«Идти и жевать жвачку»: еще раз про встречу в Сан-Франциско

Переговоры лидеров КНР и США в Сан-Франциско на полях саммита АТЭС всколыхнули информационное пространство, хотя и сама встреча не была чем-то из ряда вон выходящим, и сделанные на ней заявления ничего не изменили в американо-китайских отношениях. Соперничество двух главных экономик мира остается ключевым процессом на международной арене, и от него зависят судьбы всех стран на планете, напоминает Иван Зуенко в журнале «Профиль».

То, что Пекин и Вашингтон в очередной раз выказали желание о чем-то договариваться, позволяет надеяться, что наиболее мрачные сценарии эскалации пока откладываются. При этом само отношение Америки и Китая друг к другу остается прежним.

Американцы не скрывают, что воспринимают КНР как экзистенциального противника, само развитие которого угрожает их доминированию. В доктринальных документах прямо сказано, что Китай — это системная угроза интересам и ценностям США.

Встреча в Сан-Франциско эту установку ни чуточки не изменила. Подводя итоги саммита, Джо Байден не только в очередной раз назвал Си Цзиньпина «диктатором», чем в значительной степени обнулил позитивные эффекты от встречи в глазах китайской элиты, но и сделал упор на том, что это были переговоры с конкурентом. Сама же ситуация, когда Штаты с конкурентами разговаривают, а не бомбят их, служит, по мнению Байдена, доказательством «лучших традиций американской дипломатии».

В КНР ситуация принципиально иная. Пекин нигде и никогда официально не заявлял о претензиях на мировое лидерство и желании стать для планеты тем, чем недолго (1990-е годы) были для нее США. Да, американцев принято обвинять в гегемонизме, «менталитете времен холодной войны», дурной привычке решать все вопросы силой и вмешиваться во внутренние дела других стран. Но, полагают китайцы, когда американцы перестанут вести себя подобным образом, претензий к ним не будет никаких и, более того, две страны смогут одновременно развиваться и обогащать друг друга.

Вот и в этот раз Си Цзиньпин заявил, что «две страны могут быть партнерами, уважать друг друга и мирно сосуществовать», «мир достаточно велик для обеих стран», а «возможный конфликт повлек бы невыносимые последствия для сторон». Звучит довольно искренне, особенно учитывая, что Китай действительно зависим и уязвим перед лицом Америки, а вся долгосрочная стратегия развития КНР прежних десятилетий базировалась на убеждении, что американцы не станут обострять отношения с ключевым торгово-экономическим партнером, поскольку это… просто невыгодно.

Сегодня иллюзий по поводу Вашингтона все меньше, но и сил с ним бороться в открытую пока не хватает. Поэтому цель Китая — максимально затянуть инерцию партнерства, избежать жестких действий со стороны США прямо сейчас, а самому тем временем перестроиться в соответствии с новым пониманием международных отношений. То есть достичь такого состояния, при котором КНР не будет зависеть от Соединённых Штатов в трех ключевых аспектах: в плане взаимной торговли, передовых технологий, а также с точки зрения возможной блокады американскими ВМС морских торговых путей, по которым Китай получает стратегические ресурсы.

Цель же Вашингтона — ни в коем случае этого не допустить и вообще ограничить развитие Китая насколько это возможно. При этом крайне желательно не скатиться к прямому вооруженному конфликту, чреватому крахом американской экономики (и мировой в придачу). А для этого необходимо вести сложную и опасную игру: постоянными провокациями отвлекать и изматывать противника, дискредитировать его в глазах партнеров, расширять круг союзников и при этом регулярно «подтягивать» отношения двух стран до уровня приемлемых.

Встреча в Сан-Франциско — пример такого «подтягивания». В этом смысле она очень похожа на ту, что была ровно год назад на саммите G20 на Бали. И выводы, сделанные тогда, актуальны и сейчас: обе стороны понимают, что в логике начатой американцами игры в «царя горы» та или иная форма столкновения неизбежна. Но, выбирая между столкновением сейчас и столкновением потом, делают выбор в пользу неопределенного «потом».

Американцы называют такую стратегию to walk and chew gum — «идти и жевать жвачку». Смысл этого выражения заключается в том, что можно решать две задачи одновременно: с одной стороны, сдерживать Китай, с другой — сотрудничать с ним по некоторым важным вопросам.

Китай вынужден принять эту игру. И сейчас «идет и жует жвачку» точно так же, как это делают США: одновременно поддерживает выгодный для него уровень торгово-экономического взаимодействия и координации по глобальным вопросам, при этом продолжая наращивать свой технологический и военный потенциал.

Как Вашингтон не готов отказаться от восприятия Китая как угрозы своему мировому лидерству, так и Пекин, несмотря на все свои дружелюбные заявления, естественно, никогда не откажется от идеи суверенного развития, на которое не должны влиять ни Америка, ни кто-либо иной. И изменить конфликтность, возникающую при наложении этих позиций друг на друга, может только процесс тектонического масштаба — уровня перестройки в СССР. Пока такого не видно. А встреч типа той, что прошла в Сан-Франциско, будет еще много.