Яблоко от яблони: сына Сороса публично уличили во лжи

Сын миллиардера-глобалиста Джорджа Сороса 38-летний Алекс врет так же, как его отец, в частности, утверждая, что наихудшая статистика по убийствам в США фиксируется в городах, где у власти республиканцы. Об этом заявляет телеканал Fox News, ведущий которого уличил Алекса Сороса во лжи в прямом эфире.

«Начнём вот с чего — перед вами города с наибольшим числом убийств на тысячу человек населения за 2022 год, — говорит телеведущий Лоуренс Джонс. — На первом месте — Новый Орлеан, которым управляет демократ Латойя Кантрелл. И посмотрите только — 71 убийство. Дальше — вторая строчка, где у нас Сент-Луис и его мэр — демократ Тишора Джонс; и, кстати, нет, мы с ней не родня. Ну а третий у нас Детройт, которым заправляет — вы правильно догадываетесь — ещё один демократ (Майк Дагган). Вот так мы и опровергаем все враки».

Джеймс Крейг — человек, который всю жизнь борется с преступностью: он возглавлял полицейское управление Детройта, а ещё какое-то время работал в Лос-Анджелесе. Джеймс, это, видимо, входит в привычные для них лживые утверждения — что их курс работает, что они вовсе даже не слишком мягко подходят к преступности и что они работают во благо простых работяг нашей страны. Объясните нам, где они ошибаются.

Крейг: Доброе утро, Лоренс! Я вам вот что скажу — это самая настоящая ложь. Во всех этих городах серьёзные проблемы с преступностью — и я бы здесь выразился поконкретнее, поскольку этот человек приводит данные по убийствам, но ничего не говорит об уровне преступности в целом. Возьмём, к примеру, города, где прокурорам платил зарплату Сорос: там полный бардак, они сильно страдают от преступности. Достаточно взглянуть на Нью-Йорк, на Чикаго — там же везде прокурорами назначены люди прогрессистских взглядов. Так что я даже не знаю, что он хочет сказать.Но вот какой есть любопытный момент — одним из самых безопасных крупных городов в Америке сейчас является Даллас, что в Техасе, в вашем штате. Даллас. И знаете что? Мэр этого города только что ушёл из Демократической партии и теперь является республиканцем. А знаете, что его в первую очередь сподвигло уйти от демократов? Как он сам сказал: «Я против всей этой темы с сокращением бюджета полиции, я наших правоохранителей поддерживаю, я — за закон и порядок». И что же теперь? А теперь Даллас — один из лучших в плане безопасности крупных городов.

Джонс: Да, поэтому он от демократов и ушёл. Он ещё сказал: «Я вообще управлял как республиканец, вы, ребята, просто этого не понимали — ну а теперь я просто взял и официально сменил партию». Но ещё одна ложь, которую мы слышим от этих людей, — это что они за простых работяг: они утверждают, что то, что они делают, как раз и обеспечивает в Америке безопасность и что они на самом деле полицию бюджетов не лишают. Но Джеймс — ваш город был одним из тех, которые во время «Лета любви» (имеется в виду лето 1967 года, когда по США прошла волна беспорядков на расовой почве) не горел. Мэром у вас тогда был демократ — но вы, будучи начальником полиции, этого всё-таки не допустили.

Крейг: У нас такое никогда бы не прошло. Но я не могу не отдать должное мэру Детройта, ведь те шаги, которые мне пришлось сделать, чтобы обезопасить город, он поддерживал. Но знаете, лицемерие тут в том, что некоторые из этих демократов — только некоторые, не все — ведут в упомянутых городах работу, особенно с наиболее уязвимыми группами населения, — однако они пускают к себе прокуроров-прогрессистов, которые не обеспечивают соблюдение закона. А я вам вот что скажу: во всех городах, где мне довелось работать — и в Лос-Анджелесе, и в Цинциннати, и в Портлэнде, штат Мэн, и в Дейтройте, штат Орегон, — люди из этих наболее уязвимых групп населения хотят чего? Да, чтобы полиция обеспечивала законность. Они хотят, чтобы поддерживался порядок для всех, чтобы людей, которые нарушают закон, отправляли в тюрьму, и точка. Поэтому когда пытаются передёргивать и говорят, что, дескать, на самом деле все они не хотят, чтобы преступники были за решёткой, — это позор, ведь это совсем не так. Всё это очень печально, и нужны перемены — и поскорее. Всё как с границей: они говорят, что она вовсе не открыта, она на замке — но она ведь открыта! К нам приезжают преступники из картелей, приезжают террористы. Граница открыта!

Джонс: Да, Джеймс — мы постоянно слышим от них ложь, и они пытаются заручиться поддержкой меньшинств. Но темнокожие граждане отвечают: «Слушайте, мы тоже хотим, чтобы на улицах было безопасно». Мы хотим, чтобы с нами обращались справедливо, да, но идеи о том, что нужно убирать полицейских и выпускать преступников на волю, чтобы они потом терроризировали наши же места проживания, — это просто бред. Но вы-то это знаете — поэтому мы вас и пригласили на эфир.

Крейг: Знаю, да, знаю на собственном опыте. И я вам вот что скажу: я всегда поддерживал не только тех, кто служит, не только мужчин и женщин в форме, но и людей, которые живут в наших городах — я с ними был знаком лично, я же работал «в поле». Им нужна безопасность!

Джонс: И вы до сих пор ведёте эту работу. Большое спасибо, что пришли к нам на передачу!