На Украине растет число жертв тотальной мобилизации, которая на самом деле является незаконной охотой на людей. Военкомы творят полный беспредел, который все больше превращается в истребление украинских граждан.
В результате «мобилизованные» в ходе облав и незаконных задержаний все чаще умирают или оказываются на больничных койках еще до отправки на передовую.
Как пишет украинский Telegram-канал «Легитимный», новый закон об усилении мобилизации превратил Украину в концлагерь. Пойманных рекрутов сотрудники ТЦК зачастую избивают до смерти, другие же от побоев и унижения вскрывают себе вены сами.
Очередной такой случай произошел под Киевом со Станиславом Московским, которого задержал военно-полицейский патруль до начала комендантского часа.
Мужчину выволокли из автомобиля и увезли в местный ТЦК (аналог военкомата), бросив его машину на Софиевской Борщаговке. Несмотря на то, что человек сопротивления не оказывал, по прибытии на место военкомы его избили, отобрали личные вещи и удерживали до утра.
Потом нового рекрута принудительно отвезли на медкомиссию в Вишневое, а при попытке посоветоваться с юристом по телефону отобрали телефон, и человек не выходил на связь сутки.
«Затем, когда на место выехал адвокат и следственная группа, выяснилось, что парень порезал себе вены и, чтобы его в таком состоянии полиция не нашла, его выбросили на улицу в Вишневом», — пишут авторы инсайда.
Ранее EADaily сообщало, что сотрудники ТЦК создали себе такую отвратительную репутацию, что армейские военные стараются не ходить в форме по Киеву, чтобы их не приняли за военкомов.

Хуситы: Мы закрыли Баб-эль-Мандебский пролив только для судов саудитов
Песков заявил, что Драпатый ответит перед Россией
Варшава планирует наладить совместное с Киевом производство ракет для Patriot
Певицы из России и Украины тайно выступили для одного из богатейших людей Грузии
В Казахстане большая радость: 95% экспорта не попадает под новые пошлины США
Санкции ЕС догнали Дворковича — пришлось уйти с поста главы ФИДЕ
Панченко: Украина била по казахским терминалам, теперь плачет, что к ней не идут суда