Руководство Армении не знает, на кого полагаться: Россию, Запад или Иран? — интервью

В интервью EADaily академик Национальной академии наук Армении, доктор социологических наук, профессор Геворг Погосян размышляет о проблемах в процессе армяно-азербайджанского урегулирования, роли России, других мировых и региональных игроков и их конкуренции в Закавказье и, в частности, в Армении.

— В армяно-азербайджанских переговорах по мирному договору сложилась весьма неоднозначная ситуация. С одной стороны, с обеих сторон утверждается, что происходит перманентный обмен проектами вариантов текста этого документа, а с другой — Ереван и Баку обвиняют друг друга в нежелании и неготовности подписать договор. Насколько реально сегодня говорить о том, что стороны в состоянии прийти к взаимоприемлемым договоренностям по нормализации двухсторонних отношений?

— Полагаю, что рано или поздно международные спонсоры процесса урегулирования, если у них будет на это активный настрой, просто вынудят Армению и Азербайджан, чтобы они подписали какой-то вариант договора — с определёнными издержками с обеих сторон. Что-то не понравится Баку, а что-то Еревану. Что очень нежелательно, поскольку в любом случае с армянской стороны могут быть существенные уступки.

Мы, к сожалению, проигравшая сторона, и потому имеем меньше договорных, так сказать, позиций, чем сторона выигравшая. К тому же, политическое руководство Армении, принимающее участие в переговорах, полагаю, не способно подписать документ хотя бы с минимальными потерями для Арцаха (армянское историческое название Нагорного Карабаха. — Ред.) и Армении. Если после окончания войны (в Нагорном Карабахе в 2020 году. — Ред.) у нас произошла бы смена власти, то и ситуация с переговорами по подписанию договора была бы несколько иной. Может быть, не сильно в нашу сторону, но, по крайней мере, немного лучше.

— Судя по всему, процесс армяно-азербайджанского примирения осложняется и тем, что он происходит в условиях острой конкуренции Россия — Запад за право быть главным модератором в урегулировании отношений между Ереваном и Баку, а также карабахского конфликта.

— Расклад сил на международной арене в глобальном масштабе, безусловно, влияет, поскольку это те же страны — Россия, США, и Франция, — которые в рамках института сопредседательства Минской группы ОБСЕ по Нагорному Карабаху долгие годы принимали участие в переговорах по урегулированию конфликта. Понятно, что их отношения друг с другом так или иначе будут отражаться на нынешнем процессе.

Конкуренция России и Запада, естественно будет влиять на ситуацию в нашем регионе. Тем не менее, многое зависит от того, как завершатся военные действия на Украине. И чем раньше это произойдёт, чем быстрее станет ясно, кто станет выигравшей стороной, тем шансы Армении и Арцаха будут, по крайней мере, более определёнными.

— Последние события свидетельствуют о том, что Азербайджан ещё более ужесточает свои действия в отношении Армении. Не создаётся ли у вас впечатление, что Баку готовит новую военную операцию?

— Не хотел бы прогнозировать подобную перспективу. Но, судя по утверждениям армянских военных экспертов, Азербайджан подтягивает силы, увеличивает военное присутствие, наращивает войсковые соединения на границах с Арменией, проводит военные учения. То есть нынешние приготовления направлены уже не столько на Арцах, а на Армению. Желания Баку очевидны: открыть так называемый Зангезурский коридор и укрепиться на армянских территориях, в том числе уже занятых азербайджанскими военными.

Другой вопрос, что наша власть не хочет или не желает этого видеть. Может, у Армении нет соответствующих ресурсов для полноценной защиты? Но тогда напрашивается следующий вопрос: за 2−3 года после войны ведь можно было серьёзно подготовиться к отражению новой агрессии противника?

— В Армении распространено мнение, что нынешняя неопределённость в Нагорном Карабахе и вообще в армяно-азербайджанских отношениях связанa с ослаблением позиций России в Закавказье. И что она не может сегодня играть роль эффективного посредника между Ереваном и Баку и в лучшем случае является важной, но не ключевой страной в регионе.

— Не согласен с подобным мнением. Очевидно, что всё внимание России сейчас далеко не в Закавказье, а на Украине. Тем не менее, я бы не сказал, что позиции Москвы в нашем регионе сильно ослабли и появились другие игроки. В такой степени, в какой Россия имеет присутствие в Закавказье, ни Турция, ни США, ни тем более Франция или Германия, не имеют.

— Но по результатам войны 2020 года Турция весьма серьёзно вовлечена в регионе.

— Турция пытается вовлечься в регион. Что отнюдь не значит, что у неё это получится. Мне кажется, что Россия этот регион никому никогда не уступит. Она и Азербайджан не очень согласна отдать под полный контроль Турции. Я уже не говорю об Армении. Тут вообще речи нет. Тем более, что у Москвы сегодня ещё более углубляются взаимоотношения с Ираном.

В то же время определённое снижение влияния России в Закавказье всё-таки происходит, что объективно понятно. Если идут военные действия на Украине и все ресурсы, всё внимание, все усилия Москвы направлены на это направление, о чём идет речь? И не время говорить о Закавказье.

— Не время говорить, но можно упустить то же самое время и серьёзно уступить свои позиции в регионе.

— Полагаю, что дело до этого не дойдёт. Если, конечно, руководство Армении будет укреплять отношения со своим стратегическим и историческим союзником — Россией, а не продолжать дрейфовать в сторону Запада.

Диверсификация внешнеполитических отношений — совершенно другой вопрос. Армения всегда была открыта и на Запад, и на Восток, и на Север, и на Юг. Но как можно отказываться от России, чтобы стать ближе к Западу? Это неразумно и недальновидно.

Россия сегодня пытается играть роль арбитра между Арменией и Азербайджаном и не быть сторонником одного из них. Но с другой стороны, совершенно понятно, что Москва не хочет, грубо говоря, из-за Еревана ухудшать отношения с Баку, который тоже является для неё серьезным партнёром.

— Но многие в Ереване утверждают, что Россия углубляет свои отношения с Азербайджаном и Турцией именно за счёт Армении.

— В общественном сознании нашей страны есть обида на Россию, что она дружит с Турцией, поддерживает тёплые отношения с Азербайджаном, при том, что Армения — член ОДКБ, ЕАЭС, то есть стратегический, институциональный союзник Москвы. Но это не значит, что Россия должна отказываться от всех интересов в пользу Армении.

В то же время есть конкретные просчёты и со стороны Москвы. В данном контексте обращаю внимание на следующее обстоятельство. Были упущены некоторые тренды времени, которые российское руководство может быть до сих пор не замечает. Традиционно оно работало с элитами и руководствами экс-республик СССР — ныне независимых государств. Но со временем к власти пришли совершенно не пророссийские, а в некоторых из республик даже антироссийские, чтоб не сказать русофобские, силы. А продолжать работать по советской модели «руководство — с руководством» сейчас контрпродуктивно. То есть, нужно расширить ареал контактов, перейти на общественные организации, бизнес, науку, образование, спорт и т. д. В этом контексте после произошедшего на Украине, в Грузии и Молдавии уже должны были быть сделаны соответствующие выводы. К тому же заметим, что в наших странах на политическую авансцену вышло поколение молодых людей, не обладающих опытом советского межнационального общения, ориентированное преимущественно на Запад и выросшее «в интернете».

— Наблюдая за проходящими ныне геополитическими процессами в Закавказье и, в частности, что касается треугольника Армения — Нагорный Карабах — Азербайджан, складывается впечатление, что мировые и региональные центры действуют в регионе, играя на противоречиях друг друга. Более того, трудно однозначно зафиксировать: кто чей партнер, в какой мере и в какой ситуации, а кто — оппонент. Иными словами, в мировой геополитике проявляется определённая гибридность.

— Безусловно, согласен. Но эта гибридность, в общем-то, зависит от взаимоотношений Россия-США. И все остальные взаимоотношения раскрываются на этой матрице. То есть, если у Армении хорошие отношения с Россией, то у США задача — изменить её общественное мнение и геополитическую ориентацию. Есть конкретные методики, которые они эффективно применяют по всему миру. В то же время сейчас в Армении идёт серьёзный процесс переформатирования общественного сознания, поскольку политическое руководство пытается изменить вектор геополитической ориентации.

Антироссийских настроений, за редким исключением, у нас в прошлом не было. Не говоря о том, что в России проживает крупная армянская диаспора. Армяно-российские связи и исторические, и культурные, и экономические, и религиозные.

Сегодня разорвать связи Армении и России не так уж и легко. Откровенно русофобских, антироссийских настроений, по сути, нет, за исключением некоторых однозначно маргинальных и малочисленных организаций. Конкретный пример — нынешнее весьма толерантное и, в принципе, позитивное отношение к десяткам тысяч российских релокантов.

Что же касается того, что противоречия в Закавказье между различными геополитическими центрами приводят к росту конфликтности в регионе, с этим нельзя не согласиться. Ведь геополитическая турбулентность приводит к нестабильности, которая, в свою очередь, влияет на общее состояние дел в регионе. Кстати, у меня складывается впечатление, что в нынешней ситуации руководство Армении не знает, на кого полагаться — Россию, Запад или Иран?

— Кстати, об Иране. Очевидно, что в последний период в регионе резко возрос фактор этой страны и, в частности, относительно сдерживания Азербайджана от вторжения в Сюникскую область Армении, граничащую с иранской территорией. К тому же серьёзно ухудшились азербайджано-иранские отношения, не говоря уже о крайней враждебности между Ираном и Израилем, тесном сотрудничестве Баку с Тель-Авивом и желании Запада любыми средствами не допустить создания Тегераном ядерного оружия.

— Полагаю, что Иран желает стать полновесным региональным игроком. Многие годы находясь под международными санкциями, Иран был в стороне от крупных геополитических процессов. Теперь, как очевидно, идёт с усиление его позиций в регионе — в противовес Турции. Противостояние Тегерана с Анкарой имеет длительную историю. В последний период у него появились серьёзные проблемы и с Азербайджаном.

Армении, несомненно, выгодна активизация Ирана в регионе, так как сохранение границ с этой страной — как в наших в интересах, так и Тегерана. В нынешних условиях углубления отношений Ирана с Россией, армяно-иранская граница тем более играет важную роль для Ирана. До последнего времени Иран был, по существу, изолированной страной. А теперь у него появились такие партнёры, как Россия, Китай, возможно, Индия. И через территорию Армении могут проходить различные транспортные коммуникации, способствующие сближению этих геополитических грандов.