• USD 57.48 +0.21
  • EUR 67.74 -0.17
  • BRENT 57.75 +0.90%

Россия — Саудовская Аравия: визит «стража ближневосточных ворот»

Король Салман ибн Абдул-Азиз аль-Сауд и наследный принц Мухаммед бин Салман (на заднем плане). Фото: Saudi Press Agency

В ближайшие дни состоится визит короля Саудовской Аравии Салмана ибн Абдул-Азиза аль-Сауда в Россию. Первые сообщения о готовящейся поездке 81-летнего саудовского монарха в Москву появились ещё два года назад. Тогда на 19-й Петербургский международный экономический форум во главе заместителя наследного принца Мухаммеда бин Салмана прибыла представительная делегация Королевства Саудовская Аравия (КСА). Принца Мухаммеда, сына короля Салмана, 18 июня 2015 года принял президент России Владимир Путин. С этого времени можно вести условный отсчёт не только разговоров о предстоящем «историческом визите», но и самого сближения между Москвой и Эр-Риядом.

Такое сближение носит ситуативный характер, оно не привело к качественным сдвигам в двусторонних отношениях ни в одной из сфер сотрудничества. Будь то совместные экономические проекты или перспективная военно-техническая кооперация, нигде за эти два года прорывов не зафиксировано. Стороны выражают обоюдное стремление выйти на новые уровни взаимодействия, однако пока многое ограничивается лишь декларациями о намерениях.

И всё же к настоящему времени в саудовско-российских отношениях нельзя не заметить серьёзных изменений. Создан достаточно интенсивный и претендующий на доверительность диалог на высшем политическом уровне. Его главный фигурант с саудовской стороны — принц Мухаммед бин Салман, ставший в июне этого года наследником престола и сохранившим за собой пост министра обороны. Любимый сын престарелого монарха неуклонно концентрирует власть в своих руках, наглядно демонстрируя всем внешним партнёрам Королевства, с кем им уже сейчас необходимо вести практически все дела.

После Петербургского форума — 2015 между президентом Путиным и принцем Мухаммедом состоялись ещё три личные встречи: 11 октября 2015 года в Сочи, 4 сентября 2016 г. в китайском Ханчжоу и 30 мая 2017 г. в Москве. Была и встреча с королём Салманом, 16 ноября 2015 года на полях саммита «Большой двадцатки» в турецкой Анталье. Визит в Москву саудовского монарха, конечно, имеет совершенно другой политический вес. Но 32-летний наследник престола укрепляется в роли ключевого центра принятия решений в Саудовской Аравии, и через него продолжится основная работа по приданию отношениям Москвы и Эр-Рияда новых качеств.

Помимо увеличения частоты и содержательного наполнения межгосударственных контактов в двусторонний актив РФ и КСА можно с уверенностью занести и такой важный элемент, как фактический отказ Эр-Рияда от критики российских действий в ближневосточном регионе. В первые месяцы после начала контртеррористической операции ВС России в Сирии (с 30 сентября 2015 г.) саудовская сторона вместе с близкими ей игроками на Ближнем Востоке клонила к дипломатическому бойкоту Москвы. Известно несколько жёстких заявлений МИД КСА по поводу «деструктивной роли» РФ в сирийском конфликте, её вмешательстве во внутренние дела арабского мира. Также свежи в памяти антироссийские демарши крупнейшей арабской монархии на площадке Лиги арабских государств.

Существенная часть негодования саудовцев была обусловлена фактором выступления России и Ирана на одной стороне в сирийском конфликте, в поддержку правительства Башара Асада. С того времени многое изменилось. Эр-Рияд почти не говорит о необходимости скорейшего отстранения Асада от власти, полностью убрал из своего дипломатического лексикона упоминание «деструктивности» Москвы в регионе. Между тем, враждебность к Ирану и его «дестабилизирующему курсу» в Сирии и других горячих точках Ближнего Востока со стороны Саудовской Аравии только возросла. Приход в Белый дом Дональда Трампа, возникшее вслед за этим у Израиля большое воодушевление по части антииранского настроя новой американской администрации приободрили и Эр-Рияд. США и Иран ныне разговаривают на ином языке, чем тот, который был при предыдущей команде Белого дома и который вызывал столько досады у израильтян и саудовцев.

В связи с «дестабилизирующей ролью» Ирана в ближневосточных процессах у саудовцев имеются вполне конкретные опасения, которые они, по всей видимости, постараются донести до Кремля в дни визита короля. В частности, КСА взволновано активными попытками иранцев вернуть палестинское движение ХАМАС в свои союзники.

Сирийский конфликт ещё больше развёл суннитов и шиитов региона в разные стороны. Суннитский ХАМАС отдалился от Ирана и ливанской «Хизбаллы», после 2011 года поддержав противников Дамаска. Когда-то штаб-квартира политбюро ХАМАС располагалась в сирийской столице, затем сменив место «временной прописки» на Катар. Победы сирийских войск, при решающей военной поддержке России и Ирана, над своими врагами вынуждают многих, включая ХАМАС, пересмотреть предыдущие подходы. Из Дамаска уже заявили, что выступают против возвращения штаб-квартиры политического руководства хамасовцев в сирийскую столицу, но нормализовать с ним отношения готовы.

Саудовскую Аравию подобные изменения в регионе категорично не устраивают. Иран уже «приманил» к себе Катар. Если за этим суннитским полуостровным эмиратом последует и ХАМАС, тревожные настроения у саудовцев усилятся. Иран уверенно «отбивает» у Королевства, от центра арабского мира, ряд стран, которые являются частью этого мира (Сирия, Ливан, Ирак, Йемен, Катар). И делает это с неуклонной последовательностью.

Тесный диалог России и Ирана по Сирии озадачивает всех геополитических противников Исламской Республики. США, Саудовская Аравия, Израиль — «тяжеловесы» в стратегии фронтального сдерживания Ирана — не могут не брать в расчёт крепнущие связи Москвы и Тегерана. Россия построила первые энергоблоки АЭС на иранской территории, она поставила Тегерану системы ПВО-ПРО С-300, стоит на страже ядерного соглашения с Ираном, которое торпедируется всеми указанными «тяжеловесами». Выстраивая отношения с Россией сейчас и на обозримую перспективу, семья Аль-Сауд неизменно ориентируется на иранский фактор, продолжая испытывать на прочность отношения РФ и ИРИ. От посыла «дружба с нами принесёт вам больше выгод, чем связи с иранским режимом» саудовцы в отношениях с россиянами не отказываются. Напротив, делается всё, используется любая возможность, дабы вклинить между двумя соседями по Каспию элементы взаимной подозрительности.

За визитом короля Салмана в Россию, наверное, нигде не будут следить с тем повышенным вниманием, какое ему уделят иранские власти. Король и в особенности наследник престола пойдут на заключение беспрецедентно крупных в стоимостном выражении предварительных соглашений и твёрдых контрактов с Москвой лишь бы спровоцировать у Тегерана обеспокоенность. Другой вопрос, что в иранской столице этот алгоритм игры Эр-Рияда давно «декодировали» и научились отвечать на голословные увещевания саудовцев конкретной практикой сближения с Россией.

Помимо обещаний щедрых военных контрактов с Москвой и многомиллиардных инвестиций в российскую экономику Королевство ничем не отметилось. В июле этого года, примерно в тот период, когда стало известно, что король Салман принял приглашение президента Путина и подготовка к визиту приблизилась к финальным стадиям, в Москве дали понять о целесообразности перехода от слов к делу.

Россия и Саудовская Аравия заключили предварительное соглашение о поставках вооружения на общую сумму $ 3,5 млрд. Об этом сообщил глава госкорпорации «Ростех» Сергей Чемезов. «Саудовцы поставили условие, что контракт вступит в силу, если передадим им часть технологий и откроем производство на территории Королевства», — сказал Чемезов.

Вместе с тем глава «Ростеха» напомнил о сложности работы с Саудовской Аравией как с деловым партнёром. «Пять лет назад мы подписали контрактов на 20 миллиардов долларов, а толку, если дальше намерений дело не пошло? Ни на копейку Эр-Рияд ничего тогда не купил. Если называть вещи своими именами, саудовцы с нами попросту играли, говоря: не поставляйте системы ПВО С-300 Ирану, и мы будем брать ваше оружие — танки и другую технику», — посетовал Чемезов.

Имеются и более близкие по времени примеры саудовской «игры» в пику медленно, но уверенно набирающему обороты военно-техническому сотрудничеству (ВТС) России и Ирана. За июньской встречей российского лидера с принцем Мухаммедом в 2015 году Эр-Рияд заинтересовался покупкой экспортной версии оперативно-тактических ракетных комплексов (ОТРК) «Искандер-Э». В ответ на проявленную саудовской стороной заинтересованность «Рособоронэкспорт» выразил готовность поставить ОТРК. Хотя, случись такая поставка, во что до сих пор верится с большим трудом, это добавило бы лишней раздражительности иранцам. Впрочем, руководство «Рособоронэкспорта» два года назад резонно указало на необходимость «искреннего желания заказчика» (1).

Такое желание у Королевства, как можно понять, отсутствует не только в сфере ВТС с Россией. Многомиллиардные инвестиции саудовского бизнеса на российский рынок так и не пришли. По части заключённого в 2015 году соглашения между Российским фондом прямых инвестиций (РФПИ) и Суверенным фондом КСА (Public Investment Fund, PIF) о капиталовложениях на $ 10 млрд (более 25 проектов в различных отраслях российской экономики) имеются нарекания, как минимум, в плане оперативности поступления инвестиций. В апреле сообщалось, что в рамках этого соглашения до конца 2017 года стороны запустят общие проекты на сумму $ 3 млрд. К минувшей весне из $ 10 млрд было вложено только $ 600 млн.

Фактически единственным направлением, где Россия и Саудовская Аравия вышли на конкретику и добились заметного позитива, к настоящему времени, за считанные дни до визита короля Салмана, выступает глобальный пакт о сокращении добычи нефти. Как предполагают эксперты, именно от этой точки совместной кооперации Россия и Саудовская Аравия, как два крупнейших мировых нефтепроизводителя, будут отталкиваться при поиске новых сфер взаимодействия.

Некоторые западные аналитики делают и более масштабные геополитические выводы, к примеру, обуславливая успешное вхождение России на Ближний Восток согласием на это Саудовской Аравии, которая характеризуется «стражем ближневосточных ворот» (2). Дескать, если Эр-Рияд пожелает, он может открыть эти ворота и «пустить» Москву в регион.

Не углубляясь в слабые места этой теории, в коих не поверку нет недостатка, можно ограничиться лишь напоминанием о том, что Россия не «вошла», а вернулась на Ближний Восток в 2015 году. И призошло это во многом помимо воли крупнейшей арабской монархии. Во всяком случае, помимо воли семьи Аль-Сауд на тот момент. Также следовало бы указать на преувеличенность роли Саудовской Аравии в нынешних геополитических конфигурациях на пространстве Большого Ближнего Востока. Кризис вокруг Катара показал, что Эр-Рияду прежде всего следовало бы разобраться во внутриарабских делах, чем тешить себя иллюзиями об обладании ключами от «ближневосточных ворот». Москва продемонстрировала свои способности выстраивать тесные отношения с ключевыми игроками арабского мира без помощи Эр-Рияда. Нынешний уровень и глубина связей России с Египтом, Иорданией, ОАЭ, другими арабскими странами — тому очевидное свидетельство.

Российско-саудовские отношения достигли определённого «потолка роста», за которым прежде всего от Эр-Рияда требуется инициативность в деле создания условий для качественного прорыва. Однако саудовцы явно не торопятся. Действуя в присущей им манере размеренного принятия решений во всём, что, так или иначе, затрагивает интересы мировых держав, они предпочитают осторожный подход. Напрашивается вывод. «Исторический визит» короля Салмана в Россию не приведёт к существенной смене ни двусторонних, ни геополитических «декораций». Саудовская Аравия приняла приглашение Москвы и король наконец пожалует. Но приглашения к реальному партнёрству нет ни с одной стороны. Для этого слишком много внешних препятствий, приступить к устранению которых РФ и КСА сейчас явно не расположены.

(1) За последние 20 лет было несколько сообщений о готовности Саудовской Аравии закупить в России крупные партии вооружений. Впервые о таких закупках на сумму в $ 1,5 млрд (что с учётом многократного роста цен примерно эквивалентно нынешним $ 10 млрд) объявлялось ещё в 1996 году. В середине 2000-х годов руководители «Рособоронэкспорта» заявляли о пакете контрактов на сумму в несколько миллиардов долларов — Саудовская Аравия собиралась приобрести вертолёты Ми-17 и Ми-35, боевые машины БМП-3 и танки Т-90. Причём новейший российский танк прошёл полный цикл испытаний на полигонах Королевства. В 2007—2009 гг. Россия подготовила крупный (около $ 4 млрд) пакет предложений по оружейным поставкам в Саудовскую Аравию: 150 танков Т-90С, 30 ударных Ми-35М и Ми-28НЭ, 120 военно-транспортных Ми-17 вертолётов, до 250 БМП-3, зенитных ракетных систем (С-300ПМУ-2 «Фаворит», «Бук-М2Э» и «Панцирь-С1»).

(2) Paul J. Saunders, Russia sees Saudi Arabia as 'gatekeeper' to Mideast // Al Monitor, September 17, 2017.

Ближневосточная редакция EADaily

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2017/10/02/rossiya-saudovskaya-araviya-vizit-strazha-blizhnevostochnyh-vorot
Опубликовано 2 октября 2017 в 09:55
Все новости

20.10.2017

Загрузить ещё
Аналитика
Октябрь 2017
2526272829301
2345678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
303112345
Facebook
ВКонтакте
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами