«Брексит по-швейцарски»: Швейцария отказалась от рамочного соглашения с ЕС

Швейцария решила прервать многолетние переговоры по заключению единого рамочного соглашения с ЕС. Причиной для отказа от договора, призванного унифицировать существую правовую базу двустороннего сотрудничества, стали условия, выдвинутые Евросоюзом и вызвавшие недовольство у определенной части населения страны. Существующие разногласия внутри политического объединения, в том числе по вопросам защиты климата и миграционной политики, равно как и недавний опыт Великобритании, лишь усилили желание Швейцарии сохранять в отношениях с ЕС определенную дистанцию, способную защитить государственный суверенитет.

Переговоры о рамочном соглашении велись с середины 2014 года. Уже в 2018 году была подготовлена итоговая версия договора, ожидавшая одобрения и подписания швейцарской стороной. Однако разгоревшиеся внутри федеративной республики общественные дискуссии привели к тому, что в среду, 26 мая, президент страны Ги Пармелен объявил об отказе от дальнейших обсуждений двустороннего документа. «Федеральный совет пришел к выводу, что переговоры с ЕС не дали желаемых результатов», — заявил политик в ходе своего официального выступления.

Договор был призван свести воедино более 100 соглашений, регулирующих отношения между Евросоюзом и Швейцарией. Ранее заключенные договоренности предоставили республике, несмотря на ее отказ в 1992 году от членства в ЕЭЗ, беспрепятственный выход на европейский внутренний рынок. Взамен федерация обязалась обеспечивать свободный доступ граждан Евросоюза на собственную территорию, в том числе с целью трудоустройства. Согласно данным международного фонда Bertelsmann, Швейцария продолжает выигрывать от ассоциации с ЕЭЗ более, чем кто-либо другой, что в числе прочего выражается в рекордных темпах роста зарплат населения. Единое рамочное соглашение было призвано углубить интеграцию Швейцарии и предоставить стране допуск на европейский рынок электроэнергии. С другой стороны, предполагалось, что республика возьмет на себя обязательства по выплате гражданам Евросоюза, работающим на территории федерации, социальных пособий, а также по обеспечению равных прав при трудоустройстве.

Последнее вызвало недовольство у швейцарских профсоюзов, выразивших опасения по поводу снижения уровня зарплат. Комментируя условия, выдвинутые ЕС, министр иностранных дел Швейцарии Игнацио Кассис заявил о «потенциальных сдвигах» в миграционной политике страны, которые могут последовать за предоставлением равных прав работникам из стран Евросоюза. Подобная риторика доносилась и из стана консервативной Швейцарской народной партии, активно отстаивающей на протяжении долгих лет необходимость ограничения трудовой миграции из ЕС. На повестке обсуждений оказалась и тема государственного суверенитета: правительство республики усматривало в соглашении желание Евросоюза начать процесс постепенной интеграции Швейцарии в систему европейского законодательства. Вместе с тем глава представительства Фонда Конрада Аденауэра в Женеве Олаф Венцек назвал опасения по поводу ограничения суверенитета «беспочвенными и неоправданными», поскольку рамочное соглашение предусматривало создание специального арбитража.

Эксперт также отметил «серьезные расхождения между реальными последствиями, которые мог бы нести договор, и эмоциональными предположениями, сопровождавшими дискуссии». «Последствия были бы более чем контролируемыми и, вероятно, даже скорее укрепили бы позиции Швейцарии по отношению к ЕС», — добавляет Венцек.

Согласно опросам общественного мнения, идею заключения рамочного соглашения поддерживало большинство населения страны (64%), однако возникающая необходимость брать на себя ответственность за последствия договора выступила тем фактором, который свел многолетние переговоры на нет. О рисках скорее политических, нежели экономических и социальных свидетельствует и факт преднамеренного затягивания решения в 2018 и 2019 гг., когда ни одна из политических сил не захотела обременять себя неоднозначным вопросом в преддверии выборов.

Несмотря на то, что Швейцария никогда не являлась членом ЕС, возникшая ситуация имеет явное сходство с британским Брекситом: в обоих случаях беспокойство из-за потери государственного суверенитета пересилило соблазны экономических выгод, связанных с внутренним рынком Евросоюза. Как и в случае с Великобританией, Брюссель в конечном итоге проявил непреклонность на переговорах со Швейцарией, лишний раз заявив о том, что извлечение выгод невозможно без принятия правил объединения. Еврокомиссия в ответ на последовавший отказ заявила о невозможности модернизации текущих отношений без заключения рамочного договора. Вместе с тем между историей со Швейцарией и ситуацией с Великобританией существует одно ключевое различие: решение правительства республики никак не отразится на уже существующих договоренностях, а значит, издержки будут носить незначительный характер, не угрожающий благополучию федерации.