«Мечта» одолела Змея в 2024 году — итоги года в Грузии

Для Грузии 2024 год стал знаковым. Это был год вызовов и испытаний, многие из которых страна прошла с честью, доказав, что является суверенной республикой, самостоятельно определяющей вектор своей внутренней и внешней политики. Об этом EADaily заявил эксперт Северо-Кавказского института — филиала РАНХиГС Сергей Решетняк, подводя итоги года в Грузии.

2024 год был годом парламентских и президентских выборов, которые должны были либо закрепить выбранный на прошлых выборах вектор развития государства, либо ввергнуть страну, по словам Решетняка, в пучину Евроатлантизма, со всеми вытекающими последствиями в виде войны, краха экономики, народными волнениями и отсутствием понимания перспектив на будущее.

К этому году готовилась как действующая власть в лице правящей партии «Грузинская мечта», так и ставленники Вашингтона и Брюсселя, в лице разношёрстной оппозиционной платформы и целого сонма неправительственных организаций, финансируемых либо Агентством США по международному развитию (USAID), либо фондами Сороса❷, либо получавшие соответствующие гранты по линии Евросоюза.

Последние планировали создать коалицию оппозиционных партий, которые должны были на голову разбить правящую партию на выборах, и тем самым привести к власти более сговорчивого премьер-министра, который бы согласился исполнить все веления стран Запада, в обмен на призрачную морковку евроинтеграции и членства в ЕС и НАТО.

Почву для победы должны были создать НКО, которые бы всячески порочили политику власти, продвигали радикальные и экстремистские суждения о русском влиянии, о продажности власти и коррупции, об угрозе национальной демократии — и далее по госдеповской методичке. Той самой, по которой делали киевский Майдан. Если бы победить на выборах не получилось бы, то, «следуя всё той же методичке, Грузии суждено было стать по-настоящему демократичной, пройдя очищение тбилисским Майданом», отметил Решетняк.

«В какой-то степени этот вариант развития событий был даже предпочтительным для западников, поскольку позволял включить инструмент люстраций (в самый раз для демократии!), и полностью зачистить политическую арену от сил, которые не разделяют повестку Вашингтона и ЕС. Простая победа оппозиции на выборах сохраняла бы возможность участвовать в политическом процессе „Грузинской мечте“, что создавало бы риски в будущем. Майдан же дал бы возможность запретить правящую партию, и закрыть доступ во власть всем лидерам „Мечты“ раз и навсегда. Возможно, именно по этой причине оппозиция наигранно медлила, и как бы боролась в полсилы. Всё должна была решить улица, и „разгневанный“ „несправедливыми“ выборами народ. На это и делалась большая ставка», — считает эксперт.

Но власть стала играть на опережение. Вначале был своего рода блок для USAID, который во многом нейтрализовал легальные механизмы политического вмешательства в электоральные и законодательные процессы в стране. Потом парламент принимает два нашумевших закона: об иноагентах и о запрете ЛГБТ❶.

Это, по оценке Решетняка, был сильный удар по западникам, поскольку с помощью этих законов фактически был перекрыт канал легального финансирования антиправительственных сил. Гранты, поступавшие в поддержку гражданских инициатив и продвижение гендерного многообразия, в реальности шли на финансирование экстремистских сил, которые должны были после выборов свергать власть.

После принятия законов, легально отправлять в страну многомиллиардные вливания стало невозможно. Поэтому тут же страна подверглась шантажу со стороны стран Европы и США, которые резко перестали видеть в грузинской демократии демократию, и заморозили дорожные карты евроинтеграции и включения Грузии в НАТО, попутно обрубив правительственное финансирование, которое выделялось республике на эти цели.

Параллельно пытались организовать русофобские волнения, пытаясь показать, что за всеми этими шагами стоит Москва, а правительство Грузии якобы марионетка в коварных замыслах Кремля.

«Но во всех этих случаях правительство вело себя достаточно сдержано, последовательно показывая, что его решения — это решения суверенного правительства Грузии, и действует оно именно в интересах граждан республики. Когда перед парламентскими выборами градус истерии стал зашкаливать, „Грузинская мечта“ зашла с козырей, рассказав через бессменного лидера Бидзину Иванишвили, о требовании европейцев открыть второй фронт против России, даже понимая, что сил у республики в случае войны хватит дня на три-четыре. Более того, „Грузинская мечта“ предлагала реальные реформы, и выверенную программу экономических и социальных преобразований, которые действительно должны были изменить жизнь грузин к лучшему, а не лозунги о европейском единстве, за которыми ничего не стояло и не стоит до настоящего момента. В итоге, ко дню парламентских выборов стало понятно, что победить на самих выборах у оппозиции не получится. В итоге запустили план Б — Майдан», — заявил Решетняк.

Но и тут особого успеха не было. Власти, в отличие от Украины эпохи Януковича, мало слушали западных партнёров, доверяли своим силовикам, и действовали на упреждение. Уличные протесты пресекались. Жёстко, но не жестоко. Лидеров и активистов-провокаторов, задерживали либо на месте, либо по местам их дислокации в перерывах между ночными погромами. Средства силового воздействия на полицию — изымались. Тут же выносились судебные решения, демотивирующие неопределившихся и искателей приключений.

Радикалам, выехавшим на Украину для участия в боевых действиях против России, перекрыли возвращение в страну, не дав сформировать боевые отряды майданщиков.

Лидеры оппозиции старались сильно не светиться, больше переложив риски на плечи на тот момент действующего президента Зурабишвили, открыто призывавшей к непризнанию итогов выборов и неподчинению власти.

В итоге, она стала, по сути, единственным лидером грузинского Майдана, но при этом не особо будучи к этому готовой.

«Простой народ, в первые дни активно выходивший на улицу, со временем стал осознавать абсурдность и бессмысленность происходящего. Поэтому с каждым днём людей на улицах становилось всё меньше. Пламя тбилисского Майдана стало затухать так и не разгоревшись по-настоящему», — констатировал эксперт.

Демарш оппозиции, отказавшейся занять свои места в парламенте, и вовсе был проигнорирован. Парламент начал работать без них, первым же решением признав свою легитимность. Вскоре была низвергнута и лидер объединенных сил Запада в Грузии Зурабишвили. Парламент проголосовал за нового президента. Зурабишвили выборы официально не признала, но и на открытую конфронтацию не пошла, покинув президентский дворец, уступив место избранному президенту Михаилу Кавелашвили.

«Показательным стало и решение о снятии с повестки евроинтеграции вплоть до 2028 года. Этим решением страна показала, что не готова платить любую цену за членство в Евросоюзе и НАТО, но готова стать часть европейской семьи не на правах бедного родственника, а равного. План реформ к 2028 году должен дать результаты, которые позволят стране по экономическим, социальным и правовым показателям реально претендовать на членство, а не выпрашивать его, как это делает Молдавия и осколки бывшей Украины», — считает Решетняк.

Кроме того, по его словам, это мудрое решение, поскольку в 2028 году Грузия «ещё подумает, хочет ли она быть частью европейской семьи в её виде на обозначенную дату», и «будут ли вообще существовать Евросоюз и НАТО к тому моменту».

Этим решением Грузия также показала, что не желает участвовать в идущей мировой гибридной войне и стремится, по крайней мере сейчас, пока идёт горячая фаза, к нейтралитету, столь важному для восстановления республики, после столь частых переворотов, что были раньше, отметил эксперт.

Решетняк также ответил на вопрос о том, есть ли потенциал у Грузии и её экономики. Во многом, сказал эксперт, он определяется здравомыслием политиков и грамотно проработанной программой реформ.

«Всё это у страны есть. Так что потенциал действительно есть. И Грузия действительно может удивить, как удивила её футбольная сборная, которая вначале победила в плей-офф Лиги наций, а потом успешно дебютировавшая на европейском чемпионате. При этом представ единым организмом, адаптирующимся к соперникам и обстоятельствам», — считает он.

Это не означает что всё будет просто и победа, завоеванная в политической борьбе в 2024 году, станет итоговой. Слишком важным местом на геополитической карте мира является её место — южные ворота России и её подбрюшье, подчеркнул Решетняк.

«Это означает, что желание плодить политический хаос у западников и оппозиционных политиков никуда не исчезнет. Уже сегодня в отношении руководства страны введены санкции рядом стран Запада. И это давление будет усиливаться вплоть до завершения горячей фазы противостояния коллективного Запада и глобального Юга. И далеко не факт, что эта фаза завершится урегулированием украинского конфликта. Ведь уже на подходе тайваньский кейс. Но Грузия смогла показать, что у неё есть силы сопротивляться давлению. Есть средства для нейтрализации внешнего вмешательства в национальную политику государства, и, главное есть политическая воля делать всё это», отметил Решетняк.

Самым же большим вызовом, прогнозирует он, станут, как ни странно, не реформы и не противостояние Западу, а разобщённость грузинского общества.

События 2024 года показали, что в стране достаточно большой процент граждан всё ещё грезит евроинтеграцией и видит в этом спасение от всех бед. Всё ещё сильны антироссийские настроения, которые не позволяют выстроить взаимовыгодное сотрудничество с Россией и её союзниками, что сегодня как никогда важно для страны, учитывая охлаждение отношений с Западом.

«Правительство Кобахидзе должно будет найти способы вновь объединить народ, предложить некую национальную идею и, возможно, альтернативу европейской мечте. Оно должно предложить грузинскому народу ту самую грузинскую мечту, которая вынесена в название правящей партии. Национальную мечту, а не привязанную к Европе. Если это удастся сделать, эпоха грузинских майданов наконец подойдёт к концу и больше не вернётся», — считает Решетняк.

Что до российских интересов, то, по мнению эксперта, они во многом совпадают с интересами самой Грузии.

«Россия готова говорить с Грузией как с равной, и заинтересована в экономически состоявшейся и социально стабильной республике. Ведь в этом кроется залог безопасности самой России, поскольку от благополучной Грузии не будут исходить риски. А это уже не мало, в современных реалиях», — заявил эксперт.

2024 год стал для Грузии годом борьбы и «годом победы сил света над силами тьмы» — сюжет подобный победе одного из символов Грузии Георгия Победоносца над Змеем, отметил он.

«Своего Змея в прошедшем году страна смогла одолеть. И этого главное. Что будет в будущем, мы увидим уже в новом 2025 году», — заключил Решетняк.

❶Экстремистская организация, запрещена на территории РФ

❷Организация, деятельность которой признана нежелательной на территории РФ