у врат храма Воскресения, упокоилась во Христе в день Пасхи, и там же была предана земле. Мы же, помня о всех напастях, подстерегающих в жизни, поспешили завершить постройку и закончили милостью и благословением Всемилосердного Бога в 1238 году».

Знал бы князь Саркис, что спустя 800 лет в Баку будут рассказывать про какие-то «албанские церкви», где армянские гениальные мастера «просто разрисовали стены и сделали надписи на своем языке».

А уничтожение кладбища средневековых армянских хачкаров около города Джульфа на территории Нахичеванской Автономной Республики, автономного образования (эксклава) в составе Азербайджана и вовсе назовут необходимостью для постройки стрельбища.

«Бывали хуже времена, но не было подлей», — писала в девятнадцатом веке Надежда Хвощинская.

Топонимические игрища ничем хорошим не заканчиваются, как свидетельствует история. Можно и нужно реальными вещами заниматься. Брать, например, пример с родственников политолога Сергея Мардана, в честь которых назван поселок городского типа Мардакян, что процветает в тридцати четырех километрах от станции Баку. Трудились люди достойно, отсюда и уважение к ним.

Московско-бакинское противостояние ничем хорошим не завершится, нужно искать компромисс. Дабы возвратить из бакинских зинданов российских журналистов и туристов. И вернуть на историческую Родину десятки тысяч продавцов бахчевых культур.

Кстати, про «укропов». Азербайджанско-украинские «поцелуи в гланды и десны» — это не про «позлить Кремль». Копайте глубже: полноценное военно-промышленное сотрудничество. Почитайте новостные ленты, кому любопытно.

Вот, свежачок: пути углубления стратегического партнерства между Баку и Киевом обсуждены на встрече посла Украины Юрия Гусева с помощником президента Азербайджана — главой отдела по вопросам внешней политики Хикметом Гаджиевым.

Глава украинской дипмиссии сообщил:

«Плодотворная встреча с Хикметом Гаджиевым, помощником президента Азербайджана. Обсудили пути углубления украинско-азербайджанского стратегического партнерства. Признательны за устойчивую поддержку и солидарность с Украиной».

Честно и откровенно. Без всяких обиняков и условностей. Пока ТАСС переписывает заголовки, а Марков рассказывает про нашу вину за «сбитый самолет», мифические выплаты и мифическое наказание виновных, реально сбивших российский вертолет.

И в завершение только один вопрос. Неужели действительно российский Патриарх летал в мае нынешнего года не только за тем, чтобы вручить жене азербайджанского президента высший орден РПЦ?