• USD 63.95 -0.11
  • EUR 71.93
  • BRENT 47.54 +2.23%

«Женщина-террористка — это обыкновенная убийца» — болгарский исследователь

Татьяна Дронзина. Иллюстрация: Today.kz

Феномен женского джихадизма, как и женского терроризма вообще, излишне политизирован и эмоционально перегружен, считает исследователь женского терроризма Татьяна Дронзина, профессор политологии Софийского университета имени Климента Охридского. По словам Дронзиной, хоть терроризм с женским лицом отличается от мужского, но в целом, женщина- террористка это обыкновенная убийца.

«В 2005—2007 годаъ я преподавала в Испании. Темой моего исследования тогда была ЭТА — баскская террористическая организация, — рассказала Дронзина в интервью казахстанскому информагентству „Радиоточка“ — Я читала материалы по ЭТА, и среди них оказались статьи, написанные выдающимися журналистами о женщинах-террористках в этой организации. Их описывали как суперумных, суперкрасивых, суперинтеллигентных, рассказывали, как они несчастны и что они — жертвы ситуации. Я же встречалась с этими женщинами и не заметила ни чрезвычайной красоты, ни чрезвычайного ума, ни чрезвычайной интеллигентности. Передо мной были просто убийцы. И тогда мне стало понятно, что в СМИ существуют гендерные стереотипы, которые мешают понять правильно этот феномен».

Как указала Дронзина, в исследовании терроризма существует отдельное «феминистическое» направление, утверждающее, что стремление этих женщин поучаствовать в террористических актах — это способ доказать, что они способны на то же самое, на что способны мужчины. «К сожалению, я думаю, что это наш западный образ мышления, при помощи которого мы пытаемся рационализировать некоторые акты — например, акты суицида, которые мы не можем понять. Почему я говорю это? Потому что я до сих пор не нашла ни одного доказательства, которое заставляет меня думать, что эти женщины шли в террористы из-за гендерного неравенства. Я исследовала их предсмертные завещания, исследовала их жизни, и ничего не заставляло меня думать, что они борются за гендерное равенство. Я даже сказала бы, что это больше конфликты, потому что эти женщины идут на смерть, на самоубийственные акты, когда есть какой-то конфликт. Эти конфликты неизбежно вытаскивают женщину из дома. То есть, если мужчина на войне или мужчин там недостаточно, женщина должна выйти из дома и зарабатывать. Но это не означает больше прав, это означает больше обязанностей. И я думаю, что-то, что мы видим, как раз именно это — женщина получает больше обязанностей, а не прав. Они получают право выбирать, как умереть, но не как жить. И если вы посмотрите на иерархию в этих организациях. Да, они охотно используют женщин в самоубийственном терроризме, но среди их лидеров нет женщин».

Отдельная тема исследования Дронзиной — так называемый «секс- джихад», практикующийся в запрещенной в РФ террористической организации ДАИШ (ИГИЛ, «Исламское государство», ИГ). Как говорит профессор Софийского университета, те жительницы Средней Азии, которые уезжают в ДАИШ, едут туда не для «секс- джихада», а за своими мужчинами, чтобы помогать им там. Зато отток жительниц Западной Европы и арабских стран на «секс- джихад» имеет массовый характер.

«Было издано несколько фетв, чтобы суннитки ехали в „Исламское государство“, чтобы поддержали боевой дух сражающихся братьев. Другими словами, чтобы удовлетворяли их сексуальные потребности. Первыми, кто поехали, были 13 жительниц Туниса. И главный муфтий Туниса очень резко отреагировал, назвав их дурами. Это было в 2013 году ещё. Надо сказать, что этот „секс-джихад“, или Jihad al Nikah, он базируется, как раз, именно на одной спорной концепции в исламе, это концепция так называемого мут’а. Мут’а — некоторыми переводится как временный брак, другими — как брак для удовольствия. И он возможен от одной минуты до 99 лет. То есть теоретическая основа того, что их толкает на это, может быть уверенность, что они, действительно, там найдут семью, найдут мужа, родят детей и будут реализовывать свою мусульманскую идентичность так, как они ее понимают. К примеру, одна марокканская девочка, ей было 15 лет. За 5 месяцев она поменяла 152 супруга. И она была, конечно, в полном шоке, помешалась рассудком».

Как считает Дронзина, те женщины, которые едут в ДАИШ, не думают, что их там будут использовать для сексуальных утех. «Хотя, если будем честными, то я, когда отслеживала аккаунты нескольких женщин, они англоговорящие, активно пиарят „Исламское государство“, я увидела, что они честно предупреждают других женщин, которые готовятся присоединиться к „Исламскому государству“, говорят им следующее: „Приезжайте со своим родственником мужского пола, потому что если приедете одни, вас сразу выдадут замуж“. Но при этом нет оговорки, что продолжительность жизни боевиков сравнительно короткая из-за того, что их убивают в сражениях, что эта женщина достаётся по наследству не просто родственникам этого человека, а всей воинской части. Об этом никто никому не говорит, но это факт». Другая часть соцсетевых пиарщиц «жизни по исламу» в ДАИШ, по словам исследовательницы, предупреждают девушек и женщин, что у террористов их не ожидает ничего другого, кроме того как сидеть дома, заботиться о детях и своем муже.

Помимо домохозяйства и сексуального обслуживания террористов, женщина в ДАИШ еще может быть медицинским работником. «Система здравоохранения там налажена таким образом, что здравоохранение только для мужчин и только для женщин». Женщина может работать в ДАИШ- евской школе для девочек. «И ещё одно назначение имеют женщины — есть так называемые бригады „Аль-ханса“ которые действуют в городе Ракка, — рассказывает Дронзина. —  Бригада „Аль-ханса“ состоит из 70−80 женщин, в основном, это западные женщины, и русские там тоже, между прочим, есть, которые получают 140−170 долларов в месяц, вооружены автоматами и которые являются „нравственной полицией“. На улице они должны следить за дресс-кодом женщин, за правильным общением, и за любое нарушение они могут наказать эту женщину и мужчину, который ей помогает, имея в виду, что самое маленькое наказание — это 40 ударов кнутом. Так что вот этим занимаются женщины. Это фундаменталистская интерпретация ислама, и по шариату они должны сидеть у себя дома» (В западной прессе ДАИШ-евскую женскую полицию нравов еще называют «хизба» — EADaily).

Татьяна Дронзина также поведала о своих беседах с вербовщиками в ДАИШ из Казахстана, с которыми она встречалась как эксперт по терроризму в казахстанских местах лишения свободы, где вербовщики отбывали наказание. «Прежде всего, хочу сказать, что нет у них того, что отмечали — чтобы был у них такой звериный взгляд, чтобы они были страшной внешности и так далее. Все эти мужчины — молодые люди очень незаурядного характера, все они были умные, быстрые, очаровательные, я же понимала, я знала, кто они, и, всё же, мне было трудно устоять перед их очарованием и, скорее всего, их убедительностью. Потому что они так убеждённо говорили о своём деле, что человеку хотелось верить. Это такое влияние оказало на меня, как на учёного и не верующего в радикальную интерпретацию. Можете себе представить, какое они влияние оказывают на других. В этом отношении я хотела сказать, что они прекрасно обучены. А на втором, на гендерном измерении, я чувствовала пренебрежение ко мне, как к женщине, я была в сопровождении мужчин из правоохранительных органов, и отношение было абсолютно однозначное. Так как я в какой-то момент стала очень назойливой со своими вопросами и очень упрямо их задавала, террорист даже обратился к моему сопровождающему, как я, женщина, вообще, могу такое спрашивать. Этот момент я поняла, вербовщик как раз говорил по-узбекски, я не совсем понимала, но мой сопровождающий показал, я сама поняла, и это меня так ужасно разозлило, я стала такой агрессивной, что напугала вербовщика. Он не ожидал такой реакции от женщины».

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2016/09/05/zhenshchina-terroristka-eto-obyknovennaya-ubiyca-bolgarskiy-issledovatel
Опубликовано 5 сентября 2016 в 14:47
Все новости

26.09.2016

Загрузить ещё
Аналитика
Facebook
Одноклассники
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами