Сегодня, 15 июля, премьер-министр Эстонии Кая Каллас официально сообщила о своей отставке в связи с переходом на другую работу — её кандидатуру уже согласовали на пост Верховного представителя Европейского Союза по иностранным делам и политике безопасности, хотя ещё предстоят формальности с утверждением в избранном составе Европарламента. Кто будет новым главой эстонского правительства, с какими проблемами он столкнётся и что может измениться в политике страны?
В связи с утверждением на высокую должность в Брюсселе Каи Каллас перед эстонскими правящими кругами встал вопрос о срочном определении ее преемника, в которые выбился министр климата (окружающей среды) Кристен Михал. Пересменка пришлась на сложный период в политическом положении реформистов, вызванном в целом провальными результатами работы кабинета Каллас в социально-экономической и налогово-фискальной сферах. Зримой фиксацией отвращения значительной части электората, привыкшего голосовать за эту «респектабельную проевропейскую партию начальства», стали разочаровывающие результаты июньских выборов в Европарламент, по итогам которых реформистов обошли главные оппозиционеры из правонационалистической партии «Отечество» и социал-демократы, тогда как им достался лишь один мандат евродепутата.
![](http://img6.eadaily.com/r650x650/o/545/02164ee8db4f13a114356e434ebca.jpeg)
Кандидата в премьер-министры Михала смело можно назвать опытным партфункционером, неоднократно получавшим различные портфели в правительстве и мандаты в парламенте. При этом наблюдатели отмечают жёсткие трения между двумя партийными «грандами» — Михалом и министром обороны Ханно Певкуром. Они относятся к двум противостоящим группировкам внутри «Партии реформ»: Певкур тяготеет к Каллас, тогда как Михал солидарен с весьма критическими оценками управленческих способностей Каллас, которые не раз высказывал «серый кардинал» реформистов, бывший глава правительства Эстонии Андрус Ансип.
Лояльный к Каллас Певкур был вынужден на данном этапе уступить Михалу первенство как в правительстве, так и среди однопартийцев (Каллас в новом качестве должна будет покинуть и председательство в партийной структуре) в немалой степени благодаря интригам Ансипа.
«В Европе идет война, и в этой ситуации Эстонии не нужен правительственный кризис и политические дрязги. Нам нужна стабильность как для Эстонии, так и для партии», — пафосно обосновал он снятие своей кандидатуры.
Важную роль сыграл также громкий скандал с проволочкой в вопросе о выделении дополнительных 1,6 млрд евро на боеприпасы, в ходе которого от антироссийски настроенных алармистов в СМИ и соцсетях посыпались обвинения в «преступной халатности», а из военно-политических кругов — в недостаточно компетентном госуправлении. Таким образом, истерия вокруг «снарядного голода» как бы вытесняет старый скандал с финансированием политической деятельности, фигурантом которого был Михал, потерявший в 2012 году должность министра юстиции.
Несмотря на показное желание Каллас решить вопрос с преемником в ходе широкой внутрипартийной дискуссии, итоговый вариант был спешно подготовлен в кулуарном порядке — кандидатуру определили члены правления партии, не прибегая к «партийной демократии». Политолог из Таллинского университета Тынис Саартс допускает нарастание недовольства Михалом среди актива реформистов на местах из-за «дефицита легитимности».
В связи со сменой главы правительства идут интенсивные переговоры между правящими партиями, однако ожидать перемен в составе «тройственного союза» на данном этапе не приходится: и социал-демократы, и партийцы из «Эстония 200» уже заявили о приверженности нынешнему формату отношений с реформистами, хотя косметические изменения в правительственной декларации возможны. При этом «двестевцы» сохраняют опасения, что из-за катастрофического падения рейтинга, повлекшего за собой полный провал на евровыборах (ни одного места), они будут потеснены или ущемлены в правительстве Михала.
Одной из непростых задач для премьера станет выбор правильной тональности во взаимоотношениях с президентом Эстонии Аларом Карисом, уже «заматеревшем» в должности главы государства и пытающемся все больше влиять не только на внешнеполитические нюансы эстонской позиции, но и на внутриполитический блок — на грани его скромных конституционных полномочий. Явной демонстрацией амбиций Кариса стал его отказ 23 июня провозглашать принятый Рийгикогу важный для правительства Закон о налоге на автотранспортные средства.
Оптимисты в Эстонии ожидают некоторого упорядочения разбалансированной при Каллас системы госуправления, тогда как самому Михалу придется отказаться от наименее «рабочих» риторических схем привычной ему «зеленой» повестки. Основной же головной болью для нового премьера и всего эстонского общества останется введение болезненного налога на оборону, который, как уже заявил претендент, «коснётся каждого», а не только предприятий или состоятельных жителей Эстонии, чего желали бы социал-демократы.
Анонсированный будущим премьером военный налог по сути является «налогом на русофобию», призванным наряду с сокращениями бюджета и займами как-то свести концы с концами.
«Если мы посмотрим, к чему пришли, то считавшееся оптимальным — два процента от ВВП на оборонные расходы — сейчас составляет 3,4 процента, то есть фактически увеличилось на 600 миллионов евро. К этому добавляются потребности внутренней безопасности и энергетические потребности», — сказал Михал на пресс-конференции по итогам коалиционных переговоров.
Привёл он и шокирующую цифру:
«Если продолжить в том же духе, дефицит бюджета Эстонии составит 5,4 процента от ВВП. Как мы знаем, по европейским правилам максимально допустимый дефицит — три процента. Это означает, что нам нужно обсуждать различные сокращения расходов».
На российском направлении будущее правительство Эстонии сохранит конфронтационный уклон со стилистической нюансировкой. Ожидается, что в пику Каллас новый премьер станет рельефнее выделять собственно эстонскую проблематику.
«Михал, вероятно, ориентирован на вопросы внутренней политики, но, поскольку общий политический настрой в Эстонии настолько сильно проукраинский, даже внутри страны нельзя допустить, чтобы Михал произвел впечатление, что Украиной как-то пренебрегли», — полагает политический обозреватель газеты «Постимеэс» Мейнхард Пулк.