Иран в борьбе за новую систему безопасности

Стремительно прощающаяся с международной изоляцией Исламская Республика Иран проявляет всю возможную активность не только в экономических вопросах. Вне сомнения, реалии ИРИ в настоящее время (как и в последние годы) таковы, что правительству следует делать все возможное для повышения уровня жизни населения и экономических показателей. Однако, понимая военно-политическую обстановку как Ближнего Востока, так и всего мира, Исламская Республика начинает работу над построением коллективной системы безопасности. Такая система могла бы стать для ИРИ альтернативой и значимым противовесом ведомого США НАТО или ССАГПЗ (Союз сотрудничества арабских государств Персидского залива) и дать возможность ей еще более эффективно влиять на политические процессы в регионе.

Именно в этом контексте следует рассматривать недавние контакты высокопоставленных иранских военных с их российскими коллегами. Так, 27−28 апреля в Москву прибыл министр обороны Исламской Республики Хоссейн Дехган. Он был приглашен главой оборонного ведомства РФ Сергеем Шойгу и одним из первых выступил на трибуне Пятой международной конференции по безопасности. Имела место и двусторонняя встреча Шойгу и Дехгана, в ходе которой последний не только выразил удовлетворение существующим уровнем военно-политических контактов Москвы и Тегерана, но и наметил новые векторы их сотрудничества. Соответствующая информация прошла как в официальных заявлениях, так и в твиттере Сергея Шойгу, который написал о перспективах долгосрочного и многопланового сотрудничества в борьбе между РФ и ИРИ в борьбе с терроризмом. Несмотря на то, что Иран и Россия уже давно совместно работают в Сирии и частично в Ираке, - причем не только на двусторонней основе, но и в рамках коалиции (из Ирана, России, Сирии, Ирака и движения Хезболла), именно апрельский визит Дехгана стал поводом для иранских СМИ заявить о начале новой эры сотрудничества.

Тому есть ряд логических объяснений. Во-первых, московская встреча Шойгу и Дехгана состоялась в рамках именно ответного последнего первого в РФ. Ранее Сергей Шойгу посетил Тегеран, что стало первой за последние 15 лет поездкой главы российского оборонного ведомства в Исламскую Республику. До Дехгана столицу РФ посещал секретарь высшего совета нацбезопасности ИРИ Али Шамхани и даже, по неофициальным данным, командир бригады Аль-Кодс бригадный генерал Касем Сулеймани. Последний играет выдающуюся роль в борьбе с терроризмом на Ближнем Востоке, по сути, контролирует все операции Исламской Республики в регионе. Именно Сулеймани оказал неоценимую помощь российской стороне в поиске сбитого самолета Су-24 и спасении его штурмана Константина Мурахтина. Интересно, что генерал находится под санкциями Совбеза ООН, что лишает его возможности выезжать за границу, однако на необходимые передвижения Сулеймани это, по-видимому, никак не влияет. Важным бэкграундом посещения Дехганом российской столицы является и, конечно же, «размороженная» сделка по поставкам Ирану российских комплексов С-300, которые уже даже успели засветиться на недавнем военном параде в Тегеране. Учитывая все названное, можно сделать вывод о том, что военное сотрудничество между ИРИ и РФ планируется не только в деле борьбы с терроризмом, но и в решении более глобальных задач.

Если раньше, в период действия наиболее мощного за всю историю ИРИ комплекса антииранских санкций, Россия не имела возможности поддерживать Исламскую Республику и зачастую даже присоединялась к негативным резолюциям СБ ООН в ее отношении, то сейчас ситуация принципиально изменилась. Более того, РФ сейчас сама оказалась в геополитической изоляции после крымского референдума и украинского кризиса, что заставляет ее срочно искать союзников. В этом контексте появился Евразийский союз, однако, если речь идет о безопасности и о возможном противостоянии НАТО или хотя бы отдельным членам данного блока, Москве нужны более значимые и мощные в военном отношении «друзья», нежели государства ЕАЭС. Кроме того, концепция союза изначально предполагает лишь экономическое сотрудничество, а и столкнувшаяся с Турцией в Сирии Россия, и находящийся под постоянным давлением со стороны США и Израиля Иран, прощупывают почву для сотрудничества военно-политического.

Интересно также, что, помимо российского министра обороны, Хоссейн Дехган провел в Москве встречи и со своими коллегами из Армении, Пакистана, Белоруссии и Афганистана. По мнению экспертов, речь идет о стремлении ИРИ установить комфортный с точки зрения безопасности режим на ближних и дальних подступах к своим границам путем взаимовыгодного сотрудничества с дружественными Тегерану странами. Этот вопрос актуален, учитывая перманентно неспокойную обстановку в Пакистане и Афганистане и активизировавшееся военное противостояние между поддерживаемой Арменией и Азербайджаном.

Ориентация на Россию — лишь одна сторона активной и всеобъемлющей работы Тегерана по расширению своего силового блока. Если на данный момент однозначную поддержку ИРИ в случае военного конфликта не только с террористической группировкой, но и с третьей страной могут оказать уже названные, но не самые мощные в военно-политическом отношении Сирия, Ирак и движение «Хезболла», то в перспективе этот список может быть расширен не только за счет России. В своей речи на московской конференции Хоссейн Дехган призвал к союзу также Китай и Индию. Более того, министр частично раскрыл иные, не связанные с борьбой с терроризмом, планы своей страны — например, противостояние НАТО. Дехган заявил о готовности начать консультации по вопросу противодействия развитию Северным Альянсом системы противоракетной обороны, чем привлек изрядное внимание СМИ и военных экспертов.

Здесь необходимо отметить, что Китай и Индию с Ираном связывает серьезное экономическое сотрудничество. Первый является основным торговым партнером Исламской Республики, а со второй Тегеран реализует ряд нефтяных и газовых проектов, а также рассматривает возможность прокладки газопровода через пакистанскую территорию. В этой связи нельзя не сказать о том, что, Россия, имея с ИРИ ряд общих интересов в Сирии, на Ближнем Востоке, в Каспийском бассейне, Закавказье и Средней Азии, в этом ряду выглядит «слабым звеном». У нее не только сравнительно малый товарооборот с Ираном - $ 1,25 млрд по данным на прошлый год (для сравнения у Китая — $ 52 млрд), но и после снятия с Тегерана санкций, РФ получила ряд новых экономических противоречий с ним. Речь идет о неприятии Ираном лимитирования экспорта своей нефти (что понятно, учитывая, что страна только что освободилась от навязываемых извне лимитов — санкций) — даже учитывая падение ее цены, а также спорах по стоимости строительства железной дороги Гамсар-Инче-Борун и ТЭС в городе Бендер-Аббас. Очевидно, что во взаимоотношениях с Россией на данный момент для Ирана во главе угла стоят военные и политические моменты, которые, возможно, даже снивелируют и сведут на нет экономические противоречия — тем более, что объем сотрудничества, а значит, и цена противоречивых вопросов, относительно невелики.

Интересно и еще одно направление иранской внешней политики в плане построения системы коллективного противостояния военным и политическим вызовам — африканское. 24 апреля состоялась встреча президента Ирана Хасана Роухани с его коллегой из ЮАР Джейкобом Зумой. Помимо экономических вопросов, научного сотрудничества и ряда других направлений, лидеры коснулись и вопросов безопасности. Южноафриканский президент, как оказалось, разделяет взгляды Ирана на иракский и сирийский террористический кризисы, поддержку Палестины, гражданскую войну в Йемене. А на встрече с Верховным лидером ИРИ Али Хаменеи последний в открытую призвал господина Зуму «объединиться против западного империализма». Это — достаточно серьезный посыл, вокруг которого, возможно, будет строиться дальнейшее взаимодействие двух региональных держав - ближневосточной и африканской.

Активность Исламской Республики Иран в построении региональной системы безопасности не может не впечатлять - деятельность иранских дипломатов и политиков в данном вопросе распространяется на территорию от РФ до ЮАР с севера на юг и от Ливана до Китая с Запада на Восток. Как было указано выше, Тегеран может похвастаться и первыми успехами. Однако от этой стадии до законченной системы, способной противостоять не только террористической угрозе, но и ведомым США военно-политическим блокам - пропасть. Преодолеть ее, учитывая множество не снятых с ИРИ ограничений, противодействие Соединенных Штатов и их арабских союзников, а также понижение цен на нефть, негативно влияющих на экономику Исламской Республики, непогашенный сирийский пожар и йеменское гражданское противостояние будет непросто. Однако успех иранской инициативы способен привести к складыванию новых геополитических реалий в ближневосточном регионе и мире в целом. Именно это движет иранскими политиками, медленно, но упорно собирающими кирпичи новой системы безопасности.

Антон Евстратов, специально для EADaily