Угрозы Запада «Росатом» обогащают

За последние два года услуги по конверсии урана и его обогащению, по которым Запад зависит от «Росатома», подорожали в полтора-два раза. Риски санкционных ограничений и планы многих стран развивать ядерную энергетику для борьбы с изменениями климата сыграли на руку поставщикам, главный среди которых «Росатом». Эксперты отмечают, что урановый рынок реагирует постепенно, но уверенно.

После начала СВО на Украине Запад стал активно заявлять о планах по отказу от «Росатома». Первые санкции на основные услуги, однако, появились только в мае 2024 года. Тем не менее заявлений оказалось достаточно, чтобы рынок почувствовал угрозу и отреагировал на нее.

С июня 2022 года по июнь 2024 года наравне с самим ураном (U308) подорожали и услуги по его переработке. Об этом говорят данные ORANO в презентации за шесть месяцев 2024 года. Так, конверсия на спотовом рынке выросла в цене на 82% - до $ 60 за kgU, а по долгосрочным контрактам — почти на 50%, до $ 38 за kgU. Услуги по обогащению, в свою очередь, показали примерно те же темпы роста. На спотовом рынке стоимость услуги прибавила в цене 102% - до $ 174 за SWU, а по долгосрочным контрактам — на 21%, до $ 159.

Сам уран подорожал за два года на споте на 70% - до $ 84,25 за фунт, по соглашениям — на 55%, до $ 79,5.

«В то время как спрос продолжает расти, будущее предложение не поспевает за ним. Повышенный риск поставок, вызванный растущей геополитической неопределенностью, сокращением вторичных поставок и отсутствием инвестиций в новые мощности за последнее десятилетие, побудил компании оценить свои краткосрочные, среднесрочные и долгосрочные цепочки поставок ядерного топлива. Неопределенность относительно того, откуда будут поступать поставки ядерного топлива для удовлетворения растущего спроса, привела к увеличению долгосрочных контрактов, и в 2023 году около 160 миллионов фунтов урана было размещено по долгосрочным контрактам. Хотя это самый высокий годовой объем, заключенный с 2012 года, он остается ниже уровня замещения и включает наш контракт с Украиной, на долю которой пришлось около 30 миллионов фунтов», — сообщала канадская Cameco по результатам 2023 года. Она отмечала, что в прошедшем году цены на весь ядерный топливный цикл продолжали расти.

«Мы ожидаем, что будет продолжаться конкуренция за поставки урана, услуги по конверсии и обогащению в рамках долгосрочных контрактов с проверенными производителями и поставщиками, которые имеют диверсифицированный портфель активов в геополитически привлекательных юрисдикциях», — писала Cameco.

При этом рост в течение двух лет был в основном плавным и даже принятие в США закона о запрете импорта российского обогащенного урана в начале июня этого года не стало причиной резких скачков.

«Цены растут из-за комплекса причин — тут и возросший интерес в мире к атомной энергетике, и ожидание новых санкционных барьеров», — говорит директор «АтомИнфо-Центра» Александр Уваров.

Он отмечает, что резких скачков из-за сиюминутных обстоятельств в атомной отрасли не происходит, так как физические объёмы поставок урана и урановых продуктов невелики по сравнению, например, с поставками газа или угля.

«Поэтому мы видим относительно плавный, но устойчивый рост цен. Иными словами, скачки в нашей отрасли тоже есть, но они размазаны на относительно больших временных интервалах. Значительная доля долгосрочных контрактов также играет стабилизирующую роль», — замечает директор «АтомИнфо-Центра».

Западу приходится считаться с тем, что «Росатом» продолжает оставаться крупнейшим игроком на рынке конверсии и обогащения. По данным самих компаний Urenco и Orano, они смогут нарастить свои собственные мощности по обогащению не раньше 2027−2028 годов. А пока с российской госкорпорацией приходится считаться. Мировая атомная промышленность зависит от России на 14% по урановым концентратам, на 27% по конверсии и на 39% по обогащению, что подчеркивает риск безопасности поставок, сообщала Cameco в годовом отчете за 2022 год.

Этим и объясняется, почему даже запрет на импорт низкообогащенного урана из России, который вступает в силу 11 августа, предусматривает исключения из санкций до 2028 года. Например, компания Centrus уже сообщила о получении части необходимых разрешений.

«18 июля 2024 года министерство энергетики США выдало компании разрешение, позволяющее ей импортировать низкообогащенный уран (НОУ) из России для поставок клиентам компании в США в 2024 и 2025 годах», — сообщает Centrus в отчете Комиссии по ценным бумагам и бирже США.

В компании добавили, что по импорту в 2026 и 2027 годах министерство отложило свое решение на неуказанную дату, более близкую по времени к поставкам. Также в Centrus рассказали и о других заявках на предоставление исключений из запрета на импорт российского урана, который вступает в силу 11 августа.

«7 июня 2024 года компания подала второе заявление на получение разрешения на импорт НОУ из России для переработки и реэкспорта иностранным клиентам и ожидает решения министерства энергетики США», — пояснили в Centrus, добавив, что компания подаст и третью заявку на разрешение на импорт низкобогащенного урана из России в 2026 и 2027 годах для использования в США.

О продолжении импорта низкообогащенного урана из России говорят и данные АИС судов. Например, одно из спецсудов, которые занимаются перевозкой российского продукта через Атлантический океан, Atlantic Project II, сегодня прибыло в Санкт-Петербург. Отсюда оно забирает гексафторид урана для американских компаний.

В «Атомэнергопроме», который входит в состав «Росатома», заявляли, что компания сохранила лидерские позиции по конверсии и обогащению урана, а также по поставке обогащенного урана для энергетических и исследовательских реакторов и продукции начальной стадии ядерного топливного цикла в 2023 году. В компании отмечали, что все обязательства по действующим контрактам исполнены в полном объеме: урановая продукция поставлена 33 заказчикам из 14 стран. В отчетности «Атомэнергопрома» указано, что в 2022 году зарубежная выручка составила $ 11,8 млрд, а в 2023 году — уже $ 16,2 млрд.

Ежегодно американские компании тратят на урановые продукты из России $ 1 млрд, возмущался один из авторов запрета на импорт низкообогащенного урана из России американский сенатор Джон Барассо.