• USD 63.04 -0.82
  • EUR 70.68 -0.95
  • BRENT 49.24 +5.52%

«Подводная война в Северной Европе»: доклад из Вашингтона ко Дню ВМФ России

22 июля 2016 года американский Центр стратегических и международных исследований (CSIS) опубликовал 50-ти страничный доклад с характерным названием «Подводная война в Северной Европе» (Undersea Warfare in Northern Europe). Доклад посвящен противостоянию США и НАТО с Российской Федерацией в части подводной войны в регионе Северной Атлантики и на Балтийском море. Доклад содержит практические рекомендации, как конкретного, так и более общего плана по организации противолодочной обороны НАТО в Северной Атлантике и на Балтийском море.

Базирующийся на Вашингтон Центр стратегических и оборонных исследований был основан в 1962 году и работает уже более 50 лет.

Помимо широкой аффилированной сети, CSIS в своем штате имеет более 220 постоянных сотрудников, и его задачей является исследовательская деятельность по проблемам стратегической безопасности США с разработкой рекомендаций для решений действующих политиков.

Далее о содержании доклада. Его авторы констатируют: военно-морское развертывание российских подводных лодок находится на самом высоком уровне, наблюдаемым с момента окончания холодной войны. Только в прошлом году Россия увеличила свои подводные патрули на 50%. Подводная активность России является частью более крупной кампании, направленной на оказание давления на НАТО в Восточной Европе и за ее пределами. Текущая активность российского подводного флота достигла уровня невиданного после окончания холодной войны. НАТО тревожит рост объемов и масштабов российских военно-морских учений, ввод в строй после длительного перерыва «новых поверхностных и подповерхностных комбатантов», а также системное запугивание Запада в Балтийском море и в Северной Атлантике. Подводная деятельность в докладе расценивается, как «военно-морская агрессия России». Правда, в другом месте доклада признается, что «некоторые законные действия могут выглядеть агрессивно, потому что Россия возобновляет более постоянные действия с очень низкого уровня после окончания холодной войны, так как она начинает восстанавливать свою подводную силу после нескольких лет атрофии». Тем не менее, в докладе констатируется, что занятая «агрессивная позиция» России против Соединенных Штатов и Европы вряд ли изменится в следующем десятилетии. Поэтому подводная активность России нуждается в ответе НАТО.

Российские военно-морские цели. Стратегия, доктрина и структура российского военно-морского флота не изменились коренным образом со времен советского военно-морского флота. Российский ВМФ проводит те же миссии и с теми же «платформами», как и его советский предшественник, но только в значительно меньшем масштабе. По опыту Второй мировой войны советские военно-морские стратеги признали, насколько мощным потенциалом может обладать подводная война перед лицом противника, имеющего превосходящие возможности по части надводного флота.

1. Российские ВМФ выполняют функцию стратегического сдерживания в части активного патрулирования с высокой степенью готовности, а также защиты способности морского базирования сил сдерживания для выполнения этой миссии.

2. Обеспечение «анти-доступа» (иначе — зон отказа) противника. Защита морских районов, имеющих для России геостратегическое значение, — Арктики, Баренцева, Балтийского и Черного морей осуществляется комбинированными военно-морскими и военно-воздушными возможностями. Как континентальная держава, СССР и РФ использовали на море т.н. на Западе «стратегию морского отказа», т. е. недопущения противника в морские районы, из которых можно было бы наносить удар по сухопутной территории страны. «Стратегия отказа» стремится к предотвращению использования моря в свою пользу противником. «Стратегия морского отказа» породила особый класс российских подлодок ПЛАРК — носителей крылатых ракет большой дальности. Если американские ПЛАРК несут крылатые ракеты класса морская поверхность-суша, то российские ПЛАРК — морская поверхность-корабль. Главной целью для российских крылатых ракет подводного базирования остаются авианесущие соединения США. Многие из возможностей «стратегии отказа» Россия на самом деле использует для защиты своих ПЛАРБ, т. е. для обеспечения стратегического сдерживания США и НАТО.

3. Военно-морская мощь используется Россией для достижения всеобъемлющих политических целей. Россия имеет долгую традицию использования своих военно-морских возможностей в целях стратегической сигнализации своим противникам. В настоящее время Россия расширяет свои подводные операции в рамках более широкой стратегии, направленной на принуждение своих соседей, Организации Североатлантического договора (НАТО) и Соединенных Штатов. Подводная активность подкрепляет попытки России сохранить, а в случае необходимости и вернуть ее традиционную сферу влияния. ВМФ России использует подводные лодки в качестве «молчаливого откровения» для устрашения и принуждения противника. «Неоднозначность, присущая подводной войне, создает чувство русской подводной вездесущности», — констатируется в докладе. Деятельность российского флота в Балтийском море и Северной Атлантике демонстрирует, насколько важны военно-морские силы для проведения более широкой кампании принуждения.

Состояние российского подводного флота. Если судить по военным расходам, то ВМФ даже с его стратегической составляющей не являются в настоящее время высшим военным приоритетом для России. Россия инвестирует больше в свои мобильные межконтинентальные баллистические системы наземного базирования, чем в свои стратегические ракетные системы, размещенные на атомных подводных лодках — ПЛАРБ. Российская программа вооружений на 2011−2020 годы предусматривает выделение 26% от общего объема на российский ВМФ.

В результате использования части средств, выделенных на ВМФ, Россия находится в процессе модернизации своего подводного флота, как в части строительства новых подводных судов, капитального ремонта имеющихся и введения новых систем их вооружения. Российские подводные лодки, как правило, считаются очень «способными судами» при надлежащем состоянии. В конце холодной войны некоторые западные аналитики полагали, что Советский Союз был на пике обгона США по части акустической малошумности своих подводных судов. Сейчас американские адмиралы публично признали достоинства по части малошумности последней российской ПЛАРК «Северодвинск» — головного корабля проекта 885 «Ясень». По сумме достижений «Северодвинск», как кажется, является судном, которое приближается, а в некоторых случаях превосходит самую новейшую американскую АПЛ того же класса. Новейшие российские ПЛАРБ класса «Долгорукий» — проекта 955 «Борей» сравнимы с американскими ПЛАРБ типа «Огайо».

ВМФ России выходит из своего общего недомогания после окончания холодной войны. К моменту уничтожения Советского Союза его ВМФ имел в своем составе 240 подводных лодок. В настоящее время в составе российского ВМФ находится 56 подводных лодок. Приоритетом усилий для российского ВМФ остаются ПЛАРБ. Эти ПЛАРБ в дополнение с относительно небольшим числом модернизированных дизельных подводных лодок и атакующих атомных подлодок составляют основную наступательную мощь российского флота. Всего в составе российского ВМФ состоит девять типов подводных лодок. Что касается рассматриваемого в докладе района Северной Атлантики, то авторы доклада оценивают в составе подплава Северного флота от 22 до 31 действующих подводных лодок. Российские источники называют число 42.

Россия также демонстрирует готовность экспериментировать в подводной войне. Россия поддерживает флот небольших вспомогательных подводных лодок (американская классификация — SSA/Ssan) для специальных миссий и исследования глубин моря. По мнению авторов доклада, вполне вероятно, что эти российские вспомогательные суда оборудованы для того, чтобы манипулировать собственными объектами на морском дне или воздействовать на глубоководные объекты, в частности, трансатлантические кабеля противника. По оценке авторов доклада, в Северном флоте стоит до девяти атомных подводных лодок специальных миссий (SSANs). Неизвестно, сколько из них находится в рабочем состоянии. Российские эксперименты по глубоководной подводной войне наиболее тревожат американцев.

Российский ВМФ поддерживает множественные платформы своей противолодочной обороны (ПЛО). Любые действующие чужие подводные лодки вблизи территории России должны учитывать на счет собственного риска российские противолодочные возможности.

В американском докладе дается высокая оценка моряков российского подплава. ВМФ России и его подводные силы были в некоторой степени изолированы от проблем кадров, с которой в настоящее время столкнулась российская армия. Российский подводный флот в подавляющем большинстве случаев укомплектован профессиональными матросами-контрактниками и офицерами. Система российского военно-морского образования дает очень компетентных командиров, которые хорошо знают возможности своих подводных лодок и экипажей. Эта компетентность сочетается с высокой толерантностью к инициативе и риску при выполнении поставленных задач.

Проблемы судостроения и текущей эксплуатации. С момента самой низкой точки в 1990-е годы Россия улучшила обслуживание подводных лодок и возможности их ремонта. Однако большое разнообразие классов и подклассов судов в сочетании с бедностью верфей не внушает большой уверенности по части технического обслуживания существующих и строящихся подводных судов. Неспособность поддержания и обслуживания подводных лодок стала ахиллесовой пятой ВМФ СССР. Россия должна искать улучшения по этой части, если она надеется сохранить свой повышенный рабочий темп. Новые инвестиции в существующие верфи могут помочь компенсировать эти проблемы, но долгое время сборки и расширенные морские испытания новых подлодок свидетельствуют о том, что вопросы контроля качества сохраняются в российской судостроительной промышленности.

В докладе отмечается, что Севмаш в Северодвинске, являясь крупнейшей верфью в России, остается единственным местом постройки АПЛ в этой стране. Благодаря чрезвычайным усилиям, Севмашу удалось избежать массовых увольнений. Предприятие сумело сохранить ядро способных судостроителей в течение продолжительного времени.

В течение следующих 5−10 лет Россия, вероятно, продолжит свои планы по разработке нескольких новых судов и попытается реализовать в полном объеме свою судостроительную программу. Хотя самая амбициозная из программ в области развития, вероятно, будет сокращена или задержится из-за текущей экономической и геополитической ситуации в России, которая резко ограничила российский доступ к основным иностранным технологиям и оборудованию. Глубина и цели этих сокращений, однако, по-прежнему остаются открытым вопросом. Экономический спад в России является несомненным вызовом для ее военных. Они сталкиваются с увеличением бюджетных ограничений и дважды в 2015 году были мишенью для сокращений бюджета. Вряд ли бюджет военного судостроения России может поддерживать строительство АПЛ стоимостью свыше $ 2 млрд. Стоимость, строящейся второй субмарины класса «Северодвинск» — К-561 «Казань», составляет 112 млрд рублей. Это $ 1,4 млрд до падения курса и $ 700 млн после падения курса рубля. Для сравнения стоимость сопоставимой по классу американской АПЛ класса «Вирджиния» составляет $ 2,6 млрд за штуку.

Несмотря на возникающие трудности, ВМФ России стремится улучшить свои возможности в области подводного судостроения. Это касается разработки новых подводных лодок, новых двигательных установок, технологий передовых датчиков и беспилотных подводных аппаратов — морских роботов.

Что касается инноваций, то во время холодной войны ВМФ СССР инвестировал в дерзкие и технически рискованные программы развития подводных лодок. Речь идет об АПЛ проекта 705, 705К «Лира» с титановыми корпусами и реакторами с жидкометаллическим охладителем.

Что касается развития класса подлодок с неатомным двигателем, то текущая отчетность свидетельствует о том, что Россия инвестирует в систему водородно-кислородных топливных элементов, похожую на ту, что в настоящее время используется на германских субмаринах. Россия работает над собственным воздухонезависимым двигателем. Проектируемая система для нового поколения подлодок, которые придут на смену дизельным «Варшавянкам», уже завершила береговые тестовые испытания.

В области передовых технологий в России также широко работают над неакустическими методами обнаружения и отслеживания подводных лодок. В докладе признается, что эти технологии могли бы иметь революционное значение для подводной борьбы.

Другой областью, окутанной тайной, является развитие Россией беспилотных подводных аппаратов. Они, в свою очередь, могут в конечном счете также революционизировать все аспекты подводной войны. Сейчас западные эксперты сомневаются в способности России самостоятельно развивать эту технологию. Беспилотные системы требуют овладения технологиями, в которых Россия никогда не демонстрировала компетентности в разработке или производстве.

В итоге в американском докладе констатируется: развитие будущего подводного флота России, вероятно, пострадает из-за целого ряда факторов. Международные санкции в отношении России в результате кризиса на Украине в сочетании с ограничением доступа к жизненно важным украинским отраслям больно бьют по модернизационным усилиям в российском судостроении. Кроме того, Россия крайне нуждается в развитии местной индустрии микроэлектроники. До 2014 года большая часть этой технологии была импортирована из европейских источников. Россия также страдает от недостатка современного промышленного оборудования.

Будущее российского подводного судостроения и технического обслуживания может также пострадать из-за надвигающейся кадровой проблемы. Неясно, насколько достаточным и как долго будет сохраняться существующее ядро высококвалифицированных инженеров, способных рабочих и судостроителей. Существует разрыв между поколениями во многих, если не во всех российских технических областях. Те, у кого имеется опыт проектирования и строительства новых подводных лодок, уходят на пенсию, не имея подготовленной квалифицированной замены.

(Продолжение следует)

Источник: Undersea Warfare in Northern Europe. July 2016. A report of the CSIS International security programm. By Kathleen H. Hicks, Andrew Metrick, Lisa Sawyer Samp, Kathleen Weinberger. New York, London, 2016.

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2016/07/28/podvodnaya-voyna-v-severnoy-evrope-doklad-iz-vashingtona-ko-dnyu-vmf-rossii
Опубликовано 28 июля 2016 в 08:24
Все новости

28.09.2016

Загрузить ещё
Аналитика
Facebook
Twitter
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами