Как Россия теряет Балканы

На очередную годовщину святого для всех сербов праздника Видовдан — дня косовской битвы, их снова били. Приехавших почтить память предков на землю предков, то самое Косово поле, местные албанские полицейские заставляли снимать майки с национальной символикой, швыряли в дорожную пыль сербские флаги, а когда возмущенные сербы ответили им на это камнями, открыли огонь — двадцать человек попали в больницы. В тот же день албанцы отметили Видовдан на свой лад, забросав школьные автобусы косовских сербов бутылками с зажигательной смесью. К счастью, из ребят никто не пострадал, но то, что на тех автобусах были косовские номера, наглядно показывает, каким и только каким может быть будущее тающего из года в год сербского меньшинства в некогда сербском Косово. Да и большая Сербия инцидент, по сути, проглотила, и если раньше на Видовдан в Косово отправлялись целые колонны паломников, которые со стойкостью мучеников шли вопреки опасностям, которые могли их ожидать, то в этом году на Косово отправился один-единственный автобус…

А все потому, что большая Сербия была занята великими преобразованиями. Например, представлением городу и миру нового премьер-министра Аны Брнабич, которая не только активный член белградского филиала ротшильдовской «Трехсторонней комиссии» (Trilateral Commission), но и открытая лесбиянка, а также, говорят, еще и хорватка. Или учреждением по инициативе свежеизбранного президента Александра Вучича нового министерства по интеграции в ЕС, пришедшего на смену учрежденной в начале нулевых канцелярии. При этом поддержанный Кремлем Вучич не забывает при случае повторить, что ведомая им страна не намерена вступать в НАТО, и выступает за сохранение добрососедских отношений с Россией. Однако подобный расклад не устраивает уже «дорогих западных партнеров», которые хотят, чтобы Белград двигался только туда, куда желают они.

Поэтому практически сразу Washington Post и Deutsche Welle начали критиковать сербского президента, мол, тот хитрым ходом с «толерантной» премьершей хочет прикрыть собственный авторитаризм. Не менее жесткой критике в американской прессе подверглось назначение давнего соратника Вучича, левого политика Александра Вулина, министром обороны — ему тотчас же прикрепили ярлык «слишком русского». Ну, а дальше всех пошел посол США в Сербии Кайл Скотт, который в интервью телевидению Воеводины (сербский край, где сильны сепаратистские проевропейские настроения) заявил о том, что его страна считает, что «российский гуманитарный центр в Нише — это центр шпионажа». Напомним, что речь, по сути, идет о центре МЧС, занимающемся помощью региону, причем не только Сербии, во время чрезвычайных ситуаций. Известно же, что когда Западные Балканы страдали от пожаров и наводнений, то на помощь приходили отнюдь не представители стран, с которыми так сильно желает интегрироваться нынешний Белград, а вполне себе российские спасатели.

Не менее занятно на этом фоне прозвучали слова заместителя помощника государственного секретаря США Хойта Брайана Йи, который во время встречи с Александром Вучичем в Белграде призвал государства Балкан бороться с влиянием России, которая хочет подорвать их единство с Западом. То есть страна, которая всюду сует свой нос на Балканах, учит всех, как нужно жить, внезапно обеспокоилась действиями вероятного конкурента. Но если вдуматься, а что дает той же Сербии интеграция с уважаемыми партнерами? И что — сотрудничество с Москвой? Разве Вашингтон или Брюссель взялись технически переоснастить разваливающуюся сербскую армию? Или они же взялись модернизировать местную железнодорожную инфраструктуру? Предложили местным рабочие места в газовых корпорациях? Нет, все это сделала опять же Москва. Запад до сих пор не предложил Сербии ничего конкретного, кроме все тех же популистских лозунгов о единой семье цивилизованных народов. Мало того, он — Запад — изначально выступал против ее территориальной целостности, в свое время отторгнув Косово, а сейчас подогревая сепаратистские тенденции в долине Прешево и общине Буяновац, в Санжаке и Воеводине. Однако Белград все равно на всех парах летит в объятья своих заклятых друзей. Почему?

А потому что Сербии, равно как и другим государствам Балкан, гордым, но маленьким, всегда нужна действенная помощь и поддержка сильных государств, реальных геополитических игроков. И вот тут голос Москвы звучит откровенно слабо. Даже на последних выборах официальная Россия поддержала умеренно прозападного Вучича, совершенно проигнорировав кандидатов, откровенно выражавших пророссийские симпатии. А до этого, в бытность Вучича премьером, глава российского государства в ходе встречи с ним заявил, что уважает выбор Сербии в пользу интеграции с ЕС. Тогда кто-то воспринял эти слова как фигуру речи, но как известно, любая подобная фигура оставляет возможность воспринять сказанное буквально.

Что-то схожее прозвучало, когда полный надежд греческий премьер Алексис Ципрас приезжал в Москву. И уехал из неё, имея довольно бледный вид. Ничего убедительного не услышали жители Болгарии, когда голосовали за «пророссийского» Румена Радева, не прозвучало никакой конкретики в ответ на выступления антинатовской оппозиции в Черногории и народные протесты против прозападных ставленников и их албанских союзников в Македонии. Запад же в свою очередь, реагировал мгновенно: в Черногории быстренько состряпали «государственный переворот», в Македонии, арестовав общественников, усадили в правительственные кресла своих людей, в Болгарии и вовсе стараться не пришлось — ее новоизбранный лидер быстро поменял риторику, когда это стало нужно.

По сути, вторая половина 2016-го — первая половина 2017-го стала аналогом Русской весны 2014-го года на Украине — Балканской весной. Которую у нас привычно просмотрели, убоявшись принять в процессе деятельное участие. Хотя даже при такой дистанции, как видим, «уважаемые партнеры» не скупятся на обвинения в адрес Москвы, ибо, как известно, громче всех «держи вора!» кричит сам вор. И, как и в некогда самой русской части Украины (Одесса, Николаев, Харьков, Херсонщина) через каких-то лет пять не останется ничего русского, так и Балканы грозят уйти в полный и бесповоротный дрейф от Русского мира. Западные партнеры постараются. Они уже стараются. И у них все получается. А весну сменил Ледниковый период.

Алексей Топоров