• USD 64.06 +0.36
  • EUR 71.93 +0.56
  • BRENT 45.89

Надежда Попова: Авантюра под названием «Аккую»

Иллюстрация: lensmena.ru

Долгожданный — для турецкой стороны — приезд Реджепа Тайипа Эрдогана в Санкт-Петербург для встречи с Владимиром Путиным совпал с громким международным атомным скандалом. Напомним, что президент Турции приехал решать и свои энергетические проблемы. Но в аккурат перед его визитом на Белорусской АЭС под Гродно, которую возводит государственная корпорация «Росатом», в реакторном зале с большим грохотом свалился с петель ядерный реактор, кстати, той же самой «породы» ВВЭР-1200, которую у себя в скором времени собирается заиметь Анкара. Сегодня, заметим, Турция хочет все сразу: и российских туристов, и «голубое» топливо, и «мирный» атом. И хотя еще в декабре 2015 года турецкое информационное агентство «Анадолу» сообщило, что «Росатом продает макет атомной станции», на деле выяснилось, что Анкара держится за «Аккую» обеими руками.

Кроме «Аккую» Росатом обещает построить за рубежом еще 33 энергоблока, включая АЭС «Куданкулам» (Индия), уже упомянутую белорусскую АЭС «Островец», вторую очередь АЭС «Тяньвань» (Китай), АЭС «Ханхикиви» в Финляндии и др. И везде на атомных стройках есть очень большие проблемы, о которых СМИ предпочитают молчать. И это не только нехватка рабочих рук. Гораздо серьёзнее обстоят дела со старыми атомными технологиями России. Вызывает много вопросов довольно мутный контракт на постройку АЭС «Аккую». Удивляют фантастические, но пустопорожние обещания Росатома «догнать и перегнать…»

А что на деле?

Кредит на полвека

Напомним, что реализация проекта строительства атомной станции «Аккую» в курортной провинции Мерсин начала буксовать сразу после резкого ухудшения отношений в связи с инцидентом в небе над Сирией 24 ноября 2015 года. Российский бомбардировщик Су-24 был сбит авиацией Турции. После этого Москва ввела экономические санкции против Анкары. Под угрозой замораживания оказались крупные международные проекты, такие, как АЭС «Аккую» и сооружение газопровода «Турецкий поток».

— Соглашение о возведении первой в Турции атомной станции было подписано Москвой и Анкарой в 2010 году, — напоминает доктор технических наук, в недавнем прошлом — заместитель директора по науке ВНИИ атомного машиностроения, профессор Игорь Острецов. — Договор предусматривает возведение четырех энергоблоков мощностью по 1200 мегаватт. Атомная станция, возведенная по российскому проекту, должна обеспечить выработку 17% электроэнергии для Турции. Введение в эксплуатацию первого энергоблока было запланировано на 2020 год. Но сегодня, по всей видимости, сроки будут сдвинуты!

— Росатом направо-налево раздает кредиты странам, в которых он реализует свои атомные проекты, — возмущается доктор технических наук, член Общественного совета при ГК «Росатом», профессор Владимир Кузнецов. — В общей сложности Турция, Египет, Бангладеш и Финляндия уже получили больше $ 100 млрд. Под 3% годовых. Эти деньги, между прочим, изымаются из бюджета Российской Федерации. А мы не знаем, как платить достойную зарплату учителям, врачам, инженерам. Как увеличить стипендии студентам? Пенсии старикам? Детские пособия? И почему кредит на атомный проект со сроком окупаемости в 30 лет выдается на такой долгий срок всего лишь под 3% годовых? А вот когда истекает срок по кредиту, который Москва предоставила Минску на строительство АЭС «Островец» в Белоруссии? В это трудно поверить, но это правда! Через 52 года, в 2068 году! Это когда в живых уже не будет ни Кириенко, ни Эрдогана, ни Лукашенко, ни прочих ярких государственных деятелей, энергично двигающих атомные проекты в жизнь, включая Дмитрия Медведева и Дмитрия Рогозина. И тут есть над чем задуматься!

СПРАВКА

В 31 стране мира сегодня работают 192 атомные электростанции с 447 энергоблоками. 62 энергоблока находятся в стадии строительства. 159 энергоблоков закрыты.

Риски — чудовищные!

С мнением известных российских ученых-атомщиков Острецова и Кузнецова согласен и бывший заместитель министра по атомной энергии, доктор технических наук, профессор Булат Нигматулин:

— Российские экспортные проекты по АЭС продвигаются за счет тех кредитов, которые мы даем нашим зарубежным партнерам. И даем на невыгодных для себя условиях, с высокими рисками невозврата средств. Турецкий проект «Аккую» — по ряду причин — требует к себе пристального внимания. Напомню, 6 лет назад было подписано базовое межправительственное соглашение Российской Федерации и Турецкой Республики о сотрудничестве в сфере строительства и эксплуатации АЭС на площадке «Аккую». В базовом соглашении указана такая схема финансирования проекта — «строй-владей-эксплуатируй». Но по этой схеме никто в мире, включая и саму Россию, с атомными станциями никогда не работал. Согласно базовому соглашению, создается проектная компания, то есть АО, аккредитованное в Турции. Детальный анализ документов, на которых базируется проект «Аккую», не оставляет никаких сомнений в том, что все возможные дополнительные затраты вплоть до многомиллиардных по инвалютной шкале выплат и риски по реализации проекта может взять на себя Россия.

Профессор Нигматулин уверен, что проект «Аккую» в том виде, в каком он существует сегодня, представляет для нашей страны фантастическую авантюру. Условия по продаже электроэнергии на АЭС «Аккую» кабальные по своей сути, риски по безопасности АЭС чудовищны, запредельно высоки, условия эксплуатации противоречивы и чреваты как внутритурецкими, так и международными конфликтами. Далее, соглашение по АЭС «Аккую» выполняется без финансовых обязательств c турецкой стороны. Турция не несет никаких финансовых рисков по проекту! Все сотрудничество, в том числе работы по строительству и эксплуатации АЭС, передача технологий, вывод из эксплуатации, утилизация РАО (радиоактивных отходов) и ОЯТ (облученного ядерного топлива) с очень высокой долей вероятности придется оплачивать из бюджета РФ. Ко всему прочему, в официальных документах по АЭС «Аккую» отсутствуют обязательства турецкой стороны по сооружению ЛЭП и подстанций для отбора мощностей, нет данных по гарантированному электросбыту этих мощностей. Такое ощущение, что документ по возведению «Аккую» составляли школьники, причем, из младших классов!

СВР не спросили

Вернемся на несколько десятилетий назад. Турция еще в 1976 году хотела начать строить свою собственную АЭС. Именно тогда турецкими надзорными органами была выдана лицензия на строительство атомной станции.

— В 1974 — 1976 гг. будущую площадку под атомную станцию в провинции Мерсин обследовали советские атомщики, — продолжает разговор профессор Игорь Острецов. — Было сделано заключение об обустройстве площадки «Аккую». А для обустройства нужно сделать немало. Необходимо было создать стройбазу и построить первую очередь пристанционного поселка примерно на 3 тыс. человек. Далее — соорудить водопровод через горы длиной 11 км. Для выравнивания площадки — это было прописано отдельно — нужно вскрыть и переместить в море для двух и четырех блоков АЭС соответственно 6 млн. и 11 млн. м3 известковой породы. Это колоссальные затраты! Потом нужно обустроить глубинный водозабор. Проложить транспортные коммуникации, линии электропередачи, построить пусковую котельную. И соорудить пирс для приемки грузов, доставляемых по морю. А также продумать все мероприятия по охране площадки и поселка.

До осени 2015 года в СМИ (в том числе, и в турецких) шли сообщения, что российская сторона «на обустройство» площадки под «Аккую» уже потратила более 3 млрд. рублей. Но все эти сообщения позже были опровергнуты пресс-службой Кремля.
Но что удивительно в этой ситуации? Турция — арена незатухающих межнациональных конфликтов с ощутимыми террористическими угрозами, а проект «Аккую» — по замечаниям российских атомщиков — прошел согласование только с ФСБ РФ, а со Службой внешней разведки (СВР) согласования почему-то не было…

Почему?

Про самолеты и ПВО

До сих пор не прописаны другие серьезные вопросы. На российских атомных станциях есть специализированная охрана, персонал АЭС имеет допуск секретности. Для предотвращения несанкционированных действий проводятся специальные мероприятия как среди персонала АЭС, так и среди кандидатов на прием на работу. Эти люди очень тщательно проверяются соответствующими спецслужбами. Непонятно, как все это будет организовано на территории Турции. С другой стороны, в целях физической защиты АЭС необходимо будет держать на территории Турции специальные военизированные российские подразделения. А это дополнительные затраты на эксплуатацию. И согласится ли на это Анкара?

— По российским нормам полет самолетов над атомными станциями запрещен, — напоминает Игорь Острецов. — Кто будет устанавливать ограничения по пролету самолетов над АЭС «Аккую»? Кто будет осуществлять меры по ПВО, которые действуют для всех российских АЭС? Атомная электростанция — не военная база, строительство АЭС на территории другого государства по такой сложной и противоречивой формуле — исключительный прецедент в мировой практике. Втягиваться в такую авантюру чрезвычайно опасно! Да, АЭС — это опасное производство, связанное с радиационными и ядерными рисками. И все эти риски — и это понятно — ложатся на российскую сторону. Турецкая сторона несет ответственность только за выделение земли, на которой будет строиться АЭС, и гарантирует доступ к этой площадке подрядчиков, агентов, поставщиков, имеющих непосредственное отношение к стройке ядерного объекта.

Вопросов, как видим, больше, чем ответов!

Анталия АЭС не рада

Идем дальше. Провинция Мерсин граничит с курортной зоной Анталия. В этой части Турции пока отсутствуют крупные потребители энергоресурсов. Но зато там есть сильнейшее туристическое лобби, которое уже высказалось, что есть очень мало радости в известии о строительстве мощной атомной электростанции по соседству.

— Турция является ареной незатухающего кровопролитного конфликта правящих сил с курдскими боевиками, — говорит Валерий Волков, профессор, директор Академии геополитических проблем. — Это в разы повышает уровень террористической угрозы. А юго-восток Турции, где расположена провинция Мерсин, является главным регионом компактного проживания курдов. В 80 км от АЭС «Аккую» располагается Сирия, в которой полыхает война. В 70 км от АЭС «Аккую» находится побережье Республики Кипр. А там — самопровозглашенная Турецкая республика Северного Кипра, получившая официальное признание только Анкары. В общем, сплошные очаги конфликтов!

— Восток — дело тонкое, — иронизирует профессор Булат Нигматулин. — Базовое соглашение по АЭС «Аккую» — это топорная работа. Причем, как оказывается, топором владеют турки не хуже, чем ятаганом.

Про форс-мажор забыли

А где Анкара собирается хранить ядерные отходы? Для хранения этих отбросов понадобится сооружение специального полигона. И вне всякого сомнения, оно должно будет располагаться вне курортной зоны. Соответственно, это повлечет за собой выделение и покупку участка земли, резко отрицательную реакцию жителей и органов власти в месте нахождения полигона и дополнительные затраты, чтобы преодолеть это противодействие. А стоимость такого вывода из эксплуатации, напоминают атомщики, становится соизмерима со стоимостью строительства самой станции.

Ко всему прочему, в соглашении отсутствует статья о форс-мажорных обстоятельствах, не прописано положение о невозможности национализации проектной компании. Возврат средств России находится под вопросом из-за вероятного ограничения роста стоимости электроэнергии в Турции на длительный период и скачков курса доллара к мировым валютам: турецкая лира находится в зоне повышенного риска! И любой малейший инцидент на атомной станции, провокация против ее сотрудников немедленно вызовут отток туристов и, соответственно, негативную реакцию местных жителей. Надо же обо всем этом думать! И думать серьезно.

Почему валятся ядерные реакторы

И хотелось бы остановиться еще вот на чём. Государственная корпорация «Росатом» давно бежит впереди паровоза (по числу зарубежных заказов мы обогнали многие «продвинутые» атомные державы), обещая золотые горы в возведении и эксплуатации АЭС. Последнее сообщение — Росатом построит еще 8 энергоблоков в Исламской республике Иран. В день приезда президента Турции Эрдогана по всем новостным каналам пошли новости, что до 2030 года на территории России заработают еще 6 (прибавим к 10 работающим АЭС) атомных электростанций. Но откуда у Росатома вдруг появилось столько возможностей? Ученые-ядерщики эмигрируют из РФ десятками, в Росатоме на руководящих должностях давно и прочно сидят дилетанты. За 11 лет своего нахождения на посту директора Росатома Сергей Кириенко вместо 26 обещанных энергоблоков сумел построить только 4. Два из них работают через пень-колоду, а особенно проблемным является новый, четвертый блок Калининской АЭС в атомной Удомле: «остановы» и ЧП происходят чуть ли не еженедельно! Скандально строится Ленинградская АЭС-2. Большой международный скандал идет на АЭС «Островец» в Белоруссии, где в реакторном зале уронили 330-тонный ядерный реактор. Росатом, как всегда, попытался скрыть и это ЧП, но вмешались журналисты. Вполне возможно, что опасный проект АЭС «Островец» будет закрыт, как была закрыта недавно (как ненужная) Балтийская АЭС под Калининградом: в землю «закопали» более 60 млрд. бюджетных рублей. Все свои ядерные объекты ведомство Кириенко строит как будто бы по одним тревожным лекалам…

Много вопросов у общественности вызывают 11 реакторов «чернобыльского» типа, которые с надрывом работают на Ленинградской, Смоленской и Курской АЭС. Особенно тревожно положение на самом старом, первом энергоблоке Ленинградской АЭС, где тоже в последнее время нередки ЧП и НС (нештатные ситуации). Но у Росатома якобы нет денег и возможностей, чтобы остановить работу этих ядерных монстров. Тогда почему раздается столько многомиллиардных кредитов на 30−50 лет?

Сеул отказался строить АЭС «Синоп»

Напомним, что соглашение по строительству АЭС «Аккую» прошло согласование в МИД России, Министерстве финансов, Ростехнадзоре, Министерстве природы, ФСБ РФ, Министерстве юстиции. И было утверждено Постановлением Правительства на основании прилагаемого технико-экономического обоснования государственной корпорации «Росатом». Прошло ратификацию в Государственной Думе. И 1 декабря 2010 года было подписано Президентом России.

— Почему руководства этих министерств и ведомств визировали это соглашение, а депутаты Государственной думы голосовали за него, не отдавая себе отчет, какой огромный ущерб оно может нанести национальным интересам России? — удивляется профессор Булат Нигматулин. — При обосновании подписания этого соглашения в органах государственной власти, руководство Росатома декларировало, что это позволит поддержать экспорт высокотехнологической продукции в Турцию, и станет примером выгодного сотрудничества с другими странами.

Глава Росатома Сергей Кириенко ссылается на опыт зарубежных стран, где действительно, государственная экспортная кредитная поддержка обеспечивает реализацию капиталоемких технологичных инвестиционных проектов за рубежом.

Однако, по мнению профессора Нигматулина, произошла подмена существа проблемы. Во-первых, нигде в мире не строятся АЭС по схеме «строй-владей-эксплуатируй» с фиксированной стоимостью продажи электроэнергии в долларах, установленной на 25 лет вперед. Во-вторых, ни одно государственное экспортное кредитное агентство (Южная Корея, США или Франция) не дает свои деньги бесплатно.

Южная Корея отказалась строить вторую атомную электростанцию для Турции в Синопе на тех условиях, на которых будет строить АЭС «Аккую» Россия. Сеул не хочет участвовать в откровенной авантюре?

Надежда Попова, специально для EADaily

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2016/08/10/nadezhda-popova-avantyura-pod-nazvaniem-akkuyu
Опубликовано 10 августа 2016 в 12:49
Все новости
Загрузить ещё
Аналитика
Facebook
Одноклассники
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами