Литовский диссидент Иванов: Мы с Палецкисом попали под кампанию русофобии

Литовский диссидент и историк Валерий Иванов рассказал порталу «Sputnik Литва», как его брали по делу о шпионаже, отпускали уже по делу о хранении оружия, а судить стали за «технически неисправный стартовый револьвер».

«Это уже пятое уголовное дело, начатое против меня. Я должен был погибнуть еще 13 января 1991 года возле Вильнюсской телебашни. Должен был ехать к ней, но в последний момент планы изменились. И там был застрелен человек, как две капли воды похожий на меня, — двумя выстрелами в упор. Теперь, когда хожу на кладбище, всегда ношу цветы к его могиле — ведь он, по сути, спас меня», — рассказал Валерий Иванов.

Валерий Иванов родом из Каунаса. Уезжать из страны он не хотел, но и получить литовское гражданство не смог — вынужден был попросить российское. В свое время он активно работал в движении «Единство», выступавшем за то, чтобы Литва осталась в составе СССР. В ноябре 1991 года впервые попал в тюрьму, где, как вспоминает Иванов, его долго избивали за то, что он отказывался давать показания против своих товарищей.

«Я потом месяц лечился, приходил в себя, попросил, чтобы ко мне пустили маму. Эту просьбу выполнили, и через нее я передал просьбу о том, что хочу получить гражданство России. Только это спасло меня от истребления — иначе никто бы не узнал, где могилка моя», — уверен Валерий Иванов.

Но три с половиной года колонии строгого режима за «антигосударственную деятельность» в 1994 году он все-таки получил. В 1997 году Иванова приговорили еще раз — на этот раз к году колонии строгого режима за то, что в своей книге «Литовская тюрьма» он отрицал гибель литовцев от рук советских военнослужащих в январе 1991 года. В 2007 году снова срок — на этот раз год условно. Как рассказывает диссидент, его осудили «за то, что я пресек деятельность провокатора, который нарушал общественный порядок во время освобождения первого секретаря ЦК Компартии Миколаса Бурокявичюса, отсидевшего 12 лет ни за что».

А в 2013 году Иванов был оштрафован за то, что 9 мая пришел на Вильнюсское военное кладбище к мемориалу воинов-красноармейцев с коллажем из портретов маршалов-победителей, среди которых были Сталин, Жуков и Рокоссовский. «Это сейчас ходят с портретами родных в „Бессмертном полку“, а тогда один журналист настучал на меня, и мне пришлось заплатить приличную сумму за использование советской символики», — поделился диссидент.

«Литовское государство меня боится. Ну что они мне могут сделать — убить? Мне 72 года. Я на небеса пойду, с боженькой договоримся. Сами же видите, в пятый раз уже наваливаются, а все никак не могут со мной совладать», — отмечает Иванов.

Последняя статья, по которой обвинялся Валерий Иванов, была гораздо серьезнее предыдущих — шпионаж в пользу России. В декабре 2018 года к историку нагрянули с обыском. «Утром 18 декабря раздался звонок в дверь, я на цыпочках подошел и посмотрел в глазок. На лестнице стояли трое мужчин, на лицах которых большими буквами было написано: мы из государственной безопасности. Я их на раз вычисляю, опыт большой. Сказал своей подруге Вале, чтобы не шумела, а сам включил компьютер и стал всем писать, что ко мне ломятся какие-то люди. В том числе в российское посольство, я же гражданин России. Этим всю малину нашим спецслужбам и испортил», — вспоминает Иванов.

Открыть двери все же пришлось, когда стало понятно, что иначе их вскроют спецсредствами. Во время обыска в квартире Иванова в шкафу нашли револьвер.

«Еще году в 2005-м сидели мы у одного моего друга на даче. Он спрашивает: как дела? Я и пожаловался, что всякие идиоты пристают. И он говорит: держи игрушку, хоть припугнешь, если кто-то нападет. Я револьвер взял, на другой день проверил: он стартовый и нерабочий. Надо же было понять, стреляет он или нет, а вдруг я кого убью. Нет, обычный пугач, который даже шумовыми патронами не стреляет. Там в барабане две штуки как раз было. Привез револьвер домой и забросил в шкаф. Уже и забыл про него, а тут его и нашли», — рассказывает Иванов.

По словам российского историка, в ходе допроса он узнал, что в тюрьме уже полтора месяца по обвинению в шпионаже в пользу России сидит литовский политик левого толка Альгирдас Палецкис.

«Мне явно подбирали роль связного между Палецкисом и Москвой, но эффекта неожиданности не получилось — я успел сообщить о своем задержании. Иначе никто бы не узнал, что я у спецслужб. Пришлось следователю выкручиваться. И в деле остался только револьвер. Пришлось Департаменту госбезопасности Литвы в день моего освобождения в срочном порядке созывать пресс-конференцию и рассказать о раскрытии крупной шпионской сети в пользу России», — смеется Иванов.

Валерий Иванов не верит, что Палецкис и все проходящие по его делу люди в чем-либо виноваты. «Это же было накануне выборов, а Палецкис — видная фигура, он мог стать депутатом. Его просто физически нейтрализовали», — считает диссидент.

Слушания в Вильнюсском городском участковом суде по обвинению Валерия Иванова в том, что он «незаконно обращался с огнестрельным оружием и боеприпасами», начались 16 мая. «Мне говорят, что найденные в револьвере шумовые патроны 9 мм могли применяться и для стрельбы из газовых револьверов. Но у меня же был стартовый пистолет, к тому же неработающий. О чем написано даже в обвинении: „представленный на исследование револьвер является технически неисправным и отчасти пригодным к стрельбе“. Но это никого не смущает, презумпция невинности не работает, а дело продолжается», — возмущается Валерий Иванов.

Что будет дальше, историк не загадывает. Он не исключает, что его все-таки могут посадить или лишить вида на жительство в Литве и выдворить. В этом случае, как он считает, «власти покажут слабость, еще раз докажут, что не я их боюсь, а они меня».

«Сам я точно из Литвы никуда не уеду. Здесь у меня могилки бабушки, мамы, папы, жены. Сын мой здесь живет. Куда мне бежать? Одна надежда на Науседу (избранный президент Литвы — EADaily). Если он хочет налаживать отношения с Россией, то должен хотя бы приостановить этот маразматический процесс. Я уверен, что мы с Палецкисом попали под общую русофобскую кампанию, которой пора уже положить конец», — уверен Валерий Иванов.