Лавров: «Формула Штайнмайера» — это уже компромисс, другого плана нет

Урегулирование конфликта на Донбассе может строиться только на базе Минских соглашений, и никакого плана «Б», в случае их провала не существует.

Так считает министр иностранных дел России Сергей Лавров. Свое мнение глава внешнеполитического ведомства высказал в интервью Первому каналу.

«Плана „Б“ быть не может. Минские соглашения — это база, на которой должно все выстраиваться. Если уже быть конкретным, то „формула Штайнмайера“ — это уже компромисс по сравнению с изначальным текстом Минских соглашений, одобренным Советом Безопасности ООН. Изначальный текст предполагал: сначала закон об особом статусе и фиксация его в Конституции, а потом проведение выборов», — сказал Лавров.

Он напомнил, что когда человек идет к избирательным участкам за кого-то голосовать, то его право — выбирать кого он хочет. А бывший президент Украины Петр Порошенко на «нормандском формате» сказал, что он не может предоставить особый статус Донбассу, потому что не знает, кого выберут его жители. Глава российского МИДа назвал такой подход абсолютно конфронтационным, контрпродуктивным и антиправовым.

«Будучи тогда министром иностранных дел ФРГ, Франк-Вальтер Штайнмайер предложил эту компромиссную формулу. То есть закон будет принят и вступит в силу на временной основе в день выборов, когда закроются участки, а на постоянной основе — когда ОБСЕ подтвердит в своем окончательном докладе, что выборы были честными и справедливыми», — рассказал Лавров.

Он подчеркнул, что считает недопустимым любой отход от базовых принципов Минских соглашений, включая амнистию, особый статус, закрепленный в Конституции Украины. Также обязательными является разведение сил и средств, полное возобновление экономических связей и снятие блокады, которая полностью противоречит Минским соглашениям.

«Это все остается неизменным, без этого ничего не получится», — заключил глава МИД РФ.

Ранее EADaily сообщало, что Лавров рассказал о странностях при подписании «формулы Штайнмайера» в Минске, охарактеризовав случившееся как «протокольно-косметическую историю».