• USD 62.49 -0.79
  • EUR 66.05 -1.11
  • BRENT 54.33 +0.81%

США — Куба: Фидель ушел, проблема контроля над Кубой осталась

Фидель. Иллюстрация: Sven Creutzmann

26 ноября избранный президент США Дональд Трамп коротко прокомментировал ключевое событие в чувствительном подбрюшье Соединенных Штатов: «Фидель Кастро мертв!». Чуть позднее он назвал главного противника Соединенных Штатах за всю историю в регионе Латинской Америки «жестоким диктатором, который подвергал репрессиям собственный народ в течение почти шести десятков лет».

28 ноября Трамп предупредил о возможности повторного разрыва дипломатических отношений с Кубой. Подобные комментарии заставили всех вспомнить предвыборные обещания Трампа. В начале своей президентской кампании он заявлял, что не против восстановления американо-кубинских отношений, но намерен добиться «лучшего соглашения», чем Обама. На завершающем этапе президентской гонки Трамп предложил пересмотреть политику Демократической партии США в отношении Гаваны, т. е. свернуть инициированную президентом Обамой политику нормализации отношений с Кубой. В этой связи показательна различная реакция избранного и действующего президентов США на смерть Фиделя. Действующий президент США Барак Обама протянул «руку дружбы» кубинскому народу в связи со смертью лидера кубинской революции. Обама признал, что «отношения между США и Кубой на протяжении почти шести десятилетий характеризовались разногласиями и глубокими политическими противоречиями». «Мы напряженно работали над тем, чтобы оставить это в прошлом, двигаясь к будущему, в котором отношения между нашими двумя странами определялись бы не нашими разногласиями, а многими вещами, объединяющими нас как соседей и друзей, — семейными узами, культурой, торговлей и человеческой природой».

Очевидно, что упомянутые и Трампом, и Обамой «шесть десятилетий» и составляют «эпоху Кастро». Оба президента США хотели бы преодолеть разрыв отношений с Кубой, который на практике в конечной точке процесса означал бы восстановление американского контроля над островом. В настоящее время речь может идти лишь о различных стратегиях — либо через наращивание «мягкой силы» США на острове и постепенную смену позиций кубинского руководства (Обама сделал первый и незначительный шаг в этом направлении), либо через более жесткий курс с «наказанием» кубинского руководства и покаянием народа не только за политический урон, но и за нанесенный кубинской революцией ущерб американским собственникам. Но и в том, и другом варианте ключевым фактором для американцев становится смена поколений и без того крайне состарившегося кубинского руководства. Уход по естественным причинам от власти братьев Кастро становится ключевой предпосылкой для смены курса Кубы. Здесь осторожный щадящий национальные чувства кубинцев курс Обамы выглядит более реалистичным, чем жесткий и импульсивный курс Трампа. Правда, смена поколений — ключевой элемент и в той, и в другой стратегии.

В своей игре против Кубы у американского руководства есть очевидное преимущество — многочисленная озлобленная кубинская эмиграция. С другой стороны, именно вражда с Соединенными Штатами, будь то известная латиноамериканская бытовая неприязнь к «гринго», или уходящий корнями в эпоху Хосе Марти опыт кубинского национализма, изначально враждебного США, сыграли решающую роль в становлении и легитимации коммунистического режима в его кубинской версии на Кубе. Гавана по-прежнему ссылается на десятилетия эмбарго США, как на одну из базовых причин экономических трудностей Кубы. Кубинские коммунисты — это, с одной стороны, типичные национал-коммунисты, с другой стороны — в них сидит революционная боливарианская мечта о единстве Латинской Америки, как источнике независимости от США и предпосылке собственного развития в интересах всех латиноамериканцев.

Текущая ситуация с неопределенностью в Венесуэле и невозможностью поставляет нефть на Кубу из этой страны по низким ценам, казалось, побуждает кубинский режим нормализовать отношения со Штатами. Возможное падение боливарианского правительства в Венесуэле будет означать, что Куба лишится существенной опоры в регионе. Поэтому нормализация торговых отношений с США и возобновление американских инвестиций могли бы рассматриваться в качестве средства сохранения в смягченном виде нынешнего режима на Кубе без его ключевых революционных вождей. Если учитывать все эти обстоятельства, то тогда, с позиций американцев, предпочтение следует все-таки отдавать «мягкому» варианту восстановления отношений. Возобновление американо-кубинских отношений в полном объеме без наказаний стало бы для кубинских националистов видимой «победой», которую можно было бы предъявить народу. Однако вот тут-то и встает вопрос о «ценностях» и «принципах» уже с американской стороны, которые в случае с Кубой выглядят вполне материально — национализированная революционным режимом собственность американских граждан на острове.

В этом отношении, конечно, самое интересное наблюдать борьбу ценностей и принципов с геополитикой — т. е доллара с фундаментальным государственным интересом. Дело в том, что Куба имеет исключительно важное значение с точки зрения геополитических интересов США.

Первоначальная территория США состояла из 13 штатов — каждый из которых был отдельной бывшей британской колонией. США тогда располагались достаточно узкой территорией на восточном побережье от так называемой Новой Англии на север до штата Джорджия на юге, граничившим с принадлежавшей тогда Испании Флоридой. Но после победы Великобритании в войне с Францией в 1763 году все колониальные владения Франции, расположенные вдоль Миссисипи — колония Луизиана, стали британскими, за исключением основанного в 1763 году Нового Орлеана. Эти земли стали активно заселяться американскими колонистами. Земли же к западу от Миссисипи, ранее принадлежавшие французам, были переданы по условиям мира 1763 года Испании. Только в 1795 году был подписан договор между Испанией и Соединенными Штатами Америки, определивший границы между США и испанскими колониями, в том числе, и с Луизианой. Договор содержал существенное условие — о праве американцев на свободную навигацию по реке Миссисипи до ее устья. К тому времени американцы, двигавшиеся на запад, нашли, что горы Аппалачи создают естественное препятствие в продвижении людей и товаров на восток. Самым легким путем для них на Запад стало плавание по реке Огайо, впадающей в Миссисипи. На этом маршруте крайней точкой транспортировки товаров по Миссисипи становился французский Новый Орлеан, где они погружались на морские судна, следовавшие с ними через Атлантический океан в Европу. В 1800 году после первой революционной войны с Францией Испания вернула ей колонию Луизиана, в которую тогда входили земли современных штатов Айова, Арканзас, Канзас, Миссури, Небраска, Оклахома, а также частично Вайоминг, Колорадо, Миннесота, Монтана, Нью-Мексико, Северная Дакота, Техас, Южная Дакота и, собственно современный штат Луизиана. Но в 1803 году президент США Томас Джефферсон купил эту обширную территорию у Наполеона. Джефферсон видел в приобретении Луизианы два резона: США получали территориальную глубину для национальной обороны от Британии — у них теперь не было противника на западе, и новые земли для сельской колонизации фермеров и плантаторов. С этого момента плодородные земли всего Среднего Запада стали создавать огромное богатство, которое реализовывалось посредством транспортной артерии Миссисипи и ее притоков. Овладение американцами в устье Миссисипи Новым Орлеаном предоставило им стратегический океанический порт для внешней торговли. Американский хлеб, отправленный по Миссисипи через Новый Орлеан по океану, сделал возможной промышленную революцию в Англии, так как импорт дешевого зерна освободил занятых в британском сельском хозяйстве для работы в городской промышленности. Одновременно вырученные от этой внешней торговли средства в самой Америке стали капиталом для собственно американской индустриализации. Именно через порт Нового Орлеана, ставший вторым по величине портом США, велась практически вся международная торговля штатов Среднего Запада. Здесь же располагался и самый большой в США рынок рабов. В экономике США Миссисипи с ее притоками с тех пор имеет колоссальное транспортное значение с ее круглогодичной навигацией. Новый Орлеан и сейчас остается самым крупным портом для перевалки сыпучих грузов, следующих из Соединенных Штатов через моря и океаны по всему миру.

Основной маршрут международной американской торговли из Нового Орлена проходит по морю в Атлантический океан узким проливом между Флоридой и Кубой. Для обеспечения безопасности торгового пути из Нового Орлеана и самого этого порта американцы первым делом завладели Флоридой. В 1819 году Флориду приобрели у Испании, а в 1845 году с другой стороны аннексировали за десятилетие до этого добившийся независимости от Мексики Техас. Первоначально граница Мексики проходила всего лишь в 190 км от Миссисипи. Во время «Второй войны за независимость» 1812—1815 годов британцы попытались захватить Новый Орлеан, но в январе 1815 года были разбиты у его стен американскими войсками под командованием Эндрю Джексона — будущего седьмого президента США. Стратегическое положение Нового Орлеана вполне определила и гражданская война между Севером и Югом. Этот порт стал главной целью наступления северян с двух сторон на фронте Миссисипи.

В этом уравнении безопасности вокруг Нового Орлеана оставалась третья важная точка — Куба. Во владении Испании она оставалась досадной занозой для безопасности Соединенных Штатов. Проливы у Флориды и Юкатана были узкими и могли контролироваться с острова Куба. Даже испанцы в их слабом состоянии отсюда могли бы успешно блокировать основной торговый путь США, учитывая тогдашнее состояние американского военного флота. Однако на протяжении всего ХIХ века основным внешнеполитическим противником США оставались англичане. В случае возможного военного конфликта с США англичане, имевшие военно-морскую базу на Багамах, легко могли захватить Кубу и установить морскую блокаду американского Нового Орлеана. Ведь во время Семилетней войны (1756—1763 года) британцы без особых трудностей захватили Гавану.

Куба была ключом с моря к Новому Орлеану, а общий упадок Испании, владевшей этим островом, крайне настораживал американцев. Любая мощная европейская держава — британцы или те же немцы после 1871 года могли легко выбить испанцев с Кубы, чтобы закрепиться на острове. И не имевшие мощного военно-морского флота США никак не могли помешать подобного рода внешней военной операции.

К концу 1880 годов установление военного контроля над Кубой становится императивом внешней политики США. К аннексии и внешней агрессии американцев побуждает рост внешней торговли США, как прямое следствие общего экономического развития этой страны. Как следствие, США начинают новую политику безопасности в регионе Карибского моря и Центральной Америки. С начала 1890-х годов американцы запустили строительство первоклассного военно-морского броненосного флота, который через три десятилетия после старта в 1922 году сравнялся с британским по тоннажу. В стратегическом плане ВМС США перешли от задачи защиты американского торгового судоходства к приоритету достижения политического доминирования в западном полушарии.

В ходе испано-американской войны 1898 года ВМС США разгромили испанский флот у Филиппин, блокировали испанские корабли в портах Кубы и обеспечили доставку на этот остров своих экспедиционных войск. Прямым следствием захвата США Кубы стали начавшиеся уже в 1899 году подготовительные работы американцев по строительству Панамского канала, который, помимо коммерческого значения, имел еще и военное стратегическое, поскольку связывал воедино силы Тихоокеанского и Атлантического военных флотов США. После начала эксплуатации Панамского канала в 1920 году Куба получила дополнительное стратегическое значение, поскольку прикрывала подступы к нему с северо-востока.

Американцы способствовали борьбе кубинских националистов за освобождение Кубы от власти Испании. В ходе войны с Испанией кубинские партизаны встретили американцев как освободителей. Но США после обретения островом независимости от Испании установили свой контроль над ним. До 1901 года Куба прямо управлялась американской военной администрацией. В июне 1901 года Конгресс США принял т. н. «поправку Платта» к закону о содержании американских оккупационных войск на Кубе.

22 мая 1903 года между Кубой и США был заключен постоянный договор, в который была полностью включена эта самая Поправка Платта, серьезно ограничившая суверенитет Кубы.

Поправка Платта состояла из восьми пунктов. Согласно первому пункту, властям Кубы запрещалось передавать часть кубинской территории другой стране. Третий пункт давал США право на интервенцию «для охраны независимости Кубы, поддержания правительства, способного защитить жизнь, собственность и свободу личности». По седьмому пункту Гавана обязалась предоставить США земли для военно-морских баз и угольных концессий. Восьмой пункт обязывал Кубу включить Поправку Платта в договор с США, который и был заключен в июне 1903 года. На основании него США получили в аренду участок Кубы для строительства военно-морской базы Гуантанамо, которая до сих пор имеет большое значение в американской внешней политике и кубино-американских отношениях. По договору США арендовали Гуантанамо по годовой фиксированной арендной ставке — «2000 песо в золотой валюте Соединенных Штатов». В 1934 году Поправка Платта была формально отменена, и по новому договору сумма аренды за Гуантанамо была установлена опять же в чисто номинальную сумму — $ 3,4 тыс. Американцы установили экстерриториальный статус для своей базы в Гуантанамо. Договор об аренде этой базы можно расторгнуть только по обоюдному согласию. Сохранение на Кубе американской базы за все шесть десятилетий кубино-американского конфликта свидетельствует о том, что даже самая радикальная антиамериканская революция на Кубе не смогла изгнать американцев с Кубы, настолько важен этот остров на стратегической карте США.

Военное значение Кубы для США еще раз определилось во время Второй мировой войны. С одной стороны, немцы интриговали, чтобы на антиамериканских настроениях как-то установить свой контроль над Кубой. С другой стороны, американцы во время войны оперлись на Кубе на своего ставленника — Батисту и стали использовать остров в своей системе противолодочной обороны. Действия подводных лодок Германии в Карибском море могли бы быть более эффективными, получи они базу снабжения на Кубе.

Этот случай продемонстрировал общий стратегический интерес — американцы вынуждены были конкретно реагировать, когда крупная иностранная держава проявляла интерес к Кубе. В ситуации с кубинской революцией не до конца понятным остается, как американцы смогли пропустить удар на самой Кубе. Очевидно, что они не сумели заранее распознать степень радикализма Фиделя Кастро. По-видимому, они «подустали» от коррумпированной военной диктатуры и заранее полагали, что Фидель может стать лишь очередной демократической декорацией смены режима. Они не учли фактор Советского Союза, который в случае с Кубой смог перенести свою активность в западное полушарие. Вероятно, американцы не допускали самой возможности крупной советской активности вне Евразии.

Благодаря советскому фактору конфронтация между США и Кубой пошла по нарастающей. Сразу по захвату власти в Гаване Фидель Кастро разорвал военное соглашение с США и добился вывода американской военной миссии с Кубы. После апрельского 1959 года визита в Вашингтон Фидель в мае запустил аграрную реформу, которая больно ударила, в том числе, по американским собственникам, связанным с американскими аграрно-промышленными монополиями.

В ответ в 1960 году США для наказания кубинских революционеров ввели нефтяное эмбарго. Те в ответ приняли нефть от СССР и национализировали нефтеперерабатывающие заводы. Отвечая на меры экономического давления со стороны США, правительство Кубы последовательно объявляло о национализации все новых и новых групп предприятий: банков, гостиниц, сахарных заводов, плантаций сахарного тростника, железных дорог, торговых предприятий с тем, чтобы в октябре 1960 года с крупной американской собственностью на Кубе было покончено. В ответ 3 января 1961 года США заявили о разрыве дипломатических отношения с Кубой и взяли курс на силовое подавление революции, а поскольку они на каждом этапе не могли правильно рассчитать необходимые силы и ресурсы, то они допускали ошибки, которые вели к дальнейшей конфронтации. Ошибки были связаны и с тем, что они заранее не могли точно определить возможные размеры финансовой и военной помощи Советского Союза Кубе. Американцы всегда запаздывали с новым ответом на очередной вызов кубинцев. В итоге подобного поэтапного втягивания в конфликт две сверхдержавы прямо подошли к опасной черте военного конфликта с использованием термоядерного оружия.

На рубеже 1960-х годов Куба стала геополитическим подарком СССР в глобальном стратегическом противоборстве с США. На тот момент существовал серьезный дисбаланс между стратегическими ядерными силами двух сверхдержав в пользу американцев. США практически к этому времени создали свою стратегическую триаду, но с перевесом в пользу дальней авиации. На начало 1960-х годов Соединенные Штаты обладали количественным и качественным превосходством в области стратегических ядерных вооружении и гипотетически могли одержать победу в ядерной войне с СССР. Советский Союз значительно отставал по стратегическим носителям, способным достать территорию США. Размещение в 1962 году на Кубе советских ракет средней дальности эту проблему частично решало. Большая часть территории США и Канады оказывались в радиусе их действия. Первой и главной целью советских ракет, размещенных на Кубе, стали аэродромы на территории США с размещенной на них стратегической авиацией американцев. Карибский кризис позволил СССР создать паузу, необходимую для выравнивания соотношения стратегических наступательных вооружений — развертывания собственных шахтных МБР и ПЛАРБ нового поколения. До Карибского кризиса Куба никогда не была угрозой для США сама по себе. Если бы только Куба подпала под власть враждебной США морской державы, то потенциально создала бы таковую угрозу — но морским коммуникациям американцев. Однако развертывание СССР на Кубе в 1962 году ракет средней дальности продемонстрировало потенциально новую угрозу для США со стороны Кубы — возможную атаку на территорию США баллистическими ракетами с термоядерными боеголовками. В итоге соглашение между Соединенными Штатами и Советским Союзом включало в себя американские гарантии ненападения на Кубу и советские гарантии неразмещения на Кубе ядерного оружия. Выгодный обмен, оставивший кубинскую занозу в жизненно важном районе США.

После острого кризиса, продемонстрировавшего невозможность решения американцами возникшей геополитической проблемы, Куба оставалась самым проблемным государством в этом плане для США.

Куба посредством Советского Союза или Советский Союз посредством Кубы угрожали американскому контролю над Карибским бассейном, создавая возможные проблемы американскому судоходству из Тихого океана в Атлантику и обратно. Советский Союз посредством Кубы продвигал народные антиамериканские революции в странах Центральной и Южной Америки, чем создавал большое напряжение для США. Советский Союз, если и не размещал ядерное оружие на Кубе, но зато использовал остров для других целей, направленных против США — станцию электронной разведки Лурдос, порты снабжения кораблей и подлодок советских ВМФ.

Распад Советского Союза и уход России с Кубы, с одной стороны, обозначил для американцев, что Куба больше не представляет угрозы национальной безопасности США, поскольку держава, способная нанести ущерб удалилась с Кубы. Но отсутствие прямой угрозы не означает, что подобная угроза не существует потенциально. Поэтому Куба — это в первую очередь геополитическая проблема для США. С одной стороны, Куба потеряла своего стратегического гаранта, но и США, с другой, после десятилетий противостояния с Кубой не могут так просто покончить с ней, поскольку общественное мнение в Латинской Америке грозило в этом случае обернуться против американцев. Поэтому Соединенные Штаты после кубинских кульбитов 1959—1962, 1966—1968 годов были вынуждены научиться действовать осторожно в этом направлении. Вообще, похоже, что осторожный курс Обамы в Латинской Америке стал приносить плоды в 2014—2015 году. Как бы там ни было, но США будут решать кубинскую проблему из-за имеющейся потенциальной угрозы с ее стороны. Куба, в свою очередь, хотела бы сохранить свою свободу от давления со стороны США. США настаивают на смене режима прежде, чем они откажутся от политики санкций в отношение Кубы. Кубинцы, в свою очередь, могут обещать США постоянный нейтралитет, но этого пока мало для торгас Вашингтоном. Американцам нужно восстановление контроля за внешней и внутренней политикой Кубы. Возможности для сближения позиций США и Кубы имеются, но они просматриваются пока лишь в стратегии «мягкого варианта» решения проблемы от Обамы. Возможности для более жесткого решения проблемы могли бы дать слабости кубинского руководства, но они пока не просматриваются. Нет на горизонте и опасного иностранного потенциала, враждебного США, который заставил бы американцев спешить с решением кубинской проблемы.

Современная Россия намеренно отстраняется от возможного присутствия на Кубе из-за своих кризисных отношений с США. Долгий путь решения кубинской проблемы пока более вероятен для обеих сторон — США и Кубы. В июле 2015 года, спустя более 50 лет после кубинской революции, США и Куба восстановили дипломатические отношения. Внешне ситуация вернулась к положению до 3 января 1961 года, то есть до момента, когда США разорвали дипломатические отношения с Гаваной. Таким образом, острые военные кризисы отмотаны обеими сторонами назад, но проблема национализированной американской собственности и наказания кубинской революции за это остается. Здесь пока покоится главный камень преткновения на пути восстановления американского контроля над Кубой.

Аналитическая редакция EADaily

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2016/11/30/ssha-kuba-fidel-ushel-problema-kontrolya-nad-kuboy-ostalas
Опубликовано 30 ноября 2016 в 00:19
Все новости
Загрузить ещё
Аналитика
Twitter
Одноклассники
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами