• USD 59.01 -0.13
  • EUR 69.52 -0.13
  • BRENT 64.83 +2.21%

ВШЭ против экономики

Вчера «Центр развития» Высшей школы экономики (ВШЭ) опубликовал выдержанный в апокалиптических тонах прогноз развития российской экономики на 2016−20 гг. Основные параметры — цена на российскую нефть марки Urals $ 35 за баррель как базовый сценарий на ближайшие несколько лет, возможно ниже. Экономика не выйдет из рецессии даже при ценах на нефть порядка $ 50 за баррель. При $ 35 за баррель в 2016 году падение ВВП по итогам года составит 1,6%, при $ 45 — 0,8%. При тех же $ 45 в 2017 году экономика может избежать падения, однако уже в 2018—2019 гг. снова вернется к рецессии. Как следствие — истощение Резервного фонда к 2017-му и Фонда национального благосостояния к 2020-му, сжатие реальных зарплат (в случае с бюджетниками — на 22−30%).

Равным образом «большая тройка» рейтинговых агентств пророчит снижение экономики в 2016-м в диапазоне от 1 до 2,5%. Иными словами, картина безнадёжна. Однако реальность, как обычно, выглядит иначе. Начнём с краткосрочных прогнозов.

Вряд ли стоит напоминать, что в начале года экономика в очередной раз испытала нефтяной и курсовой шок — цены на нефть составили $ 34,73 и $ 35,97 в январе и феврале соответственно (в марте — $ 39,23).

На этом фоне, за исключением сезонного и календарного факторов, промпроизводство в январе выросло на 0,9% по отношению к декабрю, а в феврале — на 0,1% по отношению к январю. В итоге промышленность января-февраля оказалась на 0,7% «меньше» первых двух месяцев 2015-го, а февральская — на 1% «больше» своего аналога годичной давности (впрочем, здесь следует учитывать, что именно в феврале 2015-го началось снижение промпроизводства — 1,6%). При этом прогнозы аналитиков сводились к 1,6% снижению промышленного производства в феврале.

ВВП в целом, снизившись на 0,1% в январе, в феврале продемонстрировал нулевой рост.

Структура его стабилизации по уже сложившейся традиции довольно неоднозначна. Уже традиционными опорами экономики выступают добыча полезных ископаемых (2,8%) и агропромышленный комплекс, нарастивший производство почти по всем позициям, причём значительно.

Обрабатывающая промышленность в целом оказалась не в лучшей форме (в первую очередь производство стройматериалов и товаров длительного пользования), однако уже очевидно, что эффект от девальвации вполне ощутил на себе успешно растущий легпром. Машиностроение демонстрирует весьма избирательное (и показательное) оживление: автобусы +6,7% грузовики +42,7%, тепловозы +22%, вагоны +21.9% по сравнению с февралём прошлого года. При этом, например, выпуск грузовиков за январь-февраль вырос на 29,4%.

Иными словами, здесь мы видим две тенденции. С одной стороны, сжавшийся спрос продолжал давить на производство потребительских товаров длительного пользования, в то время как «краткосрочное потребление» и инвестиционный спрос толкали вверх соответствующие отрасли.

При этом и рост в целом, и рост спроса в частности катастрофически тормозились запретительными ставками ЦБ (11%), практически парализовавшими кредитование вообще и потребительское кредитование в частности.

Между тем предпосылки для роста спроса уже начали проявляться. Часть из них «естественно-инерционного» толка — это снижение закредитованности на фоне крайнего ужесточения политики банков в отношении «физиков» и рост накоплений. Другая — «парадоксальный» 5,8% рост зарплаты (на фоне низких нефтяных цен), переломивший двухлетнюю тенденцию и отыгравший 40% падения доходов 2014−15 гг.

Иными словами, экономика России в целом адаптировалась к новым реалиям. Будут ли реализованы предпосылки к оживлению — отдельный вопрос. Пока ЦБ с упорством, достойным лучшего применения, создаёт в экономике дефицит денег — ставка по-прежнему остаётся на запретительном уровне, несмотря на очевидное снижение инфляции (7,5% в годовом выражении на конец марта); при этом планы Центробанка по её дальнейшему снижению до практически «здоровой» нормы в кратчайшие сроки выходят за рамки сколько-нибудь рациональной политики.

Банковский сектор, судя по высказываниям его «грандов», демонстрирует традиционные признаки слабоумия без отваги, тормозя как кредитование реального сектора, так и потребительского спроса — отечественные банкиры, кроме всего прочего, успели основательно испортить себе репутацию «ответственных заимодавцев».

Тем не менее несомненно, что экономика проявила явную тенденцию как минимум проявлять устойчивость при наихудшей внешней конъюнктуре. Между тем, если не случится ничего экстраординарного, «базовый сценарий» ВШЭ по сырьевым рынкам традиционно окажется дурной фантастикой.

Как уже писалось, предпосылок для долгосрочного сохранения низких цен на углеводороды по сценарию 80-х сейчас нет просто в силу на порядок меньших объёмов свободных мощностей, истощения резервов конвенциональной нефти и роста себестоимости добычи. Так, недавний прогноз «Дойче Банка» указывает на тот очевидный факт, что при сохранении нынешних тенденций, мировая экономика столкнётся с довольно заметным дефицитом нефти — и быстрым ростом нефтяных цен — уже 2018-м. Однако и ранее $ 35 за баррель в течение нескольких ближайших лет не выглядят адекватным предсказанием.

При этом длительная рецессия уже при ценах порядка $ 50 выглядит почти невероятной — если только над этим основательно не потрудится «экономический блок» и советчики из ВШЭ.

Евгений Пожидаев, специально для EADaily

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2016/03/31/vshe-protiv-ekonomiki
Опубликовано 31 марта 2016 в 13:43
Все новости

11.12.2017

Загрузить ещё
Аналитика
ВКонтакте
Одноклассники
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами