Россия махнула рукой на Грузию — грузинский эксперт

В быстро меняющейся в регионе и мире геополитической ситуации Грузия пока находится в состоянии неопределенности и некоторой заторможенности и не решается на изменения во внутренней и внешней политике. В итоге, как определяют грузинские аналитики, внутриполитическая ситуация в стране уподобилась некоей чехарде, а на внешнеполитическом пространстве Тбилиси оказался оторванным от протекающих в своем же регионе процессов, хотя еще несколько лет назад позиционировал себя лидером и чуть ли не центром Южного Кавказа. На фоне такой неопределенности в Грузии оживились некоторые политические силы, которые выступают за объявление нейтралитета и неприсоединение страны к каким бы то ни было военным альянсам. Оппозиция и ряд оппозиционных аналитиков усматривают за такой активизацией «тайные намерения» России вернуть Грузию на свою политическую орбиту.

О тенденциях и проблемах во внутренней и внешней политике Грузии Dalma News беседует с руководителем Института Евразии Гулбаатом Рцхиладзе.

— Если вкратце охарактеризовать ситуацию во внутренней политике Грузии после парламентских выборов 2020 года, а затем и после местных выборов 2021 года, что мы имеем на сегодняшний день?

— Ситуация у нас патовая, когда, с одной стороны, почти полностью задействован административный ресурс, а с другой стороны, ему противостоит относительно небольшая, фанатично настроенная часть электората, сплоченная вокруг «Единого национального движения» (ЕНД). Но в целом основная часть народа не доверяет ни одной партии, и это показал последний опрос грузинского офиса NDI («Национальный демократический институт США). Партии как институт не вызывают у населения доверия, поэтому многие не ходят на выборы. На прошедших муниципальных выборах почти половина избирателей просто не явилась на избирательные участки. То есть население находится в полной апатии и испытывает острое недоверие почти ко всем политическим партиям. Поэтому в Грузии и работают, с одной стороны, административный ресурс, то есть ресурс правящей партии «Грузинская мечта», а с другой стороны, фанатичность и неадекватность значительной части оппозиции. И эта ситуация, в принципе, выгодна правящей партии. Вот это мы имеем в Грузии на сегодняшний день. Никто не заботится о стратегических интересах страны, никто не планирует наше будущее хотя бы на три года вперед. Все планируется в рамках одного бюджетного года, чтобы как-то дожить от одного бюджета до другого.

— Недавно в Грузии было объявлено о создании нового политического объединения под названием «Единый фронт патриотов». Помимо главного инициатора — «Альянса патриотов», в этом фронте объединились более 40 различных партий и неправительственных организаций. Могут ли они стать так называемой третьей силой?

— Думаю, что ответ уже косвенно дали результаты обнародованного NDI опроса общественного мнения. Население Грузии вообще не доверяет ни одной партии, и не потому, что какая-то партия сейчас называется так, а потом будет называться иначе, что кто-то вступил в ее ряды, а кто-то ушел из нее. Людей заботят социальные вопросы. В том же опросе NDI главные проблемы населения — безработица, инфляция и другие — связаны с социумом, материальным положением людей. И граждане Грузии не верят, что какая-либо из ныне действующих партий сумеет урегулировать их проблемы и наладить жизнь в стране. Партии должны сейчас работать по-другому, если хотят войти в доверие к населению. Должны показать, что что-то умеют. И не надо столько времени уделять СМИ, электронным и интернет-ресурсам. Почти у каждой партии есть свое телевидение, грузинских информационных каналов сейчас более 80, то есть информация уже обесценивается. В интернете высокая конкуренция, уследить за всеми сайтами просто невозможно — и люди сидят в соцсетях и черпают оттуда какие-то случайные сообщения. Поэтому сейчас нужны новые подходы, необходимо непосредственно работать с людьми, войти в каждый регион, вести работу по возрастным группам, понять, изучить, что их волнует, и уже потом делать какие-то заявления и обобщения. Поэтому я не очень верю, что появление такого объединения что-нибудь изменит.

— В последнее время, особенно на фоне очередного обострения на Украине, со стороны представителей Запада звучат обещания принять Грузию и Украину в НАТО. Но обещания подобного рода раздаются уже много лет, а конкретного продвижения на этом пути нет. Как вы оцениваете отношения Грузии с НАТО и перспективы ее вступления в альянс?

— Я всегда скептически относился к интеграции Грузии с НАТО и неоднократно говорил и писал, что это будет постоянный процесс и фактический обман. Грузию, с одной стороны, завлекают на западную орбиту, на орбиту НАТО, а с другой стороны, полноправного членства не дают и не дадут, потому что полноправное членство означает хоть какие-то обязательства со стороны ведущих держав Североатлантического альянса по отношению к новому участнику.

Поэтому Западу невыгодно принимать Грузию в НАТО и брать на себя какие-то обязательства по ее защите. Точно так же относятся и к Украине. Можно сказать, что и в нынешней ситуации Запад никаких обязательств по отношению к Киеву на себя не берет. Они лишь говорят: дадим столько-то вооружения, введем такие-то санкции против России. При этом никаких обязательств перед Украиной у них нет. То же самое происходит и с Грузией. Так что интеграция с НАТО — это химера.

— Тем не менее в России очень остро воспринимают любые заявления относительно «открытых дверей альянса» для Грузии и Украины…

— Почему Россия воспринимает все эти заявления в штыки? Потому что Запад держит Россию в постоянном напряжении. Ведь Грузии и Украине официально не отказывают, говорят, что двери открыты и в один прекрасный день ситуация может перемениться. Но даже если не будет вовлечения Грузии в НАТО в виде прямого членства, то Запад может усилить военное сотрудничество, разместить здесь базы, ракеты, чего Россия никак допустить не хочет и воспринимает это как фактическое объявление войны.

— На презентации «Единого фронта патриотов» была выдвинута идея нейтралитета Грузии и подписана соответствующая декларация. Идея не нова, ранее о ней говорили некоторые другие грузинские политики. Как вы оцениваете возможность объявления Грузии нейтральным государством?

— О нейтралитете я писал еще 16−17 лет назад. Сейчас эта тема не сильно волнует наше общество и практически не волнует Россию. Сегодня для России главное, чтобы Грузия не стала вторым фронтом конфронтации, параллельным тому, что имеется между Украиной и Россией, а на западном направлении — с Польшей, Прибалтикой. То есть в Грузии сегодня наблюдается более мягкая ситуация. В нынешнем противостоянии Грузия объявила тактический нейтралитет и избегает острого вовлечения в процесс конфронтации между Россией и Украиной. Это правильно и оправданно со стороны Грузии.

Но, с другой стороны, Грузия продолжает оставаться своего рода форпостом Запада в регионе. Наш премьер-министр участвовал в «Крымской платформе» в прошлом году и даже выступил там с речью. То есть у нынешнего грузинского руководства нет последовательной внешней политики. И когда ситуация где-либо накаляется, наше правительство побаивается, но в целом проводит неправильную внешнеполитическую линию.

Так что сейчас нейтралитет, конечно, более желателен, но если говорить только о нейтралитете вне контекста, то ничего не получится. Надо убеждать население, что нейтралитет связан с экономическим процветанием Грузии и что это не просто отвлеченный термин.

— Вернемся к отношениям с Россией. До прихода к власти «Грузинская мечта» обещала их урегулировать, но, если сравнить нынешнюю ситуацию с периодом правления ЕНД, особых продвижений на этом пути не видно…

— Правящая «Грузинская мечта» много чего обещала населению, в том числе урегулирование отношений с Россией. До выборов они четко формулировали этот вопрос, потому что избиратель «Грузинской мечты» в 2012 году в большинстве был настроен скептически по отношению к Западу и стремился к налаживанию отношений с Россией. Именно с Россией связывалось решение проблем нашей безопасности, нашего государственного единства и экономического процветания. Я сам проводил опрос, поэтому знаю мнение избирателей на тот период.

Что касается исследований NDI, особенно в вопросах вступления Грузии в ЕС и НАТО, думаю, они сильно завышают цифры. Но, с другой стороны, у нас это отношение дошло уже до автоматизма вследствие постоянной государственной и негосударственной пропаганды, что НАТО и ЕС — это хорошо, что это означает беззаботную, сытную жизнь, не придется много работать и за нас все сделает Запад. Этот ошибочный нарратив навязывался и практически давно навязан населению Грузии, и даже те, кто выступает за урегулирование отношений с Россией, могут сказать, что они за вступление Грузии в НАТО или ЕС. Хотя и то, и другое нереально. Потому что, если Грузия вступит в НАТО, как же она будет налаживать отношения с Россией? Такое вот парадоксальное мышление у нас в Грузии.

«Грузинская мечта» же еще больше замутила заваренную ею же кашу. Лично Бидзина Иванишвили пару лет назад сказал: я вам наладил отношения с Россией, везите помидоры, «Боржоми» и т. д. Якобы и с ЕС наладил отношения, открыл дорогу в Европу — езжайте, мол, без виз. Но ясно, что у граждан Грузии нет легальной возможности там работать, и даже ситуацию в грузинских аэропортах сегодня контролируют чиновники европейских пограничных ведомств. Все это большой обман, который они (нынешняя власть) называют урегулированием.

— Отношение Грузии к России понятно, но и Россия не делает особых шагов навстречу Грузии. Ограничиваясь заявлениями, не торопится смягчить визовый режим, открыть авиасообщение…

— Можно сказать, что в России сложился авантюристский подход к грузинскому политическому спектру. В течение многих лет журналисты говорили о том, что у России нет никакой кавказской политики. Это до сих пор отчасти остается в силе. Россия как бы махнула рукой на то, что в Грузии что-то изменится, и сейчас пытается поддерживать свое влияние в регионе через Азербайджан, Армению. Абхазия и Южная Осетия — это такие структуры, которые нужны России в качестве военных плацдармов, ничего иного эти образования предложить Москве не могут. А перевести Грузию с западной орбиты на свою России так и не удалось. Сейчас в России сложилось такое отношение, что с Грузией лучше оставить все как есть, то есть законсервировать, чем постоянно дергать и создавать негативные моменты. Вместо того, чтобы вести политику мягкой силы. Я часто спорю на эти темы с российскими дипломатами, но убедить их не удается. И, даже если они хотели как лучше, все остается, как всегда.