Петровское: «Простые люди — мясо пушечное. Такие, братцы, пироги»

Село (хутор) Петровское Старобешевского района находится немного южнее Докучаевска, где ВСУ наряду с Горловкой последовательнее всего прощупывают оборону ДНР. По Минским договоренностям Петровское является демилитаризованной зоной, там располагается наблюдательная вышка ОБСЕ, а иногда сюда наведываются и сами представители миссии. Правда, уже ни для кого не секрет, что Минские соглашения существуют только на бумаге. И история Петровского стала лишь очередным подтверждением этого.

В конце мая появилась информация о том, что село перешло под контроль ВСУ, однако позже оказалось, что они лишь укрепляются на этом «демилитаризованном» направлении. «Не стесняясь даже ОБСЕ», как заявил тогда Эдуард Басурин. Это привело к ответным мерам по сдерживанию противника со стороны ДНР. В настоящее время в районе Петровского гораздо тише, чем было в первые годы войны, но, по свидетельствам мирных жителей, близость фронта все же дает о себе знать.

Дорога на Петровское живописна. Золотые поля сменяются ярко зеленой степью, уютные села — грозными стенами терриконов. О ведущихся неподалеку боевых действиях периодически напоминают красные таблички вдоль дорог — «осторожно, мины». Петровское и до войны было совсем небольшим селом, а сейчас здесь, как говорят местные жители, осталось около десяти дворов, где живут по два-три человека. В Петровском отсутствует магазин — за продуктами и промтоварами его жители ездят в соседнюю Стылу.

Сейчас здесь остались в основном пенсионеры. «Надюха, иди сюда! Журналисты пришли», — кричит дядя Ваня. С супругой Надеждой они прожили уже 38 лет вместе. «Промучились», — смущенно смеется она. «Да уж промучились?! Хорошо прожили. Ну ругались иногда. С кем не бывает?» — обнимает ее муж. По ним видно, что жили они все-таки душа в душу — с любовью рассказывают о детях, вспоминают историю знакомства, показывают свадебный фотоальбом. Сейчас Иван и Надежда живут вдвоем. Выживать на маленькую пенсию им помогает свое хозяйство. У них есть корова, молоко от которой продают всего по 50 рублей за литр. Но в нынешних условиях это оказывается хоть каким-то подспорьем. Раньше им помогал «Красный крест», привозил уголь, продукты. В местном сельсовете им выдали шифер и пленку для восстановления пострадавшего во время обстрела дома.

От затянувшейся войны они, как впрочем и все на Донбассе, уже устали. «Ну скажите мне, кто ж не хочет мира? А так получается, что ни мира, ни войны. Что сидим? С 2014 года мы куда-то идем? Солдаты говорят- „приказа нет“. Одно время обещали — придет Трамп, и война закончится, потом обещали — завершится Олимпиада, и тогда дадим [отпор]… Говорят, говорят — что кур доят. Хлебное, школьное, пасхальное — как только не называют эти перемирия, а толку ноль», — возмущается дядя Ваня. «Видно, кто-то денежку гребет на этой войне, раз она так долго длится», — вздыхает он.

На Украину возвращаться не хотят. «Зачем нам эта Украина сдалась? Мы должны идти по своему пути. А для этого нужно, чтобы война закончилась наконец», — говорит дядя Ваня.

Его сосед Александр Васильевич, бывший тракторист, рассказывает, что живет одним днем. «А что делать? Тикать некуда, никому мы не нужны. Коровок, свинок держу, чтобы семью прокормить», — показывает он свое хозяйство. Сейчас в поселке стало потише, чем в прежние годы, но по ночам все равно стреляют. «Вот 29 числа нас бомбили, мины падали за хутором по речке», — кивает он в сторону полей за селом. «Доходили ли до Вас слухи, что сюда якобы ВСУ зашли?», — интересуюсь я. «Пусть приходят! Тут есть кому нас защитить. Бойцам нашим мы доверяем, если бы не они, нас бы уже повесили, как котят, на первом столбу», — говорит Александр Васильевич.

Вспоминает, каким было село в былые времена. «Хорошее было хозяйство. Ячмень, пшеницу, семечки выращивали. Все было. А сейчас нема ничего — ангар с техникой разбили, землю заминировали, бурьяны одни растут… Вольготно чувствовать себя стали только волки да фазаны — развелось их немерено», — сокрушается он. Спрашиваю про Украину. «А что мне Украина хорошего-то сделала? Убивать пришла, пенсии лишила. Спасибо, что в ДНР хоть немного пенсию повысили», — говорит мужчина. И добавляет на прощание: «Я вот что еще скажу — раз идет война, значит кто-то набивает на ней бабки. А мы, простые люди, мясо пушечное. Такие, братцы, пироги».

И нужно отметить, это мнение стало довольно распространенным в прифронтовых районах. Люди в них в своем большинстве не хотят возвращения на Украину, доверяют ополчению, верят в будущее ДНР, но вот в эту войну и ее правила не верят, не понимают ее смысла, смеются над перемириями, наслаивающимися друг на друга словно годичные кольца на древесине, уже не ждут скорого мира. Но, несмотря на это, живут и стараются сделать свою жизнь более благополучной даже в таких условиях.

Кристина Мельникова, Донецк