Меню
  • USD 60.76
  • EUR 62.20 +0.12
  • BRENT 96.50 +0.21%

Нетаньяху в центре поля, «правые диверсанты» и срыв «Плана века»: Израиль в фокусе

Дональд Трамп и Биньямин Нетаньяху. Иллюстрация: ajwnews.com

Портал newsru.co.il опубликовал обзор политической ситуации в Израиле за неделю, подготовленный журналистом Габи Вольфсоном.

20 июня премьер-министр Нафтали Беннет встречался с группой журналистов, освещающих внешнеполитические вопросы. Такие брифинги проводятся время от времени, и именно они дают пищу материалам, где информация подается от имени «высокопоставленных источников». Во встрече не было ничего особого, за исключением ее протяженности. Беннет говорил об Иране и Турции, об отношениях с Америкой и о других темах. Был он спокоен, выглядел уверенно, и единственное, что удивило журналистов, — это столь щедрое расходование времени — самого дефицитного ресурса любого главы правительства.

Ничего необычного этот день не сулил. Более того, в утренние часы стало ясно, что Нир Орбах не намерен голосовать 22 июня вместе с оппозицией за роспуск Кнессета, а Михаэль Битон дал понять, что готов возобновить сотрудничество с коалицией. На заседаниях фракций большинство лидеров партий говорили о кризисе в системе просвещения, о забастовках и ценах на жилье. Лишь Яир Лапид упомянул политический кризис — и то только для того, чтобы еще раз подчеркнуть, что коалиция может и должна продолжать работать.

Именно поэтому, когда около пяти вечера главы коалиционных партий получили приглашение на срочную встречу с премьер-министром, они меньше всего ожидали услышать то, что они услышали.

«Дальше так продолжаться не может. У нас нет никаких шансов утвердить закон о продолжении действия израильского законодательства в Иудее и Самарии. Без этого закона мы погружаемся в хаос. Поэтому я принял решение распустить Кнессет и объявить выборы», — сказал он.

Придя в себя от шока, некоторые участники встречи, в частности Мерав Михаэли и Ницан Горовиц, пытались отговорить Беннета, убеждая, что коалиция может дожить до конца сессии, а там длинные каникулы, осенние праздники, а потом мало ли что может произойти. Однако, по словам очевидцев, Беннет выглядел и звучал как человек, решение которого окончательно и обжалованию не подлежит.

«Я не готов хватать власть за фалды, если это грозит хаосом государству», — резюмировал он.

Что стало последней каплей, переполнившей чашу готовности Беннета тянуть дальше разваливающуюся на глазах телегу этой коалиции? Есть разные версии. По одной из них, тот же Орбах сказал, что дает Беннету последнюю неделю, после чего голосует за роспуск Кнессета. По другой версии, Беннету стало известно, что еще одна депутат приняла решение переметнуться в стан оппозиции. Сам Беннет утверждает, что принял решение уже в выходные, после того как получил от юристов объяснение о масштабах хаоса в случае, если не будет утвержден закон об Иудее и Самарии. Каким бы ни был повод, достоверно известно лишь одно: Нафтали Беннет принял это решение самостоятельно, один, самые близкие к нему в политической системе люди были проинформированы, но не более того. Он не советовался с ними, он ставил их в известность. Нафтали Беннет, который более всего хотел обладать политическими данными Биньямина Нетаньяху, более был похож на Эхуда Барака. Причем не в первый раз.

Министр внутренних дел Айелет Шакед находилась в Марокко. Беннет сообщил ей о принятом решении. Долгого обсуждения не было. Шакед возвращается в Израиль в ночь на 24 июня. Через несколько часов после прибытия она встречается с Беннетом. Можно предположить, что это самая напряженная и недоброжелательная встреча двух политиков, идущих рука об руку более десяти лет и ни разу не подаривших жаждущим крови журналистам повода для материалов о конфликте между ними. На сей раз все очевидно. Шакед не хотела этого правительства, ей в нем было некомфортно, она понимала, что остается без электората и политических перспектив, и ее «желудочные боли» по этому поводу давно стали притчей во языцех. Когда стало ясно, что крах коалиции неминуем, Шакед не скрывала своего стремления создать альтернативное правительство во главе с Нетаньяху. Она не уговаривала Идит Сильман и Нира Орбаха вернуться в коалицию, она лишь уговаривала их не голосовать — пока что — за роспуск Кнессета. Ее стратегический подход был схож с их подходом, разнилась лишь тактика. Было ли в решении Беннета желание в том числе отомстить Шакед за нелояльность? Неизвестно. Чувствует ли он себя чем-то ей обязанным? Однозначно, нет. Сегодня в кулуарах Кнессета открыто говорят о том, что если Беннет покинет политику (к этому мы вернемся позднее), то во главе «Ямины» его сменит Матан Каана, а не Айелет Шакед. Неизвестно, сохранится ли партия после ухода Беннета, но борьба за наследство уже началась.

Если отношения с Айелет Шакед далеки от идеальных, то с Яиром Лапидом у Нафтали Беннета полная гармония. Премьер-министр, и это надо признать, поступил по-джентльменски, выполнив соглашение по ротации, не пытаясь перехитрить, выиграть или отхватить что-то. Он просто выполнил подписанное соглашение, и на фоне того, к чему мы привыкли в последние годы, это выглядит вполне достойно. Будут правы те, кто возразят, что этим шагом он вновь нарушил прямое обещание, данное перед выборами, не создавать ситуацию, при которой Лапид станет премьер-министром. Однако всем давно очевидно, что, выбирая между верностью избирателям и верностью коалиционным партнерам, Беннет однозначно предпочитает второе. Его право так поступать, а наши право и обязанность спросить себя, готовы ли мы ему поверить еще раз.

После того как Беннет объявил о намерении распустить Кнессет, на политической сцене начался спектакль, во время которого участники меняются ролями по ходу действа. Оппозиция, которая так стремилась сформировать большинство для утверждения закона о роспуске Кнессета, более никуда не торопится. Оппозиция, оказывается, всеми силами пытается спасти страну от пятых выборов и поэтому стремится к созданию альтернативного правительства уже в действующем Кнессете. Со всей осторожностью рискну предположить, что речь идет в большой степени о манипуляции. Биньямин Нетаньяху не заинтересован в такой хрупкой и неуправляемой коалиции, которую он может создать в нынешнем Кнессете. Даже если предположить, что Бени Ганц решит совершить еще одну попытку политического самоубийства и примет предложение Нетаньяху, коалиция, которую они создадут, будет опираться на 61−62 мандата. Она не будет стабильной, она не будет лояльной, и все это нужно Нетаньяху только для того, чтобы, разыграв какую-нибудь комбинацию, получить в свои руки руль управления правительством на переходный период перед следующими выборами. Бени Ганц, а тем более Гидеон Саар не желают быть участниками или жертвами этой комбинации и отвечают «нет» на все предложения со стороны «Ликуда». Пока, во всяком случае.

Оппозиция продолжает затягивать время. Закон о роспуске Кнессета лежал в организационной комиссии, где его должны были только начать изучать 27 июня. Еще день, еще два, а там, глядишь, у Нетаньяху получится создать коалицию. Нир Орбах, возглавляющий организационную комиссию, тоже никуда не торопится. Он не знает, в какой партии будет баллотироваться на следующих выборах, и совсем не против выиграть время.

В коалиции, со своей стороны, забили тревогу. Шансы на успех попыток Нетаньяху сформировать коалицию призрачны, но никто не хочет рисковать, когда речь идет о противостоянии Биби. Политическое кладбище полно людьми, которые были убеждены, что Нетаньяху «не сможет то и у него не получится это». Яир Лапид уже слышит звуки церемонии вступления в должность премьер-министра (церемония эта состоится, судя по всему, 28 июня) и совершенно не намерен давать маловероятным случайностям возможность лишить его в самый последний момент шанса побывать в премьер-министрах. Чтобы ускорить процесс, коалиция пошла на почти беспрецедентный шаг: объявила о передаче рассмотрения законопроекта о роспуске Кнессета из организационной комиссии в комиссию по законодательству, которую возглавляет Гилад Карив («Авода»). Юридический советник Кнессета Сагит Афик уже заявила, что сомневается в законности действий коалиции. Гилад Карив невозмутимо назначил заседание на воскресенье. Сейчас, когда любая общественная площадка превращается в арену предвыборной борьбы, можно только представить, как будет проходить это совещание.

Коалиция нашла также дополнительный и, надо признать, весьма оригинальный способ мотивировать оппозицию к скорейшему утверждению закона о роспуске Кнессета. Коалиционные партии начали весьма интенсивно продвигать законопроект, запрещающий обвиняемому баллотироваться на должность премьер-министра. «Дорогая оппозиция, пока вы тянете время, мы проведем этот законопроект и Нетаньяху вообще не будет участвовать в выборах», — дают понять в коалиции. Если коалиция всерьез намерена утвердить этот законопроект сейчас, то иным словом, как наглость, ситуацию не описать. Об этом законопроекте говорилось едва ли не с первого дня работы уходящей в небытие коалиции. Законопроект не продвигался из-за возражений партии «Ямина» (сейчас Беннет заявляет, что фракция получит свободу голосования, но сам он проголосует против), а теперь, когда мы находимся на пороге выборов, попытка скоростного утверждения поправки к основному закону выглядит собственно тем, чем является, — попыткой оказать давление на «Ликуд». Шансы на утверждение закона призрачны.

Если говорить о законопроекте, имеющем хоть какой-то шанс, следует обратить внимание на закон о понижении электорального барьера до 2%. Законопроект этот инициирован партией МЕРЕЦ, которая с тревогой наблюдает за приближением к электоральному барьеру. В МЕРЕЦ мало рассчитывают, что «Авода» согласится баллотироваться в Кнессет вместе с «младшим левым братом». Поэтому спасаться нужно самим, и в МЕРЕЦ пытаются сделать это, понизив электоральный барьер. Активнее всех против выступает глава «Еш Атид» Яир Лапид, что трудно объяснить, так как провал любой левой партии на выборах автоматически означает, что у Нетаньяху есть 61 мандат. Несмотря на это, Лапид продолжает чинить препятствия на пути к утверждению этого законопроекта.

Что нас ждет дальше? Рано или поздно законопроект о роспуске Кнессета будет утвержден и начнется непосредственно предвыборная кампания. В центре ее будет по-прежнему находиться человек, имя которого Биньямин Нетаньяху. Идет год за годом, выборы за выборами, а политическая система продолжает вращаться вокруг этого человека. Он предпринимает еще одну попытку взять штурмом вершину: набрать 61 мандат во главе «блока Нетаньяху», то есть — «Ликуд», «Ционут Датит» и ультраортодоксы. Если у этого блока будет 61 мандат, Нетаньяху сможет «прикупить» за не очень высокую цену то, что останется от «Ямины» и «Кахоль Лаван». Захочет ли Нетаньяху брать в коалицию «сторонников террора» из РААМ? Даже если он захочет, вряд ли ему позволят Смотрич и Бен-Гвир. Растущая популярность этого тандема, в первую очередь Бен-Гвира, объясняется именно их твердостью и отказом от сотрудничества с арабскими партиями на фоне неудачного, как считают некоторые, эксперимента с участием в коалиции Мансура Аббаса.

Имена Бен-Гвира, Аббаса, Тиби будут чаще других встречаться в ходе предвыборной кампании. Лапид попытается представить Нетаньяху как полностью зависимого от Бен-Гвира, а себя — как человека, спасающего государство от экстремизма. Нетаньяху попытается представить Лапида как готового формировать коалицию с БАЛАД. Запугивание всегда было одним из наиболее эффективных методов предвыборной борьбы.

Будущее Нафтали Беннета неясно, причем, видимо, неясно ему самому. Но есть все больше признаков того, что Беннет покинет политику, по крайней мере на некоторое время. Он говорит об этом с приближенными, с ним говорит об этом его семья, а самое главное, об этом «говорят» с ним избиратели. Первые опросы показывают, что высока вероятность непрохождения Беннетом электорального барьера. Когда партии под его руководством начинали предвыборные кампании с 20 мандатами в опросах, они заканчивали с 8 на избирательном участке. Сегодня опросы дают Беннету пять мандатов.

Угрожающую картину опросы рисуют не только «Ямине». МЕРЕЦ, РААМ, «Тиква Хадаша» находятся в опасной зоне, и даже НДИ, по некоторым опросам, набирает всего пять мандатов. Это означает, что будут изменения на политической карте еще до начала сентября, то есть до того дня, когда завершится подача предвыборных списков. Будут объединения, союзы. И формироваться они будут не только по принципу схожести взглядов, но и по принципу совместного отрицания того или иного кандидата. Саар не вступит в союз с тем, кто жаждет быть в коалиции Нетаньяху, Авигдор Либерман не заключит союз с тем, кто готов войти в коалицию с ультраортодоксами.

Будут и новые игроки. Сегодня все ждут, что бывший начальник Генерального штаба ЦАХАЛа Гади Айзенкот примет участие в выборах, скорее всего в рамках «Еш Атид». Все без исключения партии ищут новые электорально привлекательные фигуры.

«Коалиция перемен» просуществовала ровно год и одну неделю. Много говорилось о противоречиях между партиями, которые запрограммировали крах в момент создания этой коалиции. Но было и другое. Беннет во главе «Ямины», Горовиц во главе МЕРЕЦ, Аббас во главе РААМ не смогли обеспечить в своих партиях ту коалиционную дисциплину, которая существовала в НДИ, «Еш Атид» и «Тиква Хадаша». Лидеры партий готовы были сотрудничать, но малоизвестные депутаты с задних скамеек фракций едва ли не с первого дня коалиции толкали ее к пропасти. Беннет, в свою очередь, не имея политического опыта и политических навыков, к тому же не имеющий мощной опоры в лице собственной фракции, не был в состоянии эффективно призвать коллег к порядку. Сочетание противоречий в мировоззрении и недисциплинированности депутатов погубило эту коалицию быстрее, чем это происходило с какой-либо коалицией, существовавшей до сих пор.

Портал 9tv.co.il опубликовал аналитическую статью публициста Мошика Коварски, в переводе Александра Непомнящего, под заголовком «Версия Фридмана: кто же на самом деле сорвал суверенитет в Иудее и Самарии?».

Март 2019 года: на фоне подготовки ближайшими советниками Трампа «Плана века» послу США в Израиле Дэвиду Фридману удалось убедить президента Трампа признать суверенитет Израиля на Голанских высотах. Фридман полагал, что признание Голан станет подготовительным шагом, предваряющим обнародование президентского видения — плана всеобъемлющего мира, — которое должно было быть озвучено летом, то есть несколькими месяцами спустя. Единственным, что стояло на пути у этого развития событий, являлись выборы в Израиле, которые должны были состояться через несколько недель.

В администрации Трампа полагали, что Нетаньяху сохранит кресло и правое правительство во главе с ним сможет осуществить задуманное. Примерно за год до этого американское посольство уже было переведено в Иерусалим, а друг Израиля Майк Помпео назначен госсекретарем.

Ближайшие советники Трампа видели возможность привлечь ряд арабских государств к этому масштабному политическому процессу, включающему также экономическую помощь палестинским арабам. На следующее утро после того, как граждане Израиля пошли на избирательные участки, казалось, что все идет по плану — правый блок получил уверенное большинство в 65 мест.

Вот только затем все пошло не так.

В недавно опубликованной книге бывший посол Фридман описывает, как последовавший затем внезапный выход Авигдора Либермана из правого блока усугубил политическую нестабильность и задержал обнародование мирного плана. Пока Израиль пытался выпутаться из возникшей политической неразберихи, все глубже увязая в каскаде избирательных кампаний, Фридман попытался использовать заминку.

В июне 2019 года в Бахрейне была созвана экономическая конференция для обсуждения инвестиций в Иудею и Самарию в рамках «Плана века». Подобные инвестиции принесли бы палестинским арабам колоссальную выгоду. И хотя те, как обычно, яростно отвергли все поступавшие предложения, этот шаг обеспечил своего рода алиби для умеренных арабских государств, позволяя им на следующем этапе поддержать план.

В ноябре 2019 года Фридману удалось убедить Помпео отменить определение поселений в Иудее и Самарии как незаконных. Это был совсем не простой с юридической точки зрения шаг. Однако Фридману удалось побороть сопротивление чиновников Государственного департамента. Наряду с работой, проделанной Нетаньяху, сумевшим убедить друзей Израиля в Конгрессе, и, несмотря на яростное сопротивление израильских левых и их покровителей в США (J-Street и других), еврейские города и поселки в Иудее и Самарии были признаны законными.

В январе 2020 года американцы пришли к выводу, что, если не озвучить весь план прямо сейчас, приближающаяся избирательная кампания в США приведет к тому, что эта возможность растает. План был подготовлен и включал в себя впечатляющие достижения для Израиля, в том числе распространение суверенитета на 30% территории Иудеи и Самарии, включая долину реки Иордан и еврейские населенные пункты.

В случае отказа палестинских арабов принять предварительные условия для признания их государственности (признание Израиля еврейским национальным государством, разоружение и отказ от террора) Израиль мог распространить суверенитет и на другие области так называемой зоны С (то есть еще на 30%).

Палестинское государство должно было, по сути, стать автономией: демилитаризованной, находящейся под контролем Израиля с точки зрения вопросов безопасности, без права заключения союзов с враждебными Израилю элементами и с израильским контролем границ.

Ганц подрывает, Лапид сопротивляется

Поскольку очередные израильские выборы были уже не за горами (в марте), Фридман хотел убедиться в том, что план будет принят и в том случае, если избран будет Ганц, а не Нетаньяху. В любом случае администрации Трампа было важно, чтобы израильская оппозиция дала согласие на сотрудничество.

Вице-президент США Майк Пенс посетил Иерусалим 23 января и на пресс-конференции наивно сообщил, что Нетаньяху порекомендовал пригласить на церемонию в США и Ганца тоже.

Ганц был оскорблен тем, что его приглашает Нетаньяху, а не Трамп. И хотя до этого он уже согласился встретиться с Фридманом для обсуждения программы, но после этого отказался сотрудничать. Выходом из ситуации стало предложение пригласить его за день до церемонии на личную встречу с Трампом. Нетаньяху не понравилась эта идея, но он уступил уговорам Фридмана.

В итоге Трамп сделал Ганцу одолжение и встретился с ним 27 января. Ганц сообщил Трампу, что принимает план, но при этом выдвинул условие, ставшее настоящей бомбой: он попросил президента не позволять Нетаньяху объявлять суверенитет в Иудее и Самарии до выборов. Причина, разумеется, заключалась в том, чтобы не дать Нетаньяху получить политическую выгоду от распространения суверенитета. Ради этой личной корыстной цели Ганц без колебаний нанес вред как еврейским жителям Иудеи и Самарии, так и всему Государству Израиль.

«Израиль прежде всего» — лозунг Ганца накануне выборов — был очень красив, жаль лишь, что на деле Ганц с легкостью пренебрег им ради собственной сиюминутной политической выгоды.

На следующий день в Белом доме состоялась церемония. Фридман описывает непонимание, которое воцарилось в последующие недели. Нетаньяху боролся за немедленное провозглашение суверенитета в долине реки Иордан, области, в которой не требовалось проводить подробное картографирование, как это было необходимо в остальных частях Иудеи и Самарии, но Кушнер по приказу Трампа не желал ничего слушать.

Фридман, будучи в курсе ситуации с обеих сторон, пытался выступать в качестве посредника, но давление из-за предстоящих выборов в Израиле осложнило ситуацию. Решение заключалось в создании картографической комиссии в ускоренном порядке, Фридман даже вызвался возглавить ее, чтобы ускорить процесс.

Нетаньяху чувствовал себя обманутым и, по словам Фридмана, был прав.

Ведь получилось, что он, не желая того, обманул израильское общество, ожидавшее провозглашения суверенитета в Иорданской долине. Здесь имело место недоразумение, но просьба Ганца к Трампу отсрочить суверенитет похоронила шанс, который на тот момент еще оставался.

Увы, на этом диверсионные усилия Ганца не закончились. Правительство единства было сформировано 17 мая. В ходе переговоров Ганц наложил вето на распространение суверенитета. Фридман попытался отговорить его от этого требования. Наконец, под давлением Ганца было решено, что суверенитет не будет объявлен до 1 июля. После формирования правительства Фридман безуспешно пытался убедить Ганца согласиться на поэтапное применение суверенитета, но, по словам посла, Ганц сорвал распространение суверенитета, чтобы помешать Нетаньяху получить электоральную выгоду от осуществления исторического процесса.

В одном из разговоров Фридман сказал Ганцу и Ашкенази: «На какой процент территории вы согласны распространить суверенитет на первом этапе?» Ганц ответил: «Я дам вам ответ, когда получу гарантии от Нетаньяху, что тот выполнит сделку между нами» (соглашение о ротации). Иначе говоря, личные интересы вновь оказались у него на первом месте.

Очень возможно, что на Ганца повлияли и заявления его бывшего партнера Яира Лапида, который боролся с Ганцем за один и тот же электорат. Ведь Лапид, вернувшись на пост лидера оппозиции, открыто заявил, что сорвет применение суверенитета в Иудее и Самарии. Ганц обвинил Нетаньяху в том, что тот говорит о суверенитете лишь для «отвода глаз».

Резкое сопротивление распространению суверенитета со стороны оппозиции дошло до президента Трампа и охладило его энтузиазм. Не будем об этом забывать, когда Лапид вновь, по своему обыкновению, начнет разглагольствовать о том, что он-де — защитник поселенцев Иудеи и Самарии, а Нетаньяху лишил их суверенитета.

Полезные идиоты

Во всей этой непрекращающейся политической круговерти Фридман был больше всего поражен, обнаружив, что два муниципальных лидера из Иудеи и Самарии, Йоси Даган и Давид Эльхаяни, категорически выступают против новаторского плана, над которым он так усердно работал. Они заявили, что этот план создает террористическое государство палестинских арабов. Утечки в прессе были полны лжи и искажений. На самом деле, как уже было сказано, палестинские арабы не получили бы ничего до тех пор, пока не согласились бы на ряд жестких условий и не выполнили бы их. И даже тогда они должны были получить, по сути, автономию, лишь формально называющуюся государством.

Но некоторые из еврейских лидеров Иудеи и Самарии зашли настолько далеко, что обратились к электоральной базе президента Трампа в среде христиан-евангелистов, чтобы те надавили на президента и заявили о своем неприятии плана. Когда Фридман решил поговорить с этими лидерами, он был потрясен, обнаружив, что двое из них совершенно не владеют английским языком. Они признались ему, что даже не читали программу и у них не было ее перевода.

Это вывело Фридмана из себя: «Вы сливаете наглую ложь о плане в СМИ, вводите общество в заблуждение, распространяете ядовитые обвинения в адрес своего лучшего друга в Белом доме — и вы даже не читали этот план? Что, черт побери, с вами происходит?»

Фридман приходит в своей книге к выводу о том, что необоснованные обвинения, выдвинутые частью израильских правых, и обращение к евангелистской электоральной базе Трампа посеяли смятение в Белом доме, о чем ему сообщил глава администрации Трампа Майк Медоуз. Все это парализовало реализацию плана в необычайно удобной ситуации, когда Ближнему Востоку уделялось очень мало внимания из-за эпидемии коронавируса.

Пальцем в глаз

Вина Либермана в срыве распространения суверенитета начинается с апрельских выборов 2019 года, после которых он отказался присоединиться к правому блоку под предлогом отказа сидеть с ультраортодоксами. Фридман рассказывает, как он сам приходил к Либерману, пытаясь переубедить его. Он объяснял ему, что Соединенные Штаты собираются опубликовать свою программу, которая во многом соответствует его собственным взглядам, но для этого Израилю необходимо стабильное правительство.

Либерману было плевать. Он намеревался любой ценой свалить Нетаньяху. С тяжелым русским акцентом он сообщил послу, что «миссия невыполнима».

Стремление Либермана нанести вред Нетаньяху, заключает Фридман, сорвало представление плана еще тогда, летом 2019 года, когда времени на осуществление этого важнейшего проекта было достаточно.

Реакция других правых политиков после презентации плана в январе 2020 года также ошеломила и разочаровала Фридмана. Министр обороны Беннет назвал «План века» «катастрофой». Затем, услышав разъяснения от Фридмана, он согласился умерить свой пыл против плана. Так или иначе, Беннет вскоре вообще перестал интересоваться программой и суверенитетом, став экспертом по эпидемиям.

Его партнерша Айелет Шакед также поступила политически глупо, заявив, что готова принять только ту часть плана, которая ей нравится, — суверенитет.

Гидеона Саара Фридман в своей книге не упоминает вовсе. Так или иначе, мы помним высказывания Саара того времени в стиле «программу принимать такой, какая она есть, нельзя».

Что же касается Либермана, пожалуй, это тот самый человек, который сыграл наибольшую роль в срыве распространения суверенитета, при этом обвинив Нетаньяху в том, что «суверенитет его не интересует, а все, что его волнует, — это неприкосновенность».

Американская администрация оказалась не готовой к капризам израильских правых пуристов. Саар, Шакед и Беннет разглагольствовали о суверенитете, не понимая, что Трамп вовсе не выдал Израилю открытый чек.

Президент Трамп был готов поддержать распространение суверенитета лишь в рамках пакетной сделки, по которой Израиль должен был принять и другие компоненты плана. При разумном управлении процессом все эти условия в итоге не нанесли бы Израилю никакого вреда.

Теперь, оглядываясь назад, становится ясно, что все неприятие плана политиками, называющими себя «настоящими правыми», прежде всего было продиктовано их страстным нежеланием допустить ситуацию, которая принесла бы Нетаньяху политический успех. Ради этого они сорвали распространение суверенитета.

Эти политики предпочли нанести вред Государству Израиль и его будущему лишь для того, чтобы навредить Нетаньяху, а затем сместить его, что в конце концов им и удалось.

Истинные виновники

Теперь, когда на горизонте маячат новые выборы, на повестке дня вновь зазвучали политические вопросы. Так, например, случилось, когда правительство не сумело утвердить закон, продлевающий израильскую юрисдикцию в еврейских населенных пунктах Иудеи и Самарии.

Теперь коалиция обвиняет «Ликуд» и его лидеров в нанесении вреда поселенцам и государству Израиль в целом за их нежелание спасти правительство от него самого… Заигрывающие с правым электоратом политики вновь пытаются использовать в своих нуждах наивных жителей Иудеи и Самарии, часть лидеров которых несет непосредственную ответственность за срыв распространения суверенитета.

Хуже того, те самые люди, которые приложили все силы, чтобы все испортить, в тот самый момент, когда стало ясно, что Белый дом отказался от суверенитета, стали требовать его распространения наперекор мнению американцев.

Все те, кто упорно вставлял палки в колеса «Плану века», мобилизовались, обвиняя единственного человека, который боролся за осуществление этого шага, — Биньямина Нетаньяху.

Вот только, если бы не все препоны и диверсии, которые они осуществили, Израиль был бы сегодня в совершенно иной политической ситуации, с суверенитетом, распространенным на 30% Иудеи и Самарии, включая Иорданскую долину и все еврейские города и поселки, в то время как палестинские арабы, упорствующие в своем тотальном отказе, были бы еще больше вытеснены с мировой арены.

Короче говоря, правое правительство во главе с Нетаньяху вместе с самым сочувствующим Израилю правительством в США разработали отличный план, но, как рассказывает в своей книге Дэвид Фридман, план оказался сорван людьми, не способными его оценить и движимыми своими корыстными интересами.

(Автор: Моше Коварски. Источник: MIDA)

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2022/06/25/netanyahu-v-centre-polya-pravye-diversanty-i-sryv-plana-veka-izrail-v-fokuse
Опубликовано 25 июня 2022 в 18:14
Все новости

08.08.2022

Загрузить ещё
ВКонтакте