Новая Конституция. В чьих руках судьба Руси?

Конституция РФ 1993 года стандартная либеральная, бледная, по принципу: «Только бы не отличиться, только бы не заметили». Даже дать государству девиз — суть и смысл его существования — не рискнули. А скоро 800 лет словам Александра Невского: «Не в силе Бог, а в правде». А Бог един. А 2026 год объявлен Годом единства народов России.

Вы будете смеяться, но запустить процесс создания новой Конституции могут «евреи». Где «евреи» — это жители Еврейской АО, безотносительно к происхождению. В «нулевых», когда маленькие регионы один за другим объединялись с крупными, ЕАО не упразднили. То ли не хотели смешить мир второй раз (первый — когда её создавали). То ли смекнули, что с упразднением ЕАО автоматически упраздняется… Конституция РФ.

Да, Глава 1. «Основы конституционного строя» (первые 16 статей) неприкосновенна: поправки в нее возможны только через созыв Конституционного Собрания (закон о котором за треть века так и не был принят), затем референдум (помните о таком «высшем непосредственном выражении власти народа»?) и, наконец… принятие новой Конституции (см. ст.135).

А в неприкосновенной статье 5-й говорится: «1. Российская Федерация состоит из республик, краев, областей, городов федерального значения, автономной области, автономных округов — равноправных субъектов Российской Федерации». Всё! Если упраздним единственную автономную область, Еврейскую, то придется принимать новую Конституцию. Формально вопрос в руках 143 тысяч жителей ЕАО. Точнее, 116 тысяч избирателей. Еще точнее, половины от половины явившихся на участки плюс один голос — менее 30 тысяч голосов за включение ЕАО в состав Хабаровского края.

Ну, что-то, конечно, зависит и от доброй воли политического руководства РФ.

Строго говоря, в статье 5-й не упоминается такая форма субъектов РФ, как народная республика. А ДНР и ЛНР в состав России приняты. Правда, здесь можно трактовать слово «народная», как эпитет или как знак уважения к восьми годам борьбы этих республик за право воссоединения с Россией, уважения к их сегодняшним страданиям и подвигу. Но случай с ЕАО — бесспорная возможность смены Конституции. А зачем?

Затем, что за треть века многое изменилось. Страшно изменилось. В 1990-х мы были беспечны и благодушны. «Киевская Русь»? А разве наше государство не так называлось? Что?! Это термин историков 19 века? А называлось государство просто «Русь», «Руськая / Руская / Русская Земля», «Росия / Руссия / Россия»? А «Московия»? Термин, придуманный польской дипломатией?! Но ведь даже авиакомпания такая есть! У нее это слово и на логотипе старославянским шрифтом написано! Что? При Иване Грозном за такое на кол посадили бы?! Полгода воевали, год мирный договор согласовывали и еще два — титул русского монарха? Не «Великий Князь московской Руси» и не «Великий Князь другой Руси», а только: «Великий Князь Владимирский (в титулатуре всегда на первом месте!) и Московский, Государь Всея Руси»! А почему «Владимирский»? Потому что Андрей Боголюбский, сын Юрия Долгорукого, став Великим Князем, не поехал в Киев, а остался во Владимире. А «где князь, там и стол», т. е. «Киевская Русь» еще до монгольского нашествия стала «Владимирской»!

В то время, когда княжества западной и юго-западной Руси государственность потеряли, северо-восточные несмотря на период зависимости от Орды, государственность сохранили. Единственный прямой и непрерывный продолжатель (наследник) государственности древней Руси — Великое княжество Владимирское — Великое княжество Владимирское и Московское — Русское / Российское царство — Российская империя — СССР — Российская Федерация. Украина и Белоруссия в составе России также наследники древней Руси. Украина и Белоруссия вне России — новообразования. Право и долг русского государства — воссоединение русского народа и русских земель. И эта миссия будет выполнена.

Смущает слово «новообразования»? «Свидомые» и «змагары» сами вырыли себе могилу. Ну, объявили бы себя молодыми нациями и дело с концом: всякое в истории случается: американцы отделились от англичан, бельгийцы (валлоны и фламандцы) от французов и голландцев. Нет же, под бредовые идеи о «140 тысячах лет истории украинского народа» и «старобеларуском племени литва» они объявили себя единственными наследниками древней Руси, а «москалей, укравших славянский язык и культуру» — новообразованием. Т. е. вывели почти научную дискуссию на уровень экзистенциального конфликта — или они, или мы: троим наследниками Руси не быть, на этой земле равными не ужиться. В 1990-х мы этого не знали и знать не хотели.

А «небратья» знали. И издавали тысячи наименований книг и десятки тысяч статей, «замыливающих» или прямо фальсифицирующих историю. Что они делают? На примере одного слова. Во-первых, польское «УкраИна» смешивается с древнерусским «укрАина / укрАйна» в том же значении «пограничье», которое встречается еще в древнерусских летописях. Вуаля! «Видите! Название „Украина“ существовало еще в Киевской Руси!». Во-вторых, прямая фальсификация. Известно, что редакция русскоязычной Википедии находится в Киеве (наверное, единственное учреждение незалежной, в котором рабочий язык — русский). Смотрим «Мартовские статьи». Слово «украйна» в договоре 1654 года — с большой буквы как имя собственное! В украиноязычной версии даже выделено жирным шрифтом. Хорошо хоть, после скандала заменили букву «и» на «й», но большой «У» не поступились. А на скрине оригинала договора ясно видно, что «у» — маленькая, т. е. речь идет просто о пограничных землях. То же следует из смысла резолюции царя Алексея Михайловича: «Царского величества ратные люди всегда на рубежѣ для украйны обереганья есть и впередъ стоять учнутъ» — войска всегда (т.е. и до этого договора!) на границе для охраны пограничных земель стоят и впредь стоять будут (см. скрин в статье «Воссоединения Украины с Россией не было, или „Зеленский, учи албанский“»).

Не было «Воссоединения Украины с Россией». Была присяга войска Запорожского царю Алексею Михайловичу. А термин «УкраИна», Варшава начала применять к южнорусским землям, захваченным Польшей у Литвы по условиям Люблинской унии 1569 года. Соответственно, «украИнцами» (пограничниками) называли польских магнатов и шляхту, хлынувших на эти земли. Подтверждения этому есть даже у «отца украинской истории» Михаила Грушевского, см. том 9, письма коронного гетмана Николая Потоцкого королеве, где он пишет, что «панове украинцы» через посыльных уговаривают своих холопов прекратить восстание и вернуться, обещая им прощение. Для русинов/ руських / руских / русских слово «украинец» было ненавистным. И примерять его к себе городская полуинтеллигенция Киевской губернии стала только с начала 19 века при конченом полонофиле Александре Павловиче, даровавшем польским дворянам одну привилегию за другой. Почему бы не подправить фамилию, добавив «-ий», и не сочинить себе родословную «обедневшего шляхтича»: нищеброд, но со статусом.

Ну, это не говоря о том, что миллионы украинцев искренне верят, что имя «Россия» появилось при Петре I, а до того она официально называлась «Московией». Несмотря на первые строчки «Мартовских статей» даже в украиноязычной Википедии: «Бьютъ челомъ великому государю царю и великому князю Алексѣю Михайловичу, всеа Великія и Малыя Росіи самодержцу, и многихъ государствъ государю и обладателю, его царскаго величества подданные Богданъ Хмельницкой, гетманъ войска Запорожского и весь міръ христіянскій російскій». Где «весь міръ» — народ, всё население территории Войска Запорожского в 1654-м по обоим берегам Днепра, «христіянскій» — потому что католики и униаты — нехристи, а «російскій» — потому что русские и новые подданые России.

Справедливости ради укажем на очевидное: не было у «свидомых» лучшего помощника, чем Советская власть. Дело не только в искусственных границах Украинской ССР и украинизации Киева, Харькова, Донбасса, Екатеринослава, Николаева, Одессы. А в самом изобретении вот такой истории Украины. По соображениям «политической целесообразности»: в 1934 году, когда в школы СССР вернулась история, нужно было показать угнетаемым в Польше белорусам и украинцам, что их родные государства — БССР и УССР. Так по предложению товарища Сталина в учебниках и появились «Киевская Русь» и «Воссоединение Украины с Россией». А ведь исторические мифы мстят своим создателям.

Но мы продолжаем их сочинять или поддерживать. Ну, представим, что цели СВО достигнуты. Украина денацифицирована, демилитаризована, да чего там, воссоединяется с Россией! Поляки говорят: «ОК, признаем. Если вы признаете ответственность теперь уже вашего государства за Волынскую резню. Вот видео: ваш политолог говорит об убийстве 150 тысяч поляков, а вот ваш депутат — об убийстве 200 тысяч». И только тут мы начинаем вспоминать, что вообще-то даже относительно объективные польские историки говорят о 30−35 тысячах жертв. А также о том, как в 1930-х поляки бросали в тюрьмы и там калечили тысячи украинцев за малейшее сопротивление захвату земель польскими поселенцами — «осадниками». Это называлось «пацификацией» — «умиротворением».

А когда в июне 1934 года автор этой политики глава МВД Польши Бронислав Перацкий был убит украинскими националистами, началась «большая пацификация». Несколько тысяч украинцев расстреляли по приговорам военных судов, «ликвидировали при беспорядках и попытках побега», несколько десятков тысяч выпустили из концлагерей полуживыми с открытым туберкулезом и отбитыми органами. Так что в 1939-м, когда их хотели опросить, большинства в живых уже не было. А в 1943—1944 годах Армия Крайова и открытые польские коллаборанты-полицаи в Галиции (она была включена немцами в состав «польского» генерал-губернаторства) истребили в ходе «ответных акций» до 15 тысяч украинцев. Вопрос. А нам это нужно? Потакать одной из сторон в споре «двух сортов»? Или правильнее было бы распространять полную достоверную информацию о преступлениях тех и других?

Всё это обширное «историческое отступление» от темы Конституции к тому, что автор абсолютно убеждён: каждая статья Конституции, каждый пункт статьи должен основываться на истории страны, ее культурном коде, должен быть «пропитан» ими.

Возьмём Статью 1, пункт 2: «Наименования Российская Федерация и Россия равнозначны». А Русь? Русь забыли. Грушевский, обосновывая претензии Украины на преемственность от древней Руси, изобрел монстра «Украину-Русь», а разработчикам Конституции России не пришло в голову защитить право называть страну Русью!

Если допустить дословную трактовку, то и русскими называться не получится: «граждане Российской Федерации» — пожалуйста, «россияне» — с удовольствием, а «русские», вообще-то — от слова «Русь». Не буду делать из этого далеко идущих выводов, скажу на примере отдельного человека. Я азовский грек, урум, за грекотатарина тоже не огорчусь (фамилия от отчима, хорошего человека, и менять ее никогда не собирался) просто не могу причислить себя к русскому этносу. Но слово «россиянин» кажется мне таким же смешным, как «франциянин» или «норвегиянин». А права называться «русским» по имени моего государства «Русь» авторы Конституции мне не дали. Проблемка. И, думаю, не только для меня.

А тут еще одна проблема действующей Конституции, буквально в первых строчках Преамбулы — основы, на которой строится Конституция: «Мы, многонациональный народ Российской Федерации, соединенные общей судьбой на своей земле…»

Современная система международного права (ну, «современная» до бомбежек Сербии и признания Косово) начала складываться с Вестфальского мира 1648 года, положившего конец Тридцатилетней войне. До этого суверенитет государства был суверенитетом монарха — императора, короля, курфюрста, герцога и т. п. Поэтому все они вели своё «происхождение» от Александра Македонского, Юлия Цезаря, Октавиана Августа, на худой конец от какого-нибудь Марка Ульпия Нервы Траяна. Как правило, и документ имелся, где древний герой даровал предку курфюрста эти земли в вечное владение и превентивно проклинал тех, кто его волю оспорит (даже если эти земли лежали там, куда греки и римляне в страшном сне не заходили).

Вестфальская система международного права (на самом деле несколько договоров в течение трех лет) установила, что сувереном является нация. Французское nation по своему латинскому происхождению «народившиеся» — полное соответствие русскому слову «народ». Но смысловое различие огромно. Русское «народ» — «племя» в высоком смысле: язык, основы культуры, часто религия и даже раса. Французское и шире международное nation, нация — все граждане (в монархиях — подданые) государства независимо от этнического происхождения, т. е. все народы единого суверенного государства, само государство. Нация — субъект международного права.

Извините, если для вас всё это — скучные азы. Но как же правильно? «Мы, многонациональный народ Российской Федерации, соединенные общей судьбой на своей земле…» или, например: «Мы, народы Российской Федерации, объединенные общей судьбой на своей земле в единую нацию…»?

Ну, да, настрогали в своё время Россию на союзные, автономные республики, автономные области, даже на «национальные» (позже — автономные) округа. За 70 лет привыкли к «нациям», вот еще полстолька лет пытаемся разгрести. Зато в школе «прикалывались» над географичкой, когда она рассказывала про «свыше 100 наций и народностей СССР»: «Елизавета Генриховна, а молдаване нация или народность? — Нация, у них союзная республика. — А удмурты? — Нация, у них автономная республика. — А долганы? — Нация, у них национальный округ. — А эти, как их, нивхи? Их больше, чем долган, но у них нет никакой автономии. — Значит, народность. — Тогда и немцы народность, хоть их два миллиона!». Подловили, значит. Простите, Елизавета Генриховна.

Вот в разваливающейся Эфиопии, где регионы имеют свои армии и даже ведут собственную внешнюю политику, есть «Регион наций, национальностей и народов Юга», который уже три раза дробили. Забавно перейти на английскую версию статьи в Википедии: Southern Nations, Nationalities, and Peoples' Region. А перевод на русский даёт: «Регион южных наций, народностей (!) и народностей (!)». Там тоже, наверное, школяры «прикалываются».

Да мы и сейчас «приколоться» можем. Статья 5, пункт 2: «Республика (государство) имеет свою конституцию и законодательство». Перечитайте: «государство»! Государство в государстве. Нация в нации. И не надо про американские «штаты» (state — «государство»): ими управляют губернаторы. Мы же не можем закрепить термин «президент» за главой единого государства. То есть вроде бы получилось. Но не безусловно и безоговорочно, а хитро и вязко в одном из регионов «президент» стал не «главой» или «башлыком» на родном языке, а «раисом» — по-арабски «главой» и… «президентом». До «беев» — глав районов пока не додумались, но лиха беда начало. Хм… А если главой этой республики станет женщина? По-арабски «госпожа-начальница» — Раиса… Смешно? Ну, да, в СССР тоже смеялись над союзными республиками — «государствами». В 1991-м животики надорвали.

Кто-то когда-то назвал справедливые законы «прививкой от мятежа». В наибольшей степени это относится к Основному Закону — Конституции. Она должна быть умной, яркой, красивой, такой, чтобы ее хотелось… петь. И повторим: каждая статья Конституции, каждый пункт статьи должен основываться на истории страны, ее культурном коде, должен быть «пропитан» ими.