Le Journal du Dimanche: Дураками мы были! Мультикультурализм — это зло

Мультикультурализм — идеология, обещавшая, что разнообразие само по себе станет силой, оказался полной чепухой. Нация не может существовать без общего фундамента, пишет на страницах французского Le Journal du Dimanche публицист из канадского Квебека Этьен-Александр Борегар.

Миф о том, что мигранты впишутся в общество сами собой, без усилий, оказался ложным. Он ослабил все страны, которые в него поверили. Среди крупных политических и философских провалов последних десятилетий теперь следует назвать и мультикультурализм. Но не как эмпирический плюрализм (то есть реальное разнообразие, которое существует в любом обществе), а как идеологию. Ее главный постулат: национальное государство должно уступить место множеству обособленных культурных групп, у которых нет ни общих норм, ни объединяющей их культуры.

Эта доктрина родилась в середине прошлого века из движения за гражданские права. Ее задумали как альтернативу ассимиляции, которая к тому моменту казалась слишком жесткой. Со временем она стала фактической политикой сначала в англосаксонских странах, а затем и на большей части Запада.

Канада, пожалуй, сделала больше всех для внедрения мультикультурализма. Философ Чарльз Тейлор заложил его интеллектуальную основу. Он утверждал: признавать идентичность меньшинств — это фундаментальное право. Не признавать ее — значит угнетать, заставляя людей жить в искаженной и урезанной реальности.

Это означает, что государство больше не вправе заявлять о существовании исторической идентичности этнического большинства. Такая идентичность якобы имеет особое право на историческую преемственность на данной территории. Так, Пьер Эллиот Трюдо, премьер-министр Канады, заявлял:

«Каждый, кто живет в Канаде, теперь принадлежит к меньшинству».

А его сын Джастин позже сказал в New York Times, что Канада — первое государство, где национальное начало больше не имеет значения.

Национальное чувство как основа демократии

Если немногие страны зашли так далеко в риторике, следует признать: большая часть западных наций двинулась в том же направлении. Они упростили въезд для мигрантов, перестали подчеркивать свою национальную символику и начали давать преимущества меньшинствам.

Сегодня этот коктейль Молотова разрушает гражданское единство. Все более настойчивые частные интересы подрывают общество, а требования интеграции умолкают.

Постфактум можно отметить: идеологи мультикультурализма, вероятно, считали само собой разумеющимся, что население — порой весьма далекое от иудео-христианской традиции — автоматически примет западные ценности.

Однако работы профессоров Джозефа Хенрича и Гарретта Джонса показывают: моральный универсализм и безличное социальное доверие являются в мировом и историческом масштабе западными особенностями. Во многих частях мира, напротив, преобладает модель закрытых общин с низким уровнем доверия к чужакам. Эта модель сохраняется у выходцев из этих стран даже через несколько поколений.

Голоса в обмен на обещания

В англосаксонских странах этот обостренный групповой эгоизм вступает в прямой конфликт с универсалистскими ценностями. В Канаде, например, нескольких депутатов подозревают в том, что они работали в интересах иностранных государств — Индии или Китая.

Плохая интеграция питает политические манипуляции. Политики все чаще говорят не о стране, а о том, что волнует отдельные диаспоры: признание Палестины или отделение Халистана. Национальные интересы при этом забываются.

Мы снова убеждаемся: демократия без национального чувства невозможна. В Великобритании пакистанские банды годами насиловали тысячи британских девушек. Их долго не трогали — боялись разрушить миф о гармоничном разнообразии. Только спустя годы правда всплыла наружу.

В США сомалийцы массово обманывали государство. Они создавали фиктивные компании и ассоциации, чтобы украсть сотни миллионов долларов из федерального бюджета. Скандал шокировал страну — и по тем же причинам.

Теория мультикультурализма предполагает, что мигранты автоматически принимают западные ценности и идентифицируют себя с гражданами новой страны. Однако все большее число скандалов доказывает обратное.

Именно эти случаи стали главной причиной мирового отката от массовой иммиграции. Этот процесс идет с 2015 года и лишь набирает силу. Условия, при которых общество может сохранять связь между людьми, сегодня поставлены под сомнение.

Мы переживаем любопытный период — эпоху «мультикультурализма-зомби»

Все эти скандалы и провалы окончательно показали: мультикультурализм, с его лозунгом «разнообразие — наша сила», оказался ложной идеей. Нация не может существовать без общего фундамента — морального, культурного и правового. Именно он позволяет различиям сосуществовать мирно. Прогрессисты ошибочно решили, что, если ничего не требовать от мигрантов, они сами полюбят новую страну. Результат обратный: во всех странах, принявших эту идеологию, общественный договор оказался разрушен.

Реальность против мифа

Франция, где все граждане равны независимо от происхождения, сумела противостоять некоторым из этих разрушительных тенденций. Но и она не застрахована. Групповой эгоизм, исламистский радикализм и отсутствие безопасности — все это опровергает миф о «счастливой идентичности», той беспечности, которая подорвала основы гражданского договора во Франции.

Мультикультурализм, дискредитированный реальностью и объявленный мертвым центристами вроде Ангелы Меркель или Дэвида Кэмерона еще в 2010-х, тем не менее продолжает определять политику. Риторика ужесточилась, но ни одна страна (кроме, возможно, Дании) так и не положила конец миграционному кризису.

Трудно представить страну за пределами Восточной Европы, которая отказалась бы от разговоров о разнообразии и вернула бы национальному нарративу его символическую силу. Неужели наши страны уже настолько расколоты, что единство больше невозможно? Неужели демографический баланс, который когда-то позволял интегрировать мигрантов, теперь утрачен?

Мы живем в странное время — эпоху «мультикультурализма-зомби». Никто уже в него не верит, но его формулы повторяют как обряд, лишенный веры. Идеология потерпела крах, но идея о том, что «наши различия нас объединяют», сохраняется. Как благородная ложь Платона — потому что она менее болезненна, чем признать: у нас уже мало общего с некоторыми из наших сограждан.

И все же, как коммунизм в 1980-х, мультикультуралистская иллюзия выдыхается. Во всех европейских странах цивилизационный вопрос становится новой осью политической борьбы. Это признак растущего народного недовольства.

Скоро Берлинская стена падет — и ложь вместе с ней. Нациям не останется выбора, кроме как признать ошибки и сменить курс. Факты доказали: ни одно общество не выживет без идентичности, норм и общих традиций.