Марш «Даешь Варшаву»: как литовских чиновников больно клюнул жареный петух

Литовские новости минувших суток больше походят на фронтовые сводки — лаконичны, динамичны, максимально информативны. Агентства ELTA и BNS состязаются в оперативности:

— колонна мигрантов движется к белорусско-польской границе;
— в Литве в лагере беженцев в Мядининкай беспорядки, полиция применила слезоточивый газ;
— мигранты штурмуют польскую границу, министр внутренних дел Агне Билотайте предлагает ввести в литовско-белорусском приграничье чрезвычайное положение;
— нелегалы на границе с Польшей строят палаточный городок, Варшава из резервистов формирует два батальона;
— количество авиарейсов в Минск из Стамбула, Багдада и Дубая выросло до 40 в неделю;

— ежедневно в Белоруссию прилетает от 800 до 1 000 мигрантов;
— литовская армия приведена в состояние повышенной боеготовности;
— руководство Еврокомиссии заверило: санкции против Белоруссии будут расширены.

Наконец, итоговая ночная новость: режим Александра Лукашенко использует нелегалов в качестве оружия в гибридной войне не только против Литвы, Польши и Латвии, но и против всех стран — членов Европейского союза. Поход беженцев в Европу породил хаос на польско-белорусской границе. Более тысячи нелегальных мигрантов попытались сегодня прорвать инженерные заграждения при поддержке белорусских властей. Польша стянула к границе около 16 000 военных.

Официальный Вильнюс убежден:

«Минск перешел все мыслимые красные линии».

Литовский депутат Европейского парламента Андрюс Кубилюс 8 ноября заявил:

«Лукашенко стремится интенсифицировать гибридную войну. Возможно, и Кремль стоит за его спиной. Мы не просто обязаны готовиться к мощной атаке. Евросоюз и западное общество в первую очередь должны кардинально решить вопрос режима Лукашенко».

Но даже политики провинциального масштаба, как Кубилюс, отдают отчет в том, что брутально «свалить» Батьку у ЕС нет сил. Они имеются у НАТО, однако военный трансатлантический блок не занимается решением гуманитарных задач. Единственное, что реально в состоянии сделать Брюссель, — ввести санкции против авиакомпаний, «исправно поставляющих в Минск контрабандный материал». Например, им можно закрыть полеты в страны Евросоюза, отказать в посадках при выполнении рейсов через европейские воздушные ворота.

К слову, с этой идеей давно носится литовский министр иностранных дел Габриэлюс Ландсбергис. Он даже летал в Багдад, чтобы договориться с членами правительства Ирака о сокращении до минимума трафика в Белоруссию. Мусульмане вроде бы обещали, но пока ничего не предприняли.

Анализируя информацию международных авиадиспетчеров, политолог Линас Кояла пришел к неутешительному выводу: организованные беспорядки у польской границы — только начало новой фазы гибридной войны:

«Есть все основания полагать, что настало время укреплять литовскую границу всеми наличными силами и средствами. Мы точно не безоружны. Как не безоружен и весь цивилизованный западный мир. Нужно один раз сказать авторитарным режимам: все, хватит!»

В этом смысле литовское политологические сообщество единогласно поддерживает планы главы МВД Билотайте по объявлению чрезвычайного положения в приграничье. Сама министр, предлагая радикальный шаг, выглядела испуганной, но женские эмоции объяснимы: пойди аналогичная многотысячная колонна на Литву, границу бы нелегалы порвали с первой попытки.

Кстати, у оппозиции появилась хорошо удобренная почва для критики правящих: в течение 30 лет министры всех правительств ежедневно говорили о «непредсказуемости восточных соседей», имея в виду Россию и Белоруссию, однако не делали ничего ради физического укрепления восточной границы ЕС и НАТО.

«Научились лишь устраивать пышные презентации по случаю установки первых 500 метров забора на кордоне длиною почти в 600 километров», — язвительно бурчит литовская системная и несистемная оппозиция.

Утром 9 ноября группы мигрантов численностью от 100 до 500 человек появились у границ Литвы в районе курорта Друскининкай и в Алитусском районе. Штурм может начаться в любой час.

Трагичное положение дел требует безотлагательных решений. Премьер Ингрида Шимоните направила в парламент проект положения о введении ЧП сроком на 30 дней. Спикер Сейма Виктория Чмилите обещает вынести документ на обсуждение вечернего заседания.

Президент Гитанас Науседа провел экстренное совещание с чиновниками, от которых зависит неприкосновенность границ. Единственная встреча, где не проявились избыточные эмоции. Что касается не участвовавших в совещании политиков, они бурлят: «Нужно быть готовыми к атаке сегодня, завтра и всегда».

В частности, поступить именно как требует Лауринас Касчюнас, руководитель парламентского комитета на национальной безопасности и обороне. Он предлагает внимательно прислушаться к настроениям, циркулирующим в литовском обществе. Оказывается, отыскалось излишне много защитников нелегалов.

Действительно, 6 и 7 ноября в столице Литвы состоялись митинги в поддержку несчастных, волею судьбы оказавшихся в лапах литовского правосудия. Защитники беженцев говорили об ужасных условиях содержания, ограничении людей в элементарных правах, отсутствии у официального Вильнюса гуманитарной политики. «Литва в глазах европейского сообщества выглядит ужасно» — этот лозунг доминировал среди протестовавших общественников, правозащитников и небезразличных граждан.

В ответ официальная власть отмахивалась:

«Нужно отдавать себе отчет в том, что против Литвы развязана гибридная война».

В этом заявлении присутствует некоторая неискренность. Когда через Италию, Грецию, Венгрию и другие южные страны ЕС беженцы сотнями тысяч ломились из Турции в богатую Германию, никто не говорил о «дестабилизации», тем более — о «гибридной войне». Наоборот, из всех утюгов призывали спасать людей. Можно вспомнить, как это делали хотя бы бывший министр иностранных дел Линас Линкявичюс или Даля Грибаускайте.

Сегодня речь не о сотнях тысяч — о сотнях. Трудно поверить, что Европа не в состоянии справиться с таким ничтожным трафиком.

И, раз уж мы начали текст новостями с фронта, ими же завершим.

Президент Польши Анджей Дуда провел телефонный разговор со Светланой Тихановской. Детали беседы не раскрываются.