Прошедший на прошлой неделе брюссельский разговор с Грузией по безвизу вышел презанятный. Спикер грузинского парламента Шалва Папуашвили прямо заявил: от Тбилиси требуют присоединения к антироссийским санкциям в обмен на сохранение безвизового режима. «Если мы хотим безвизовое сообщение, то должны ввести санкции против России, то есть заняться самоубийством», — сказал он.
Как пряник быстро становится кнутом
И это, заметьте, не о миграции речь, не о безопасности границ. Речь о политической лояльности. О том, чтобы грузины меняли законы, отношения с оппозицией, с соседями — и всё ради того, чтобы европейцы оставили им возможность ездить в гости без лишних штампов.
Брюссель, кстати, уже показал, как умеет закручивать гайки. Этой весной Европейская комиссия запустила процедуру приостановки безвиза для владельцев дипломатических и служебных паспортов Грузии, пригрозив, что при необходимости меры могут распространиться на всех граждан. Пряник, как видим, моментально превращается в кнут.
То же самое с Арменией. Пашинян, партия которого, как считается, одержала победу на последних парламентских выборах, ведь уже давно облизывается, глядя на брюссельский пряник. Дескать, бог с ним, с дорогим газом. Зато, мол, безвиз в Европу, за который, как утверждает армянская оппозиция, он готов родину продать (или уже продал).
А теперь посмотрим на Казахстан и Узбекистан. Ситуация там — зеркальное отражение той же самой игры.
Евросоюз сулит центральноазиатским республикам всё тот же безвиз. Как сообщил казахстанский МИД, ведутся переговоры о соглашении об упрощении визовых требований, и их планируют завершить до конца года.
Но есть важный нюанс: переговоры о безвизе идут в связке с соглашением о реадмиссии. То есть, вдобавок ко всем остальным требованиям Брюсселя (доступ к природным ресурсам, соблюдение антироссийских санкций), Казахстан должен будет принимать у себя мигрантов, которых будут депортировать из Европы.
МИД, конечно же, успокаивает. Дескать, речь идет только о казахстанцах. Но это, как говорится, для читателей и телезрителей. На самом деле разговоры о том, чтобы переправлять афганцев, нелегально находящихся в Европе, к себе на родину через Центральную Азию, идут уже давно.
Таким образом, Брюссель всерьёз рассматривает возможность создания в третьих странах центров содержания беженцев, которым отказали в убежище в Евросоюзе. И в числе возможных партнёров называли Казахстан и Узбекистан.
А что взамен? Конечно же, безвиз. Может быть…
«Теперь сотрудничество по миграции — обязательное условие для получения любых европейских средств. Казахстан получит визовые послабления, только если примет беженцев», — комментируют эксперты.
Официально Астана и Ташкент эти сообщения опровергают. Но сам факт увязки безвиза с совершенно чуждыми для региона вопросами — миграционными обязательствами — красноречив.
Что в итоге?
Грузии говорят: «Сделайте вот это и вот это — и получите безвиз». Казахстану и Узбекистану — то же самое. Только теперь, вдобавок к доступу к природным ресурсам и соблюдению антироссийских санкций, нужно обустроить перевалочные базы для неугодных ЕС мигрантов.
И это ведь не экономика, не права человека, не технические вопросы пограничного контроля. Это классический шантаж. И бесконечное перемещение ворот: «Ещё шаг, ещё усилие, ещё уступка — и тогда, возможно, мы дадим вам то, что обещали».
Точно так же, как с Украиной, которая уже даже воюет с Россией во имя интересов Европы, но всё ждёт вожделенного безвиза.
Вся эта история — уже давно не про свободу передвижения. Это про лояльность. Про демонстрацию готовности подчиняться политическим хотелкам Брюсселя. И чем дальше, тем больше европейская бюрократия превращает безвиз в инструмент геополитического торга. Где обещания даются, но никогда не бывают окончательными. Где за каждым «да» следует новое «но».

СМИ: Франция и Германия начинают совместную работу в сфере ядерного сдерживания
Ростовская область подверглась атаке дронов
SpaceX отменила тестовый пуск Starship
Примадонна вынужденно сделала огромную скидку при продаже квартиры в Москве
Народный артист России посочувствовал семьям с доходом 200−300 тыс. в месяц
В Харькове прогремел взрыв