Эстонский депутат выявил подозрительные покупки у полиции на 15 млн евро

Эстонский депутат Александр Чаплыгин потребовал ответа за подозрительные покупки полиции.

«Подозрительные обстоятельства закупки полицией боеприпасов на сумму в 15 млн евро заставили меня обратиться с запросом к министру внутренних дел. Если ответ министра меня не удовлетворит, будут обращаться в прокуратуру», — сообщил депутат в соцсетях.

Согласно публикации в прессе, указывает депутат в запросе, Департамент полиции и погранохраны заключил договор на закупку тренировочных патронов калибра 5,56×45 мм на сумму до 15 млн евро путем переговорной процедуры без предварительного опубликования извещения о закупке.

«Основанием для применения исключительной процедуры была названа кризисная ситуация. При этом ряд участников ранее проведенного рамочного тендера утверждают, что их ценовые предложения даже не были запрошены, а также ставят под сомнение наличие обстоятельств, оправдывающих отказ от конкурентной процедуры», — говорится в запросе Чаплыгина.

В связи с этим он потребовал ответа на следующие вопросы:

1. Какие конкретные обстоятельства были признаны кризисной ситуацией, позволившей применить переговорную процедуру без предварительного опубликования извещения о закупке?
2. Каким документом оформлено решение о наличии такой кризисной ситуации, кем и когда оно было принято?
3. Почему Департамент полиции и погранохраны не запросил ценовые предложения у всех участников действующего рамочного соглашения, если закупался тот же вид боеприпасов?
4. По какой причине объем потребности в тренировочных патронах M193 увеличился примерно в десять раз по сравнению с первоначальными расчетами, использованными при подготовке рамочного соглашения?
5. Почему столь значительная дополнительная потребность не была предусмотрена при планировании многолетней закупки боеприпасов?
6. Какова общая стоимость заключенного договора, сколько патронов уже заказано и какова цена одной единицы продукции?
7. Проводился ли анализ того, какой была бы стоимость закупки в случае проведения конкурентного мини-конкурса среди всех участников рамочного соглашения? Если да, прошу представить результаты такого анализа.
8. Давало ли Министерство внутренних дел согласование на применение исключительной процедуры закупки, и если да, то на основании каких документов?
9. Проводилась ли внутренняя или внешняя проверка законности и экономической обоснованности данной закупки?
10. Усматривает ли министр риск того, что применение понятия «кризис» в подобных случаях может использоваться для обхода конкурентных процедур государственных закупок и привести к неэффективному расходованию средств налогоплательщиков? Если нет, то почему?