• USD 59.01 -0.13
  • EUR 69.52 -0.13
  • BRENT 64.69 +1.99%

Ирина Яровая о своем законопроекте: «В США уголовная ответственность существует с 10 лет»

Ирина Яровая. Фото: kommersant.ru

Депутат Госдумы Ирина Яровая — соавтор пакета законопроектов по комплексному противодействию терроризму, названному СМИ в честь разработчников «пакетом Яровой — Озерова», в интервью порталу «Религия и право» разъяснила, чем была вызвана необходимость в ужесточении антитеррористического и религиозного законодательства России.

По словам Яровой, предложенная уголовная ответственность за терроризм с 14 лет вызвана тем, что в России существует опасная тенденция вовлечения российской молодежи в терроризм через вербовочную сеть и создание международных лагерей по вербовке. «Вот, по состоянию на начало мая текущего года 350 молодых людей прошли обучение в городе Ракка в террористической организации ИГИЛ (ДАИШ, „Исламское государство“, ИГ, запрещена в России — EADaily). И они этого не скрывают. Они этого не скрывают прежде всего потому, что знают, что никакой ответственности не наступит. Но это те люди, которые прошли обучение для совершения террористических преступлений. Установление ответственности с 14 лет за обучение в международных террористических организациях — это мера, которая прежде всего направлена на то, чтобы остановить поток тех, кто хотел бы ехать и учиться вот этому убийственному ремеслу, если так вообще можно говорить, кто хотел бы быть вовлеченным в международные террористические организации».

Яровая считает, что юный возраст и связанная с ним психологическая незрелость не являются смягчающими обстоятельствами для террориста. «Дети — это те, кто становится жертвами террористических атак. А те люди, которые в 15 лет едут осмысленно и обучаются, чтобы убивать, и приезжают, готовые убивать, — это уже совершенно оформленное сознание на совершение преступлений. В США уголовная ответственность существует с 10 лет по всем составам преступления. Более того, в отличие от России, где у нас установлен максимальный предел ответственности и где предусмотрены особые условия отбытия наказания, это у нас 10 лет, в США такого ограничения нет. Там вплоть до исключительной меры наказания. В ФРГ по всем составам преступления с 14 лет. Великобритания, Франция — с 13 лет. Это для понимания того, что Россия сегодня не предлагает ничего нового, что уже есть в других европейских и, как любят говорить правозащитники, цивилизованных государствах».

«У нас ежемесячно сегодня спецслужбами выявляется порядка 100 граждан России, которые принимали участие за пределами России в международных террористических организациях, — говорит Ирина Яровая. —  Поэтому наша задача — понимая вот эти новые вызовы и угрозы, быть адекватными. Потому что мы понимаем, что если государство не формирует линию защиты для общества от новых проявлений террористической атаки, значит всегда будет огонь на поражение, и будет страдать общество. Поэтому сегодня мы подошли очень ответственно и избирательно в формировании тех составов, по которым может быть установлена ответственность не для детей, а для преступников».

Автор антитеррористического законодательного пакета также пояснила, почему российским телекоммуникационным операторам скоро будет нужно сохранять на долгий срок личные разговоры и переписку абонентов, включая личную переписку в социальных сетях. «С 27 августа 2005 года в Российской Федерации действует постановление правительства России № 538, которое уже устанавливает требования к провайдерам и операторам сотовой связи по хранению так называемых метаданных. Закон нисколько не изменяет данный подход, а переносит его из-под закона нормативного правового регулирования в статус закона, с тем чтобы обеспечить в том числе защиту законных прав и интересов всех сторон и, прежде всего, граждан Российской Федерации. То есть абсолютно ничего не меняет и ничего нового не предлагает».

Как говорит Яровая, разработанный с ее участием антитеррористический пакет не предлагает хранить информацию. «Закон дает только право правительству Российской Федерации в течение двух лет определиться: а надо что-то хранить или не надо? В каком объеме? В отношении какого среза информации? То есть закон вообще не регулирует этот вопрос. Закон устанавливает только полномочия правительства о том, чтобы оно определилось. При этом мы ограничиваем правительство в своем волеизъявлении тем, что говорим: когда вы будете определять порядок, сроки, условия хранения, решение, которое вы примите, оно должно охватывать временные рамки от 0 дней до 6 месяцев. То есть это может быть 12 часов, это может быть 24 часа. То есть это вопросы, которые надлежит просчитать и обеспечить технологически».

Депутат Госдумы коснулась и претензий, которые предъявили к ее предложению операторы мобильной связи и Интерната. EADaily напоминает, что российские телекоммуникационные компании заявили, что принятие «пакета Яровой» потребует от них в краткие сроки менять парк оборудования, а в условиях кризиса, по их словам, это будет практически невозможной процедурой. Яровая говорит, что необходимость в смене оборудования понадобится, но лишь для того, чтобы обеспечить суверенитету России информационную безопасность.

«Сегодня ситуация, которая складывается в мире, выглядит следующим образом. Да, вся эта информация хранится, и гражданам бесконечно предлагается хранить в облаках, создавать резервные копии. Вопрос только в том, что она хранится на территории других государств. И Россия по факту возбуждения уголовного дела и проведения оперативно-розыскных мероприятий в отношении лиц, которые подозреваются в совершении террористических актов, не может получить ее у иностранных субъектов. А следовательно, не может добыть доказательства, достаточные для того, чтобы в том числе решать вопрос неотвратимости наказания. Наша задача как законодателей: создавая рамки информационного суверенитета для страны для того, чтобы это были технологические решения российские, на российском оборудовании, заложить норму, в которой определены полномочия правительства, которая может действовать исключительно логикой экономического обоснования, в логике технических современных решений».

Стратегическую необходимость в телекоммуникационном «импортозамещении» Яровая также мотивирует ситуацией с Ахмедом Чатаевым — уроженцем Чечни, террористом «Имарата Кавказ» и ДАИШ (запрещенные в России террористические организации), который подозревается в совершении 28 июня теракта в международном аэропорту Стамбула. «Сегодня, когда США монополизировали доступ к любой информации, и на примере, в том числе, того, как на протяжении 10 лет мы видели человека, который фактически был обвинен в совершении террористических преступлений, скрывался за рубежом и его не выдавали России. И более того, Европейский суд по правам человека даже умудрился рекомендовать Украине, где он в тот момент находился, не выдавать его России, а международные организации начали сбор подписей под петициями в защиту. А сегодня этот террорист совершил преступление на территории Турции».

Депутат прокомментировала и такую вызвавшую резонанс инициативу как ограничение осуществления миссионерской деятельности. «Миссионер — это тот, кто занимается продвижением вероисповедания для вовлечения новых последователей. А вот что касается обрядов, то это не имеет отношения к миссионерской деятельности, и обряды по месту жительства есть в разных религиях: и в мусульманской, и в христианской, и в православной. Никаких препятствий к этому нет. Поэтому в данном случае закон очень деликатно к этому подошел. И для нас очень важно, что наши традиционные конфессии поддерживают его, потому что те подходы, которые в нем заложены, они отвечают самим реалиям жизни. И никоим образом даже на йоту не ущемляют права наших верующих. Вообще, то, что касается миссионерской деятельности, — это прежде всего правовая защита наших традиционных конфессий и определение того, что те, прежде всего иностранные, субъекты, которые хотели бы заниматься пропагандированием своего вероучения и вовлечением в него, они должны обрести законный статус юридического лица на территории Российской Федерации. Собственно говоря, как это сделано всеми нашими традиционными конфессиями, зарегистрированными в Минюсте. И в данном случае ни у кого никаких вопросов не возникает. То есть эта деятельность должна быть в правовом поле. Более того, это будет являться и защитой от того, что появляются псевдомиссионеры, которые от имени той или иной традиционной конфессии начинают заниматься такой полулегальной деятельностью, которая никакого отношения не имеет к традиционной конфессии. Поэтому разрешение на миссионерскую деятельность от имени традиционных конфессий — это уже существует, это нормальная практика».

EADaily напоминает, что вопросы таки возникают: предложения Яровой по миссионерству уже вызвали резкую критику со стороны ряда экспертов, политических и религиозных деятелей России. Так, экс-президент Татарстана Минтимер Шаймиев заявил, что «пакет Яровой» не подходит для мусульман России и «принят в спешке и угаре предвыборной борьбы». Шаймиева поддержали муфтий Саратовской области от Духовного управления мусульман Российской Федерации Мукаддас Бибарсов, сопредседатель ДУМ РФ Нафигулла Аширов, глава независимого муфтията Москвы Альбир Крганов.

Против «миссионерского пакета» также выступил епископ Российского объединённого союза христиан веры евангельской (пятидесятников) Сергей Ряховский и первый зампред Евро-Азиатского отделения генеральной конференции Церкви адвентистов Седьмого дня Олег Гончаров. Как призналась потом сама Ирина Яровая, из политических деятелей против ее «миссионерского пакета» выступали представители и лоббисты запрещенной в России организации «Меджлис крымско-татарского народа».

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2016/07/07/irina-yarovaya-o-svoem-zakonoproekte-v-ssha-ugolovnaya-otvetstvennost-sushchestvuet-s-10-let
Опубликовано 7 июля 2016 в 17:53
Все новости

11.12.2017

Загрузить ещё
Аналитика
Facebook
Twitter
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами