Меню
  • USD 58.05 -0.20
  • EUR 56.20 -0.48
  • BRENT 88.87 +3.93%

Украина: новейшая стратегия?

Сергей Лавров, Владимир Путин, Сергей Шойгу. Иллюстрация: media.az

Цель России на Украине понятна. Постоянно меняющаяся тактика — тоже (её, по крайней мере, пытаются объяснять). Загвоздка с пониманием того, что лежит «между» целью и тактикой — со стратегией этого конфликта, идеей, общим планом, а отсюда и сроками достижения цели.

Но сначала о том, где мы оказались. Если эксперт или политик говорит, что противнику потребуется два (три, четыре) месяца (года) для того, чтобы получить или освоить нечто, это значит, что время работает на противника. Если он говорит, что такое-то событие было «тактической неудачей», но мы вот-вот нанесём «ответный удар», это ничем не отличается от его же мартовской болтовни про «армию Венка», только теперь на неё надеемся мы. Если он говорит, что от «перемалывания» живой силы врага мы переходим к «новому этапу» уничтожения инфраструктуры, это значит, что тактика предыдущего этапа была ошибочной, поскольку перемалывалась и наша армия, тогда как мы имели даже лучшие условия для того, чтобы заняться инфраструктурой врага. Азы.

О сложностях с пониманием стратегии Кремля в народе и даже в экспертной среде разве что камни не вопиют. «Верхи» ещё живут в спецоперации, «низы» понимают, что это война, под их давлением власти на местах отменяют торжества: Советск, Краснодар, Ростов-на-Дону, далее везде. А, главное, кто те люди, которые веселились в День города в Москве и радовались салюту «в ознаменование потери Изюма»? Не те, у кого болело сердце из-за «передислокации». А те «аполитичные потребители удовольствий», кто будет стоя аплодировать Максиму Галкину, если он вернётся в Россию: иноагент ведь не преступник, а частные вечеринки — не госзаказ.

Или вовсе анекдотичный случай (на полпути к вопросу о стратегии). «Хочешь получить на Рождество хомячка — потребуй пони». Владимир Зеленский потребовал слоника в виде проекта по гарантиям безопасности Украины. Российские эксперты и политики разводят руками, хлопают глазами, возмущаются этой классической хуцпой. Одно некогда очень важное лицо, а ныне косплейщик даже не краснобая Алексея Арестовича, а угрюмого секретаря СНБО Украины Алексея Данилова договорился до того, что начал цитировать Откровение Иоанна Богослова (Апокалипсис). Очевидно, имея в виду, что требование Зеленским слоника — это прелюдия третьей мировой войны. И всё это вместо того, чтобы вежливо предложить президенту Украины навозную муху в спичечном коробке. Вот так же по пунктам и вдумчиво. А потом начать серьёзный разговор. Чем чёрт не шутит, может быть Кремль и согласится на хомячка: всё равно хомячки долго не живут.

Попробуем подступиться к поиску стратегии Кремля так. В начале года было два базовых сценария решения украинской проблемы. Они и есть варианты стратегии. «Понемногу от разных стратегий» — это отсутствие стратегии.

Первый сценарий: Россия ещё в феврале — марте — апреле разрушает энергетику, транспорт, военную промышленность Украины, обезглавливает её управление и физически ставит под контроль всю или почти всю территорию этой страны, а юридическое, международно-правовое оформление новых реалий оставляет на потом. Т. е. замораживает, в лучшем случае превращает их в предмет длительного торга, в любом случае теряя инициативу в этом вопросе.

Плюсы и минусы этой стратегии могли бы стать предметом обширного исследования, наверняка подобное рассматривалось в Кремле. Возможно, отказ от этой стратегии в начале кампании объясняется и тем, что президент РФ решил облегчить жизнь возможному преемнику (и заодно избавить последнего от искушения с кем-то «мириться» за счёт уступки воссоединённых земель исторической России). Однако, прими Кремль этот сценарий, сегодня мы обсуждали бы совсем другие вопросы: не M777, HIMARS и Leopard, а то, сколько тепловозов на дизельной тяге придётся отправить на территорию бывшей Украины вместо электровозов, а также количество учебников истории России, необходимого для школ Киева и Одессы.

Второй базовый сценарий стратегии — «осваивать» Украину хоть в 10 приёмов, но закрепляя каждый из них новым международным соглашением: Минск-3 (4, 5…), Стамбул-1 (2, 3…). Каждое из которых будет подкреплено подписями западных партнёров и резолюциями Совбеза ООН. Но будет так же «невыполнимо», как Минск-1 и 2 для любого киевского правительства, по определению недоговороспособного. Т. е. Москва всегда сможет обвинить Киев в невыполнении мирных соглашений и приступить к следующему этапу.

Казалось бы, к чему эти сложности с подписями партнёров и резолюциями Совбеза ООН? В Минске-2 дважды названы стороны конфликта: «украинские войска» и «вооружённые формирования отдельных районов Донецкой и Луганской областей Украины», т. е. ясно указывалось, что война — гражданская. Но Запад в лучшем случае называл ДНР и ЛНР «сепаратистами». Несмотря на то, что те подписались под формулировкой: «ОРДЛО Украины (!)» и требовали только автономии, уже одобренной Киевом, Парижем, Берлином и Москвой.

В телефонном разговоре с Владимиром Путиным в июне Эммануэль Макрон бросает: «Нам наплевать на предложения сепаратистов», будто не читал текст Минска-2 и не знает, что важнейшие положения мирного соглашения, включая изменения в Конституции Украины, должны были согласовываться с Донецком и Луганском, т. е. они были признаны не только военной, но и политической стороной конфликта. Позже, после слива разговора в СМИ, аппарат Макрона попытался неуклюже извиниться без извинений: дескать, они «ожидали», что мнение «сепаратистов» будет учитываться в предложениях и артикулироваться не ими, а Москвой. С чего бы это? Ладно, дело прошлое. Но, судя по коммюнике аппарата Макрона, следующий разговор свёлся к выслушиванию Путиным переживаний французского коллеги. Вопросы Путин игнорировал, каких-то новых предложений не выдвигал. Проще говоря, поставил на Макроне крест.

Несомненно, в Кремле признали очевидное ещё в декабре — январе. Когда пришлось прямо потребовать от Парижа и Берлина внятного заявления с ответом на вопросы, как они видят характер конфликта на Донбассе, кого они считают сторонами конфликта. Ответа, по сути, не последовало. Они вслед за Киевом, точнее вместе с ним, разорвали Минские соглашения.

А отсюда вывод, в какой-то мере объясняющий «перемалывание» уже Европы через намеренно затяжной конфликт на Украине. Закрытие проекта «Украина» — только одна из целей спецоперации. Вторая, возможно, более важная цель — закрытие проекта «Евросоюз». Каким образом? Это будет ясно, когда/если «приползут на карачках» и подпишут Минск-3 (Стамбул-1), в котором будет всё, включая ответственность за войну как Киева, так и его кураторов. Подпись самого Киева здесь будет иметь второстепенное, если не факультативное значение. Одни члены ЕС с «капитуляцией» согласятся, другие нет. Вот и раскол. «Когда/если».

Это был один взгляд на «анекдот». Другой взгляд: Зеленский прекрасно понимает, что хомячки живут 2−3 года. И поэтому требует слоника в надежде получить именно слоника. О чём прямо и говорит: никакого прекращения огня, никаких промежуточных соглашений, любое соглашение, запрещающее сближение с НАТО, не санкционирующее прямое вмешательство НАТО в случае возобновления конфликта, работает на Россию, это отложенное, но гарантированное уничтожение Украины. Они не делают хорошую мину при плохой игре. Они действительно решили воевать. Если не до последнего украинца, то до последнего «щирого та свідомого». А их миллионы. И они сделали свой выбор.

То же относится к Европе. Они решили пережить зиму без российского газа и переживут её. Если переживут первую, переживут и следующие. А технологии энергосбережения сделают гигантский шаг вперёд, как это уже было в 1970-е. Тогда как скорейший разгром Украины приведёт к росту настроений в Европе в пользу возобновления сотрудничества с Россией («Что случилось, то случилось, давайте жить здесь и сейчас» и т. п.).

Если же экономический кризис приведёт к коллапсу Евросоюза, то в условиях противостояния это будет всего лишь раскол на плохих (Германия, Австрия, Италия, Словакия, Болгария) и очень плохих (Польша, Прибалтика). Революций не будет. Решительного освобождения Германии от Польши и прочих нахлебников и соискателей репараций также не предвидится. Русско-германский союз с укрощением лимитрофов (Германии — границы-1938 плюс Мемель, России — Балтийский край с безусловным правом местных неонацистов выбрать новое место жительства) — перспектива заманчивая, но лежащая за горизонтом революций, распада не только ЕС, но и НАТО. «Чёрных лебедей» в виде новой пандемии, морозов под -30 °, аварий на АЭС Германии и Франции и т. п. не рассматриваем. Для учёта в «планировании» всего вышеназванного, как я подчеркнул ранее, есть одно определение: авантюра (см. «Об уроках для Минобороны России: вся Украина — остров Змеиный»).

Пора бы перейти к заключительной части, но в голове… «Евгений Онегин». Литературоведы дружно называют кульминацией романа дуэль Онегина и Ленского. Но Пушкин не был бы Пушкиным, если бы сделал кульминацией «взрыв на фоне пламени». Кульминация, как кажется, в главе 7, она тиха, но… оглушительна. После отъезда Онегина из деревни Татьяна находит утешение в долгих прогулках и однажды оказывается перед усадьбой любимого (ещё любимого!). Ключница впускает её в барский дом, и Ларина осматривает его «взором умилённым» и с «полумучительной отрадой». Она возвращается через день, чтобы почитать книги Евгения. Их выбор показался ей странным, «и ей открылся мир иной» — всё, чем поражал Онегин свет, было здесь, отмечено ногтем или карандашом: «То кратким словом, то крестом, то вопросительным крючком». И страшный вопрос себе: «Уж не пародия ли он?» (строфа XXIV). И через строфу: «Что ж, матушка? за чем же стало? В Москву, на ярмарку невест!» Александр Сергеевич перерос французский сентиментализм. Татьяна не страдает, когда, пусть щадя чувства Евгения, говорит: «Но я другому отдана и буду век ему верна». Перечитайте её монолог (гл. 8, строфы XLII—XLVII), всего лишь не отвергая априори мысль: «Татьяна презирает Онегина», и вы убедитесь: об этом свидетельствует вся её речь, от первого слова до последнего: «Вы — пародия».

Разумеется, сказанное не относится ни к одному лицу дня сегодняшнего. Разве что к коллективному лицу. За последние несколько месяцев мы много раз выдыхали: «Всё! На этот раз началось по-настоящему!» Но безусловного, необратимого перехода к первому сценарию стратегии не происходило, опять начинались «партнёрские» пощупывания и поглаживания — пародия на решение главной на сегодня проблемы безопасности России. Вот в эти минуты идут сообщения о готовящихся референдумах в ЛНР, ДНР, освобождённых районах Херсонской и Запорожской областей. Ждём.

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2022/09/20/ukraina-noveyshaya-strategiya
Опубликовано 20 сентября 2022 в 15:08
Все новости
Загрузить ещё
Опрос
В чем причина последних неудач российской армии в зоне СВО?
Результаты опросов