Госорганы Эстонии вернули в анкеты понятия «мать» и «отец»

Ходатайства о выдаче ребенку первого документа, в которых полгода назад привычные термины «мать» и «отец» заменили на двух «родителей», обрели прежний вид, пишет «Sputnik Эстония».

Департамент полиции и погранохраны Эстонии вернул в анкеты, которые требуется заполнить для ходатайства о первом документе для ребенка, понятия «мать» и «отец». Выяснилось, что прежний вид документу вернули по требованию министра по делам народонаселения Рийны Сольман (правая партия «Отечество»).

Ранее в анкетах присутствовали два поля «Родитель» — без какого-либо гендерного окраса. Пол родителя следовало уточнить, поставив галочку в соответствующей графе. Как пишет издание Postimees, разобраться с этой ситуацией еще до прихода к власти обещал нынешний глава МВД, лидер Консервативной народной партии Март Хельме. В апреле, будучи еще кандидатом на должность министра, он пообещал «с этим бороться», поскольку, по его словам, «мать и отец — это базовые ценности общества».

Понятия «отец» и «мать» исчезли из анкет Департамента полиции и погранохраны в ноябре 2018 года, однако внимание общественности это нововведение привлекло лишь в апреле 2019-го. В ведомстве свое решение объяснили необходимостью привести документы в соответствие с новым «Законом о гражданстве».

Сторонники однополых браков в ЕС все активнее внедряют в общество идею о «нормальности» наличия у одного ребенка нескольких матерей или отцов. Одна за одной европейские страны возводят подобные случаи в норму закона.

В феврале 2018 года, например, подобный закон был принят в Финляндии. Согласно поправкам в финское законодательство, в так называемых женских парах нерожавшая «супруга» больше не обязана проходить процедуру внутрисемейного усыновления ребенка своей спутницы, поскольку материнство обеих женщин теперь можно законодательно закрепить еще до родов.

В Эстонии сторонники однополых пар также активно пытаются решить вопрос с усыновлением детей в свою пользу. Так, к примеру, 22 января 2018 года Тартуский окружной суд удовлетворил ходатайство двух женщин, заключивших договор о совместном проживании, о внутрисемейном усыновлении ребенка. В своем решении суд пришел к выводу, что «каждое усыновление должно исходить из наилучших интересов ребенка, то есть необходимо оценивать конкретного усыновителя и семью, их личные качества, способность и желание быть родителями».