В традициях Третьего рейха: латышские чиновники добивают русский язык и здравый смысл

В Прибалтике наблюдается очередной виток лингвистической упоротости. Как рассказывают «Известия», комиссия по латышскому языку Центра государственного языка пришла к выводу, что слова «русский», «негр» и «азиат» стоит признать нейтральными.

Контора не рекомендует создавать обозначения: «русские люди», «латвийцы российского происхождения», «лица с темным цветом кожи». Местные лингвисты настаивают на том, что термины нужно оценивать с точки зрения латышского мировоззрения и истории Латвии и не учитывать опыт других культур.

«А как еще можно называть русских людей и латвийцев российского происхождения, если они являются таковыми? Налицо проявление ксенофобии», — считает член комитета Совета Федерации по международным делам Сергей Цеков.

Нововведение вызвало недоумение и среди жителей страны. Получается, что слово «русский» может кого-то оскорбить. Пользователи соцсетей выразили негодование по поводу корректности употребления слова «негр» и задались вопросом, почему в подобном контексте не упоминается история о слове «жид», которое в 2000 году Институт латышского языка признал допустимым.

«Наверное, нужно быть благодарным, что слова „жид“ в этом списке нет. Но позиция, что не надо брать во внимание „опыт других культур“, мягко говоря, интересная. Не знала, что „русский“ это что-то плохое», — написала в Twitter Ольга Драгилева.

«Кажется, что цель ЦГЯ — „защищать“ латышский язык так сильно, чтобы ни один иностранец не захотел его выучить и мы продолжали вариться в пузыре стагнации», — отметила Наталия Книпше.

«США: отправляют солдат в Балтию в качестве подушки безопасности. ЦГЯ: расистская терминология наше лингвистическое богатство!» — указывает Лива Перконе.

Отреагировали на латвийское нововведение и российские лингвисты.

««Русские» — это национальная общность, образование. «Негр» — это человек с темным цветом кожи, говорить так грубовато, сейчас не принято. «Азиат» — это вообще проживающий в Азии. Все три термина из разных областей. Что касается «жида», в России оно неуместное. Хотя, например, на Украине это просто еврей и ничего больше. По-французски — le Juif, то есть тоже «жид». В тех языках, в которых оно живет, всё равно придется использовать«, — утверждает писатель, филолог Леонид Гомберг.

EADaily не раз рассказывало о борьбе с русским языком в Латвии и других прибалтийских государствах. Великий и могучий здесь вытесняют из сферы повседневного общения.

Практически каждого русскоязычного жителя (а их насчитывается около 35% от общего количества населения) могут вызвать в ЦГЯ, например, по доносу недоброжелателя и проэкзаменовать.

И если окажется, что «подозреваемый» забыл латышский язык, выпишут штраф в размере до € 250, а то и уволят с работы по решению суда.

«Центр госязыка — инструмент в руках правящей технократии в Латвии, направленный против русскоязычного населения в стране. Его задача наряду с выдумыванием новых латышских слов, которых не хватает, еще и всячески третировать тех, кто так или иначе не попадает в рамки языковой политики, направленной на искоренение русского языка в общественной среде, деловых отношениях.

Пещерный национализм, лишь слегла припудренный какими-то европейскими конвенциями. Посмотрим, как [международная общественность] отреагирует насчет негров. Возможно, постараются замолчать», — разъясняет ситуацию эксперт в области истории и современного развития Прибалтики Владимир Симиндей.

«Есть лишь декларация, что деятельность указанного центра призвана защищать интересы латышского. На самом деле цель — сужать пространство русского языка и бороться с самосознанием. Не зря русские жители Латвии называют его Центром языковой инквизиции, а иногда — языковым гестапо. В этих резких определениях мы видим отношение к органу.

На деле он выступает с заявлениями, поощряет доносительство — пытается посеять в латышскоязычной среде практику кляуз, на недолжное обслуживание работниками, например, розничной торговли. Таких сотрудников потом могут уволить», — утверждает политолог, специалист по странам Балтии Андрей Стариков.

Он полагает, что подобная политика властей республики «по выкручиванию рук» работает:

«Например, в Латвии в паспорте есть возможность указать национальность. Но русские этого не делают, руководствуясь социально-политической обстановкой. Я пытаюсь воспроизвести их логику: зачем записывать в документе, это лишний раз может привлечь внимание какого-нибудь национально озабоченного соседа, работодателя, чиновника, полицейского, лучше умолчать. Такое давление происходит на протяжении 30 лет, которое сопровождается требованием знания госязыка в профессиях, где он абсолютно не нужен».

Политолог Александр Костин уверен в том, что деятельность латвийского Центра госязыка следует оценивать более широко — как элемент государственной политики республики:

«Современная идеология и политический миф Прибалтики построены на очень недолгом опыте государственности, который как раз наложился на опыт 20−30-х годов XX века. Так получилось, что эти режимы активно сотрудничали с нацистской Германией и приняли ее человеконенавистническое буржуазное мировоззрение.

Такие взгляды, начиная с краха СССР и до сегодняшнего дня, проповедует элита Прибалтики. Никакого противоречия здесь нет.

Это люди, которые видят и не скрывают основание своего политического самосознания и традиций в разрезе Третьего рейха. В том числе поэтому каждый год мы видим соответствующие марши в Риге».