Баку огорчает по Карабаху: Минобороны Азербайджана дезавуирует подпись Алиева?

Азербайджан в последние дни не перестаёт удивлять. К сожалению, в неприятном смысле.

Сначала он подрывает хрупкий мир в послевоенном Закавказье, нарочито демонстративно нарушая достигнутые осенью 2020 года на самом высоком политическом уровне договорённости. Назвать иначе продвижение азербайджанских войск в зоне ответственности российского миротворческого контингента в Нагорном Карабахе с захватом села Парух Аскеранского района непризнанной республики, что привело к выселению из него армянских жителей и вооружённой эскалации с человеческими жертвами, нет никакой возможности. Затем встаёт в позу «пострадавшего», ссылается на выдуманные «провокации» и «диверсии» со стороны Армии обороны Нагорного Карабаха. В завершение всего Баку надумал с той же показной демонстративностью обидеться на Министерство обороны России, призвавшее азербайджанских партнёров к порядку и возвращению их сил на исходные позиции в регионе.

Военное ведомство крупнейшей закавказской республики в минувшую субботу назвало призыв российской стороны вернуться к исполнению обязательств по заявлению лидеров России, Азербайджана и Армении от 9 ноября 2020 года «односторонним» и «не отражающим действительности». Далее последовал ставший уже стандартным намёк Баку на временное нахождение российских миротворцев на «территории Азербайджана», а также требование не упоминать в официальных документах понятие «Нагорный Карабах». Видишь ли, такого «термина не существует».

«На территории Азербайджана нет административно-территориальной единицы под названием Нагорный Карабах», — утверждается в заявлении Минобороны республики.

При этом указывается на фактически выдуманное в азербайджанской столице нарушение армянской стороной пункта 4 указанного трёхстороннего заявления.

Разбираемся в азербайджанских претензиях, как говорится, в порядке очерёдности.

Понятие «Нагорный Карабах» четырежды отражено в указанном документе, под которым стоит подпись президента Ильхама Алиева. Напрашиваются вопросы. Минобороны Азербайджана «оспаривает» подпись лидера республики и главнокомандующего еë вооружёнными силами? Или военно-политическое руководство отказывается от того, что было отфиксировано по итогам 44-дневной войны в Карабахе?

Кстати, в одном из четырëх случаев упоминания Нагорного Карабаха в документе за подписью Ильхама Алиева говорится о «территории Нагорного Карабаха». Это положение документа (пункт 7), регулирующее вопрос возвращения беженцев и внутренне перемещённых лиц в свои дома в непризнанной республике.

Да, Нагорный Карабах до сих пор не признан в качестве суверенного государственного образования, в том числе и со стороны Армении. Но это не даëт Баку или кому бы то ни было ещë права утверждать о том, что такого «термина» не существует, а есть лишь «территория Азербайджана».

Далее, что касается приписываемого Еревану и Степанакерту нарушения пункта 4 трёхстороннего заявления. В нëм закреплено, что российский миротворческий контингент развёртывается в регионе «параллельно с выводом армянских вооружённых сил». Откуда именно и каких конкретно армянских вооружённых сил, не уточняется. Очевидно, что тогда речь шла о выводе подразделений Вооружённых сил Армении и Армии обороны Нагорного Карабаха из районов так называемого пояса безопасности вокруг непризнанной республики, которые до начала 44-дневной войны (27 сентября 2020 г.) находились под контролем армянской стороны. На это указывают зафиксированные в документе за подписью Владимира Путина, Ильхама Алиева и Никола Пашиняна сроки такого вывода армянских сил, в частности, из Кельбаджарского и Лачинского районов Азербайджана.

Расширительное толкование азербайджанскими властями данного пункта соглашения до понимания под таким выводом уход подразделений ВС Армении с территории самого Нагорного Карабаха противоречит букве и духу документа, остановившего войну в регионе.

ВС Армении окончательно покинут в этом году территорию Нагорного Карабаха, так как, по нашим данным, на этот счëт есть отдельная трёхсторонняя договорëнность — как только закончится служба по призыву и контракту у тех военнослужащих Армении, которые на момент 9 ноября 2020 года находились на территории Нагорного Карабаха.

Напомним, миротворческий контингент был развёрнут в регионе осенью 2020-го в кратчайшие сроки, параллельно с выводом армянских вооружённых сил из довоенного пояса безопасности (семь районов бывшей Азербайджанской ССР, два из которых — Физулинский и Агдамский — контролировались армянской стороной частично). Поэтому утверждения Минобороны Азербайджана, принявшегося по прошествии почти полутора лет указывать на «нарушение» пункта 4 трёхстороннего заявления, не выдерживают никакой критики.

Что касается «вывода остатков армянской армии и незаконных армянских вооружённых формирований с территории Азербайджана», о чëм говорится в заявлении военного ведомства прикаспийской республики. Положения о том, что непризнанная Нагорно-Карабахская Республика не будет иметь свои вооружённые силы, должна упразднить свою Армию обороны, другие силовые структуры и разоружиться, в документе за подписью лидеров России, Азербайджана и Армении нет. Как говорится, от слова «совсем».

Понятное дело, Баку под «незаконными вооружёнными формированиями на своей территории» понимает в том числе и прежде всего подразделения Армии обороны Нагорного Карабаха. Но это его проблемы, которые не надо навязывать партнёрам по действующим договорённостям. Если уж и говорить об их нарушении, то «лучшего» примера, как продвижение азербайджанских войск в Аскеранском районе, находящегося под контролем Армии обороны Нагорного Карабаха и в зоне ответственности миротворческого контингента России, представить сложно. В трёхстороннем заявлении чëтко прописано, что стороны остаются на занимаемых ими на момент 9 ноября 2020 года позициях (пункт 1 соглашения). За исключением размещения армянских сил в указанных выше районах бывшей Азербайджанской ССР, вывод из которых, повторим, был закреплён отдельным графиком, уже давно выполненным армянской стороной.

Почему Азербайджан пошëл на торпедирование политико-правовой базы послевоенного региона именно сейчас? Этому есть три основных объяснения.

Первое — Баку продолжает действовать в тесной координации своих действий в регионе с Анкарой. Турция традиционно демонстрирует России собственные «козыри» при любом серьёзном обострении геополитического противостояния с ней на обширном пространстве — от Чëрного моря до Северной Сирии. Имевший место в последние годы периодический подрыв хрупкого баланса сил в сирийском Идлибе — яркое тому подтверждение. Теперь, на фоне активных усилий по самонавязыванию Москве и Киеву в качестве «незаменимого посредника» между ними, Анкара вновь решила напомнить о своих «козырях». На этот раз в Карабахе.

Россия сторонится посреднических услуг Реджепа Тайипа Эрдогана, объективно считая его позицию по тому же Крыму враждебной Москве. Турция, которая в эрдогановскую эпоху пытается быть «покойником на всех похоронах и женихом на всех свадьбах», — крайне неудобный субъект в качестве непредвзятого посредника. Ибо ни о какой непредвзятости ближневосточной страны — члена НАТО в случае украинского кризиса говорить не приходится.

Подрывая карабахский статус-кво с использованием услуг своего «младшего брата» в лице Азербайджана, турецкое военно-политическое руководство пытается склонить российских партнёров к большей уступчивости и открытости к его роли «нейтрального медиатора». Посмотрим, что из этого выйдет. Одно понятно: потенциальный вооружённый конфликт между Россией и Турцией, к которому еë по всем признакам подталкивают Соединённые Штаты и Соединённое Королевство, не отвечает интересам Анкары ни при каких обстоятельствах. Становление антироссийским «инструментом» в руках англосаксов не может не задевать гипертрофированное чувство самостоятельности действий на международной арене, которое присуще нынешнему турецкому лидеру.

Второе объяснение — Азербайджан и Турция проверяют возможности и способности России действовать сразу на нескольких военно-политических фронтах. Специальная военная операция на Украине, в понимании Баку и Анкары, затянулась не к выгоде Москвы. Поэтому им важно выяснить степень готовности России отстаивать свои интересы на Южном Кавказе с той же решительностью, как она это делает применительно к республикам Донбасса и в целом на Украине.

Признаться, в эти дни читать бакинскую прессу, знакомиться с публикациями в азербайджанских интернет-изданиях приходится с растущим негодованием. Местами переходящим в отвращение. Уж где-где, а здесь однобокость, о которой вдруг вздумало говорить Минобороны закавказской республики, вкупе со стойким ощущением нескрываемой в Баку надежды на «провал» России на Украине просто зашкаливают.

Наконец, третьим объяснением нынешней тяги Азербайджана к подрыву статус-кво в Нагорном Карабахе является его подготовка к «перспективе 2025». В этом году истечёт срок пятилетнего пребывания миротворцев в непризнанной республике. И уже загодя Баку стал всем своим видом демонстрировать, что он настроен на то, чтобы первая «пятилетка» российского миротворчества в регионе стала последней.

Сам по себе примечателен факт ссылки азербайджанской стороны на нарушение пункта 4 трёхстороннего заявления, так как в нëм закреплено положение о сроке пребывания российского контингента в Нагорном Карабахе и порядок его возможного продления: автоматическое продление на очередные 5-летние периоды, если ни одна из сторон соглашения не заявит за 6 месяцев до истечения срока о намерении прекратить применение данного положения.

За примерно три с половиной года до часа икс Баку принялся накапливать претензии к Москве и аргументы о «нарушениях» договорённостей, дабы в удобный для него момент или выгодно «продать» согласие на продление миротворческого мандата России в Нагорном Карабахе, или добиваться его ухода со «своей территории».

Казалось, что остающиеся вопросы и возможные недопонимания были если не во всëм, но во многом сняты 22 февраля текущего года, когда Ильхам Алиев на совместной с Владимиром Путиным в Кремле церемонии поставил ещë одну свою подпись — на этот раз под Декларацией о союзническом взаимодействии между Российской Федерацией и Азербайджанской Республикой. И теперь вот такой наступательный порыв Баку в Нагорном Карабахе, в зоне ответственности миротворческого контингента российского союзника. Да ещë и на фоне отвлечённого внимания России на Украину…

Действия азербайджанских партнёров огорчают и одновременно настораживают. Тенденция на срыв договорённостей, отход от совсем недавно юридически закреплённого духа союзничества налицо. Хочется надеяться, что это носит временный характер и Баку в конечном итоге вернëтся к неукоснительному выполнению взятых на себя обязательств «на земле» в Карабахе. Ильхам Алиев считается одним из довольно редких государственных деятелей, которые дорожат собственным именем и репутацией, являются политиками своего слова. Будем надеяться, что новых поводов усомниться в таком положении дел впредь не возникнет.