Нанося удары по российским НПЗ, Украина пытается поджечь Центральную Азию

Удар украинских беспилотников по Омскому нефтеперерабатывающему заводу — крупнейшему в России — вызвал волну последствий, которая докатилась до всех стран Центральной Азии. Для государств региона, в значительной степени зависящих от российских поставок энергоносителей, это событие стало серьёзной проверкой на прочность систем энергетической безопасности. Аналитики предупреждают, что регион может столкнуться с осенним дефицитом топлива и ростом цен на продукты питания и авиаперелёты. В дальнейшем, если не решить проблему, всё это может перерасти в нечто большее.

Таджикистан уже страдает

Будучи одной из наиболее зависимых от импорта энергоресурсов стран Центральной Азии, Таджикистан напрямую увязан с надёжностью российских поставок. По данным за 2025 год, на долю России приходилось 84% всего импорта нефтепродуктов в республику. Остановка Омского НПЗ ставит под угрозу этот ключевой маршрут снабжения.

Только за девять месяцев 2025 года Таджикистан импортировал из России свыше 360 тыс. тонн бензина и 430 тыс. тонн дизельного топлива. При этом компания «Газпром нефть — Таджикистан» обеспечивает более 45% всего импорта бензина и дизеля в страну.

В Таджикистане уже начали проявляться первые признаки кризиса. По сообщениям местных СМИ, в Душанбе на некоторых заправках исчезло дизельное топливо, а там, где оно ещё оставалось, ввели ограничения на отпуск — не более 20 литров в одни руки. Параллельно выросли и розничные цены на солярку.

Столкнувшись с угрозой, правительство Таджикистана начало экстренное обсуждение мер. В их числе — усиление контроля за ценами на топливо, диверсификация источников импорта и даже развитие собственных перерабатывающих мощностей.

Казахстан держится

Будучи сам производителем и экспортёром энергоресурсов, Казахстан сталкивается с вызовами несколько иного рода. Ему предстоит не только предотвратить возможный дефицит внутри страны, но и противостоять «эффекту перетока», порождённому дисбалансом на российском рынке.

С одной стороны, внутренний дефицит топлива в России может подтолкнуть её к увеличению закупок в Казахстане. С другой — республика сталкивается с растущей проблемой нелегального вывоза более дешёвого казахстанского топлива в соседнюю страну. Только за первые дни июля было пресечено 63 попытки контрабанды.

Особое беспокойство вызывает ситуация с авиационным керосином, более половины объема которого Казахстан импортирует из России. В республике уже звучат предложения полностью прекратить заправку иностранных коммерческих судов и начать программу накопления резервов.

Министерство энергетики РК в создавшихся условиях вынуждено маневрировать. Согласно заявлению ведомства, дефицит топлива в стране не ожидается. При этом есть оговорка, что если Россия обратится за топливом, Астана готова «рассмотреть возможность поставок на взаимовыгодных коммерческих условиях при наличии свободных ресурсов».

Киргизия: 93% зависимости и поиск альтернатив

Наиболее уязвимой страной региона выглядит Киргизия. Ежегодное потребление ГСМ в республике составляет около 1,6 миллиона тонн, из которых 93% импортируются из России, а Омский НПЗ является одним из ключевых поставщиков.

Правительство уже обратилось к соседям с просьбой о помощи в обеспечении стабильных поставок топлива. Заместитель председателя кабмина Данияр Амангельдиев сообщил, что подписаны контракты с Белоруссией и Китаем на поставку авиакеросина и дизельного топлива. Также, по его словам, были направлены запросы в Казахстан, Азербайджан, Узбекистан и Туркмению.

Казахстан заявил, что рассматривает запрос Киргизии, но все решения будут приниматься с учётом национальных интересов и баланса внутреннего спроса и предложения.

Узбекистан на грани

Узбекистан стал вторым крупнейшим импортёром российского бензина в регионе в 2025 году, закупив 510 тыс. тонн топлива. Удар по Омскому НПЗ уже отразился на стране. Зафиксирован резкий рост цен на бензин, а также отменены коммерческие авиарейсы из-за нехватки авиационного керосина.

Президент Мирзиёев поручил сформировать к зиме резерв автомобильного бензина объёмом 120 тысяч тонн.

В Ашхабаде всё спокойно. Пока

Туркмения выглядит менее зависимой от внешних поставок, располагая собственной сырьевой базой и мощностями по переработке нефти. И в условиях растущего дефицита в регионе эта страна может стать одним из потенциальных поставщиков для соседей, особенно для Киргизии, которая уже обратилась к ней с запросом.

В регионе создаются условия для дестабилизации

Планы Запада создать огненное кольцо вокруг России путем дестабилизации Кавказа и Центральной Азии вдобавок к Украине известны уже давно. Если исходить из этого, то совокупность описанных факторов создаёт реальную угрозу дестабилизации обстановки в центральноазиатских республиках. В случае реализации замыслов западных стратегов это создаст условия для открытия второго антироссийского фронта. Дефицит топлива в регионе — это не просто логистическая проблема, а потенциальный детонатор цепной реакции, способной затронуть все сферы жизни.

Рост цен на топливо неизбежно потянет за собой удорожание продуктов питания, товаров первой необходимости и транспортных услуг. Для стран с высокой долей расходов на продовольствие в потребительской корзине (в Таджикистане и Киргизии — более 40%) это означает резкое снижение уровня жизни и рост бедности. Казахстанский эксперт Олжас Байдильдинов уже предупредил, что дефицит топлива приведёт к росту цен на продукты питания.

Наступление летнего периода — критическое время для уборочной кампании в регионе. Нехватка дизельного топлива может привести к срыву сроков уборки урожая, что создаст угрозу продовольственной безопасности не только для стран Центральной Азии, но и для их экспортных партнёров.

Перебои с топливом на АЗС способны парализовать грузовые и пассажирские перевозки, включая авиасообщение. Как уже показала ситуация в Узбекистане, нехватка авиакеросина ведёт к отмене рейсов и изоляции целых регионов.

Повышение цен на ГСМ и продовольствие традиционно является одним из самых чувствительных триггеров для социального недовольства в странах региона. История Центральной Азии знает примеры, когда экономические трудности перерастали в массовые протестные акции (Мангистауская область в Казахстане, 2011 и 2022 годы; события в Сузакском районе Киргизии, 2013 год).

Экономический спад и отсутствие перспектив на внутренних рынках могут подтолкнуть рост трудовой миграции из наиболее пострадавших стран (Таджикистан, Киргизия) в Россию и Казахстан, создавая дополнительное напряжение на трансграничном пространстве ЕАЭС.

Во всех странах региона значительная часть населения находится за чертой бедности или на её границе. Соответственно, любое повышение цен на ключевые товары в них будет восприниматься как угроза выживанию. Дефицит топлива также парализует работу коммунальных служб, больниц и социальных учреждений, делая кризис ещё более ощутимым.

Неспособность правительств оперативно купировать топливный кризис и стабилизировать цены подорвет доверие населения к власти, что может быть использовано заинтересованными силами для раскачки обстановки.

Попытки каждой страны решить свои проблемы за счёт соседей (ограничение экспорта, ужесточение контроля на границах, попытки перехвата ресурсов) могут привести к обострению межгосударственных отношений. Особенно напряжённой выглядит ситуация между Казахстаном и его соседями. Как мы уже сказали, Киргизия уже попросила у него топливо. В то же время Россия также может официально обратиться с аналогичным запросом, ставя Астану перед непростым выбором.

Создающийся кризис обнажил неспособность государств Центральной Азии самостоятельно обеспечивать свою энергетическую безопасность, что может быть использовано внешними игроками для усиления политического и экономического влияния в регионе. Энергозависимость становится инструментом торга в геополитической игре. И уже вскоре может встать вопрос о том, способны ли эти государства обеспечить свою не энергетическую, а уже национальную безопасность.

Таким образом, то, что начиналось как локальный сбой в цепочке поставок внутри одной России, сегодня возымело перспективы перерасти в транснациональный кризис, создающий реальные риски дестабилизации всего Центрально-Азиатского региона. Экономические потрясения, социальное недовольство и межгосударственное напряжение сплетаются в тугой узел, который в отсутствие скоординированных и эффективных мер может разорвать хрупкую стабильность, достигнутую в регионе за последние десятилетия.

Проще говоря, нанося удары по российским НПЗ, Украина явно поджигает Центральную Азию. И в этом определенно кто-то заинтересован.