• USD 58.12 -0.01
  • EUR 69.11 -0.61
  • BRENT 56.14

Белорусы: славяне или «балты»?

Этногенез белорусов начиная с первой четверти XX века является не столько научным вопросом, сколько основанием для политических спекуляций со стороны местечковых националистов, пытающихся обособить белорусов от остальных русских. Тема особого «состава крови» у жителей Белоруссии красной нитью проходит через все работы самостийных учёных и публицистов.

В начале XX века белорусские национал-сепаратисты называли белорусов «чистокровными славянами», противопоставляя их «нечистокровным» великорусам и украинцам. Так, известный «свядомый» историк Митрофан Довнар-Запольский в своей книге «История Белоруссии» (1925 г.) писал: «Белорусское племя сохранило наибольшую чистоту славянского типа, и в этом смысле белорусы, подобно полякам, являются наиболее чистым славянским племенем. В историческом прошлом Белоруссии нет никаких элементов скрещивания, потому что никакие народы в массе не поселялись в этой стороне. В этом смысле белорусы в сильной мере отличаются от украинцев и великороссов. Хотя Северная Украина является также местом исконного поселения славян, однако она была страной нередкого отлива и прилива чужеродного народа, что в сильной мере способствовало изменению славянского типа украинцев. В нём очень много примесей тюркской крови, остатков печенегов, чёрных клобуков, торков, половцев и, наконец, татар. Здесь впоследствии в массе развились польские колонизации. Великорусское же племя явилось в сильнейшей мере результатом скрещивания славянского племени с финнами и тюрками».

Такой же позиции придерживался другой корифей белорусской самостийной историографии — Всеволод Игнатовский: «Если сравнить белоруса с великорусом или украинцем, то выйдет, что он есть представитель самого чистого этнографического типа восточнославянского русского племени. Это объясняется обстоятельствами его предыдущей исторической жизни. Из истории Белоруссии мы видим, что белорусское племя на протяжении всей своей жизни не сливалось с народностями других рас. Не так было с великорусами и украинцами: они жили при таких условиях, что им невозможно было сберечь свой древний этнографический тип… Много веков и великорусы, и украинцы прожили под турко-монгольским господством и их этнографическим влиянием. На севере и северо-востоке русские племена в своём расселении встречались с финно-монголами. Великорусские племена сливались с финнами и русифицировали их… Что касается белорусов, то мы знаем, что турко-монгольская лавина до них не докатилась, а финно-монгольские племена не были их соседями» («Краткий очерк истории Белоруссии», 1926 г.).

Этногенетическая обособленность белорусов от остальных русских подчёркивалась не только самостийными историками, но и другими участниками белорусского националистического движения. Например, поэт Максим Богданович в статье, написанной в 1915 году, отмечал: «Белорусы не впитывали в себя целого моря финских элементов и не подвергались воздействию татарщины, как великорусы. В противоположность им, они не порывали с началами, выработанными в предыдущий период русской жизни, а развивались на старом корне».

Если отцы-основатели белорусского самостийного проекта считали белорусов самыми «славянистыми» из славян, то их последователи усилили этногенетическое дистанцирование белорусов от великорусов при помощи теории балтского происхождения белорусского этноса, в рамках которой белорусы объявлялись либо балтами, либо славянами, имеющими балтский субстрат.

Впервые идея балтского происхождения белорусов была озвучена белорусским коллаборационистом времён Великой Отечественной войны Витовтом Тумашом, писавшим в эмиграции исторические сочинения под псевдонимом Симон Брага. В 1950 году Тумаш издал брошюру «Балтский элемент при появлении современного белорусского народа», в которой он вслед за своими предшественниками подчёркивал: «Те славянские племена, из которых позже возник народ русский, своей экспансией охватили на севере пространства, заселённые плотной массой племён семьи финской, а на юго-востоке — татаро-монгольской… Ненамного преувеличивал некогда известный российский историк Покровский, когда говорил, что сегодняшние русские имеют у себя не менее 90% неславянских элементов». При этом белорусы, по мысли Тумаша, также не являлись «чистокровными» славянами: «В своей предназначенной историческим ходом событий экспансии на север белорусские племена встретили балтские народы, через века инфильтровали их и в конце концов слились с ними биологически, отдав им попутно свой славянский язык… Безусловно, сегодня сложно точно сказать, насколько большая доля этого балтского элемента вошла в состав сегодняшнего белорусского народа, но неоспоримым фактом является то, что [балтский элемент] наложил своё клеймо на наш национальный характер, нашу психику… Присутствие балтского элемента в нашей биологической субстанции поясняет не только антропологическую, но и духовно-психологическую нашу близость к современным нашим балтским соседям… Наши пращуры всегда лучше понимали и сживались с соседними балтскими племенами, нежели с московскими „славянами“».

В постсоветский период теория балтского происхождения белорусов приобрела крайне радикальные формы и стала мейнстримом в среде националистической интеллигенции. Свидетельства балтского происхождения белорусского этноса «свядомые» авторы ищут буквально во всём. Порой поиски балтских корней приобретают совершенно гротескные формы. Так, Георгий Давидюк пишет: «Весьма схожи у белорусов и балтов архитектура жилья и надворных построек. Национальная одежда белорусов и балтов тоже имеет много общего. Широко распространённую у этих народов вплоть до XX века обувь — лапти — белорусы заимствовали от балтов, ибо славяне до прихода на эту территорию такой обуви не знали». Забавно, что коллега Давидюка по самостийному мифотворчеству, Вадим Деружинский, использует те же самые лапти как аргумент для обоснования угро-финского происхождения великорусов: «В российских фильмах жизнь древних финно-угров подаётся как жизнь „славян“. Правда, одеты эти „славяне“ почему-то в финскую одежду и финскую национальную обувь — лапти, которую ни один славянский (или славяноязычный) народ не носил».

Этногенетические изыскания самостийных учёных и публицистов изначально преследовали лишь одну цель — вычленить белорусов из общерусской массы. По своему недоумию местечковые интеллектуалы всерьёз полагали, что «черепомерка» — надежный инструмент для доказательства национальной субъектности. Это хорошо видно по высказыванию крупного националистического деятеля начала XX века Вацлава Ластовского: «О том, что сегодняшняя «Великороссия» не славянский край, свидетельствует не только неславянский тип великорусов (поставьте рядом минчанина и пензенца и сравните две совсем разные расы людей!), но и неславянские имена рек и озёр. Даже «матушка Волга» носит не славянское, а финно-монгольское имя!

Интересное сравнение: пруссаки, эта мешанина немцев, пруссов (литвинов) и славян, выдают себя за «истинных немцев» и кричат о своём немецком призвании.

Великорусы, эта мешанина варягов, кривичей, украинцев, на 999/1000 финнов и татар, выдают себя за «истинных славян» и кричат о своём славянском призвании (сравните пожелание Пушкина, чтоб все славянские ручьи слились в русском (московском) море)".

То есть, по логике пана Ластовского, баварцы, саксонцы, швабы и другие немецкие субэтносы не должны были объединяться под властью Пруссии, поскольку в жилах пруссаков течёт «смешанная» кровь.

Примитивный расизм белорусских «будителей» начала XX века характерен и для сегодняшних «свядомых» белорусов, которые очень любят искать во внешности великорусов финские или татарские черты, якобы доказывающие невозможность для белорусских и российских граждан жить в рамках одного политического пространства. При этом местечковым националистам даже не приходит в голову, что, например, во Франции коренные жители севера и юга страны очень сильно отличаются друг от друга по фенотипу, однако это не мешает им быть частями одной нации.

Мы не разделяем примордиалистских взглядов «свядомой» интеллигенции и считаем основными маркерами национальной идентичности родной язык и культуру. Как прекрасно написал поэт Александр Городницкий, «родство по слову порождает слово, родство по крови порождает кровь». Однако мы не можем не обратить внимания на то, что генетические исследования демонстрируют несостоятельность теории балтского происхождения белорусов.

Как известно, человек наследует ДНК обоих биологических родителей, однако гены не наследуются целиком, происходит рекомбинация — фрагменты генов из поколения в поколение перемешиваются и замещают друг друга, образуя новые комбинации. Исключение составляют два участка ДНК, которые мы получаем от отца и от матери: Y-хромосома и митохондриальная ДНК (мтДНК) соответственно. При этом названные однородительские маркеры со временем подвергаются неизбежным точечным мутациям. Это даёт возможность увидеть небольшие отличия в генетическом коде представителей различных популяций.

Изучение накопившихся в Y-хромосоме и мтДНК современных людей мутаций позволило генетикам в 1990-х годах выделить отдельные гаплогруппы — генеалогические группы, имеющие несколько общих мутаций. Каждая гаплогруппа имеет определенную географическую привязку и своё буквенно-цифровое обозначение.

При изучении генофондов Европейского континента наиболее информативны гаплогруппы Y-хромосомы, поскольку распределение гаплогрупп мтДНК у европейских этносов более-менее единообразно и требуются специальные усилия, чтобы выявить различия между популяциями. По Y-хромосоме, напротив, межэтнические различия проявляются весьма отчётливо.

Генетическое своеобразие славян определяется сочетанием следующих гаплогрупп Y-хромосомы: R1a и I2a. Частотность первой из них в большинстве славянских выборок (включая Белоруссию) составляет порядка 40−50% и более, частотность второй — порядка 10−20%. Столь высокая концентрация обеих гаплогрупп одновременно не зафиксирована больше ни у одной этнической общности, включая балтов, от которых славян чётко отделяет гаплогруппа I2a.

Так вот для жителей Республики Беларусь, Российской Федерации и Украины характерна очень высокая концентрация «славянских» гаплогрупп R1a и I2a. Первая составляет в РБ 51%, в РФ 46%, на Украине 45%, вторая — в РБ 17,5%, в РФ 10,5%, на Украине 13%.

Таблица частотности гаплогрупп по странам

В исследовании, проведённом ведущим российским геногеографом Олегом Балановским и его белорусским коллегой Олегом Тегако, сделан однозначный вывод: «По наиболее генетически информативным маркерам Y-хромосомы белорусы обнаруживают высокое сходство с восточными славянами и большинством западных славян, но генетически далеки от балтов. Причём удалённость от балтов одинаково велика и для северных, и для южных белорусов». Помимо изучения Y-хромосомы, Балановский и Тегако провели картографический анализ генофонда белорусов и пришли к следующему заключению: «Белорусы входят в генетическое пространство русского генофонда, близкого к генофонду всех восточных славян. Причём белорусские популяции расположены ближе к средним русским показателям, чем многие русские популяции (особенно на севере и востоке русского ареала). В целом, русский генофонд наиболее полно представляет генофонд всех восточных славян, а белорусский генофонд — малую часть его изменчивости».

Выводы генетиков подтверждаются анализом фенотипа жителей трёх восточнославянских государств. Так, греческий антрополог и известный блогер Dienekes Pontikos провёл исследование внешности легкоатлетов из ряда европейских стран и составил портреты типичных европейцев. Ожидаемо оказалось, что белорус, великорус и украинец похожи друг на друга, как родные братья.

Как видим, серьёзные исследования «состава крови» недвусмысленно говорят о славянском происхождении белорусов. «Свядомый» миф о том, что белорусы — балты, не имеет под собой научных оснований.

Кирилл Аверьянов-Минский

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2017/07/17/belorusy-slavyane-ili-balty
Опубликовано 17 июля 2017 в 09:02
Все новости

20.09.2017

Загрузить ещё
Аналитика
Twitter
Одноклассники
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами