Коллапс городской экономики: итоги первого месяца «самоизоляции» в России

По итогам первого месяца простоя российской экономики наиболее пострадавшим ее сегментом предсказуемо оказался малый и средний бизнес, работающий на городском потребительском рынке, — сегмент, которому сложнее всего изыскать финансовые ресурсы для поддержания деятельности, а точнее, бездеятельности. Перспектива разорения тысяч небольших предприятий переводит кризис из экономической плоскости в социальную, причем основной удар по ним придется после того, как ограничения будут сняты: восстановить обороты смогут далеко не все.

По данным регулярного мониторинга экономической ситуации в России, проводимого учеными РАНХиГС и Института Гайдара, наиболее пострадавшими от коронавирусных ограничений сегментами экономики к середине апреля стали услуги турагентств, продажа ювелирных изделий, пассажирские авиаперевозки, обувной и одежный ретейл, салоны красоты, спорт — в них зафиксировано падение спроса более чем на 90%. К первой группе риска также можно отнести деятельность отелей и общепита, услуги образования, продажу книг, видео- и аудиопродукции, местный транспорт, товары для здоровья и красоты, развлечения — здесь спрос сократился в диапазоне 70−90%.

Напротив, в числе наименее пострадавших сегментов (до 30% падения спроса) оказались — в порядке убывания — топливо и автосервис, товары для домашних животных, универсальные магазины, телеком-услуги, лекарства и медицинские услуги, товары для строительства и ремонта. В четырех сегментах потребительского рынка мониторинг, основанный на данных Сбербанка, даже зафиксировал рост спроса — это цифровые товары, продуктовые и винные магазины, а также телекоммуникационное оборудование. Однако в целом картина в потребительском секторе выглядит совершенно мрачно, особенно в условиях полной неопределенности относительно того, как долго продлятся ограничительные меры.

О все новых инструментах поддержки экономики сейчас говорится чуть ли не ежедневно, однако, как подсчитали аналитики Аналитического кредитного рейтингового агентства (АКРА), заявленная поддержка бизнеса налоговыми стимулами в размере 0,6−0,7% ВВП покрывает лишь малую часть реальных потребностей компаний в ликвидности. Объем средств, необходимых для выплаты заработных плат, оплаты аренды и процентных платежей второго квартала, в уязвимых отраслях в условиях отсутствия кризиса составляет порядка 3−5% ВВП, и сейчас компании не могут полностью обеспечить покрытие постоянных платежей за счет внутренних источников ликвидности.

Если крупному бизнесу может быть оказана адресная поддержка ликвидностью непосредственно правительством РФ, то многочисленным и напрямую не контактирующим с государством компаниям малого и среднего бизнеса (МСБ), подчеркивают эксперты АКРА, финансовая помощь может реально поступить только за счет банков. Следовательно, глубина кризиса зависит как от уровня проникновения банковских услуг, так и от эффективности банковского сектора — от его способности правильно оценить и принять на себя кредитные риски малого бизнеса и сектора услуг. «Если при поддержке со стороны Банка России и правительства РФ банки не смогут оперативно закрыть разрыв ликвидности, то уязвимые отрасли станут эпицентром банкротств, дефолтов и безработицы. В результате всего этого произойдет сокращение совокупного предложения, которое быстро обернется падением спроса», — предупреждают в АКРА.

Малый и средний бизнес и так подошли к кризису не в лучшей форме из-за усиления налогового и административного бремени, напоминают специалисты РАНГиГС и Института Гайдара, а в нынешнем году количество предприятий МСБ ждет неизбежное дальнейшее сокращение: согласно опросам Торгово-промышленной палаты (ТПП) России, к началу лета может закрыться каждое третье предприятие этого сектора. Уже в первом квартале было принято на 68% больше судебных решений о банкротстве физических лиц и индивидуальных предпринимателей, чем за январь — март 2019 года, и впереди новая волна банкротств по итогам начавшегося кризиса. Данные сервиса интернет-бухгалтерии «Мое дело» свидетельствуют, что оборот малых предприятий резко упал еще до начала карантина: за вторую половину марта на счета клиентов сервиса поступило на 31% меньше средств, чем за аналогичный период 2019 года.

«Кризис проявляется как в виде стремительного сжатия спроса в связи с сильным падением доходов населения, так и в коллапсе предложения, поскольку многие компании из-за кассового разрыва разорятся. К отрицательным последствиям может привести и усиление контроля за предприятиями в целях борьбы с массовыми увольнениями. Без принятия экстренных мер по поддержке предпринимателей кризис обнулит все усилия властей по развитию сектора МСБ и улучшению делового климата… В результате кризиса доля предпринимателей может сократиться; при этом в структуре МСП возрастет доля вынужденных предпринимателей и самозанятых, потерявших ранее работу», — говорится в прогнозе РАНХиГС и Института Гайдара.

Как отмечают эксперты, оптимистичный сценарий предполагает падение оборота сектора МСБ на 1,9 трлн рублей, что составляет всего 2,6% оборота всего сектора, однако эта оценка относится только к отраслям, которые кризис затронет напрямую. Если же учесть, что закрытие одной компании с оборотом в 1 млн рублей в наиболее пострадавшей отрасли может привести к закрытию предприятий в сопутствующих отраслях с общим оборотом в 2,9 млн рублей, то общий ущерб сектора МСБ превысит 5,7 трлн рублей, или 7,5% его совокупной выручки. При этом на отрасли, которые могут пострадать от мультипликативного эффекта, приходится почти 77% всего оборота российского МСБ.

Если ситуация с пандемией коронавируса не стабилизируется в ближайшее время, аналитики прогнозируют, что численность занятых в неформальном секторе экономики в 2020 году может вырасти на несколько миллионов человек к уже существующим более чем 15 млн граждан — в особенности в связи с потенциальным банкротством более 3 млн бизнесов. На данный момент к работе в условиях коронавируса смогли адаптироваться и отмечают положительную динамику в своей деятельности только около 13% представителей малого и среднего бизнеса, следует из последнего опроса ТПП РФ в рамках проекта «Бизнес-барометр страны».

Как показал этот же опрос, более 70% представителей МСБ продолжают бороться за свой персонал и не увольняют сотрудников, однако иллюзий по поводу резкого роста безработицы в ближайшие недели, похоже, ни у кого нет. По оценке аналитиков Райффайзенбанка, во 2-м квартале уровень официальной безработицы может достичь 8−10%, однако реальная безработица будет намного выше. Исходя из предположения, что острые проблемы постигнут 30% работников, которые станут получать пособие по безработице либо им снизят зарплату до прожиточного минимума (примерно 12 тысяч рублей), эксперты предполагают, что при средней зарплате по России в 35 тысяч рублей порядок снижения зарплат во 2-м квартале составит около 20%.

О безрадостных перспективах для малого и среднего бизнеса свидетельствуют и данные исследования потребительских настроений россиян, проведенных компанией BCG и исследовательским холдингом «Ромир»: 75% опрошенных респондентов настроены пессимистично относительно будущего российской экономики, а 40% оценивают свое финансовое положение как нестабильное. Эти настроения неизбежно отразятся на ряде сегментов потребительского спроса: порядка 47% опрошенных планируют меньше тратить в торговых центрах, 40% будут экономить на заведениях уличной торговли, также в особой группе риска — различные развлекательные и культмассовые заведения.

«Россия вместе со всем миром находится в „идеальном шторме“. Граждане и элиты оказались одинаково не готовы к такому стремительному негативному сценарию… Главный вопрос, ответ на который ждут все: как в долгосрочной перспективе будет действовать государство? Уже сегодня очевидны целые отрасли, требующие серьезной поддержки. Чем быстрее она будет оказана, тем меньше вероятность, что к экономическим последствиям текущего положения добавятся и социальные», — прокомментировал результаты исследования президент «Ромира» Андрей Милёхин.

Для ряда секторов уже анонсированы определенные послабления, однако они лишь напоминают о том, что восстановление будет крайне непростым и не состоится в полном объеме. В частности, в рекомендациях по организации санаторно-курортного отдыха, подготовленных недавно Роспотребнадзором, всем без исключения туристам при заезде в санатории предписано предъявлять медицинские справки, подтверждающие отсутствие контактов с инфицированными, размещать гостей в номерах планируется по одному (за исключением членов семьи), также рекомендовано организовать питание в номерах, а медицинские услуги оказывать только по предварительной записи. Как заявили представители курортного бизнеса, опрошенные Ассоциацией туроператоров России, желающих отдыхать в таких условиях найдется немного.

Социальное измерение ожидаемого сокращения спроса на привычные услуги заключается в том, что основной удар придется по типичным секторам современной городской экономики, которые в последние годы активно формировались в российских агломерациях, обеспечивая рабочие места для сотен тысяч граждан, в том числе тех, кто перебирался в крупные города из небольших или сельской местности. Масштабные проблемы ожидает и такую значимую для экономики городов отрасль, как жилищное строительство и недвижимость. Каждый месяц простоя на рынке недвижимости приносит порядка 200 млрд рублей недополученной прибыли, сообщил недавно председатель Совета ТПП РФ по саморегулированию предпринимательской и профессиональной деятельности Константин Апрелев, призвав возобновить деятельность МФЦ по оформлению сделок с недвижимостью, а также приравнять к наиболее пострадавшим от кризиса оценщиков, кадастровых инженеров, риелторов, аудиторов.

Что касается производственного сектора российской экономики, то он вошел в кризис с определенным запасом прочности: по итогам первого квартала промышленность прибавила, по данным Росстата, 1,5% к январю — марту прошлого года, сельскохозяйственное производство выросло на 3%. Однако, отмечают эксперты Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования, с учетом быстрого развёртывания кризисной реакции на коронавирус в ближайшем будущем следует ожидать существенного снижения объемов промышленного производства — по итогам текущего месяца оно может сократиться до 92−95% в сравнении с апрелем прошлого года.

Наибольшее внимание к промышленности сейчас приковано к нефтегазовому сектору, который делает основной вклад в российские экспортные доходы. Уже по итогам января — февраля совокупный объем экспорта под давлением снижающихся нефтяных цен показал снижение по стоимости на 11,3%. По итогам года эксперты АКРА ожидают сокращение экспорта на 5−25% в зависимости от вариантов развития событий, однако даже в оптимистичном сценарии среднегодовые цены на нефть составят лишь $ 35 за баррель.

Аналитики независимого ценового агентства Argus предполагают, что при базовом сценарии стоимости нефти $ 27,7 за баррель в этом году российская нефтяная отрасль может потерять как минимум $ 18 млрд, а бюджет недосчитается порядка $ 50 млрд. Однако помогать главной экспортной отрасли правительство не торопится. «Пока сами справляются. С одной стороны, накоплены определенные резервы, а с другой стороны, наше законодательство выстроено достаточно гибко. То есть в период высоких цен на нефть изъятия из отрасли идут очень большие, а в период низких цен на нефть они падают, и падают практически до нуля», — заявил недавно глава Минэкономразвития РФ Максим Решетников.

Всю тяжесть кризиса нефтяная отрасль почувствует на себе в мае, когда вступят в силу условия нового соглашения ОПЕК+, по которым Россия должна сократить примерно четверть своей нефтедобычи. Это означает, что под ударом окажутся не только добывающие компании, но и их многочисленные подрядчики, которые будут массово терять заказы на бурение, геологоразведку и т. д. Это, в свою очередь, отразится на бюджетах нефтегазовых регионов.

Общим итогом даже месяца простоя экономики, сходятся во мнении все комментаторы, станет падение российского ВВП и доходов населения по итогам 2020 года. По оценке АКРА, базовый сценарий развития ситуации предполагает снижение реального ВВП России на 4−4,5% в 2020 году и восстановление на 2−3% в 2021 году, пессимистичный сценарий предусматривает падение реального ВВП на 7−7,5% и начало восстановления экономики только в 2022 году. Реальные располагаемые доходы населения в этом году упадут на 6,4% в базовом сценарии и почти на 10% в пессимистичном — такой глубины падения россияне не помнят с девяностых.