«О возврате Южной Осетии Грузии или принятии в состав России не может быть и речи»

Для Южной Осетии 2015 год стал очередным качественным проявителем линии разделения между строительством государства и обустройством территории.

Сданы в эксплуатацию микрорайон «Северный», крупный спорткомплекс «Олимп», больница в городе Квайса и другие объекты. Хорошими темпами идет строительство театра в самом центре Цхинвала. Ожидается старт строительства главного корпуса ЮОГУ. Обустраиваются и облагораживаются улицы. Результаты весьма ощутимые.

Кардинально другая картина в экономике республики. Не сделано практически ничего. Нет новых сколько-нибудь значимых производственных предприятий, нет новых рабочих мест вне государственного сектора. Бюджет, как и раньше, формируется за счет российской помощи более чем на 90%. Нет опубликованных планов работ правительства и министерств.

Кто мешает развитию экономики Южной Осетии? Никто, просто нет должного количества экономически активного населения, способного привлечь инвестиции и создать прибыльные предприятия. Государство тоже не проводит никаких специальных программ по запуску экономики. Россия менее рискованным видит содержание республики, нежели ее экономическое развитие и никаких значимых усилий не прилагает. Экономика государства — одна из важнейших составляющих, и она может являться определенной угрозой для большой политики. Но для настолько дотационной республики, как Южная Осетия, этим риском можно пренебречь. К примеру, продукция абхазского производства успешно реализуется в крупнейших продовольственных сетях России.

Интеграционный договор. Основные политические силы Южной Осетии приписывают себе в заслуги подписание Договора о союзничестве и интеграции с Российской Федерацией. Сам факт договора информационно не сильнее факта признания Россией государственности Южной Осетии и Абхазии. Конечно же, подписание договоров РФ с РЮО и Абхазией вызвало определенный информационный всплеск и соответствующие протесты в Грузии и на кое-каких трибунах. Но логика здесь довольна проста — новый договор пришел на смену старому и новый договор переводит часть государственных институтов под соответствующие российские, тем самым делая их условными, что никак не противоречит основной политической линии РФ в регионе.

Надвигающиеся выборы президента. 2016 год обещает предвыборную активность политиков Южной Осетии. Между тем, избирателей мягко подводят к информации о том, что на сей раз кандидатов будет гораздо меньше, а, возможно, и самый минимум. Имена двух необходимых кандидатов мы уже знаем. Они плавно стерли из памяти свои предвыборные обещания о ликвидации избирательных цензов новыми, диаметрально противоположными заявлениями. Ценз — действующая преграда для всех непредсказуемых большой политике субъектов.

Естественно, люди судачат о предпочтениях российской стороны. Мы любим решать за Москву.

Я допускаю, что Кремлем, скорее, на полуофициальном уровне будет поддержан вариант смены власти. Это не принципиально, но соответствующие «рокировки» и обновления позволят взять паузу в обустройстве территории, ведь этот процесс тоже является частью строительства государства.

Сторонники президента Леонида Тибилова будут акцентировать внимание на политической стабильности, которая позволила снять поствыборное напряжение, образовавшееся в конце 2011 года и на результатах инвестпрограммы.

Конкуренты действующего президента не упустят возможности использовать в предвыборной кампании снижающийся в связи с обвалом рубля уровень доходов работников бюджетной сферы и отсутствие экономической политики.

Политика Россия — Грузия. На фоне резко ухудшившихся российско-турецких отношений значимость позиций Грузии несколько подросла. В связи с этим 17 декабря на ежегодной пресс-конференции президент Владимир Путин обозначил готовность восстановления отношений с Грузией и отмены визового режима для ее граждан. На следующий же день госминистр Грузии по делам примирения и гражданского равноправия Паата Закареишвили отметил: «Несерьезно говорить о России, когда мы должны говорить об Европе. Европа приняла решение, которое в миллион раз гораздо важнее для нас, нежели другие мероприятия». Речь идет о финальном отчете Еврокомиссии о выполнении плана действий по либерализации визового режима между Грузией и ЕС, согласно которому в скором будущем граждане Грузии получат возможность въезжать в Еврозону без виз сроком на три месяца.

Тем не менее, геополитика региона не изменится. «Возврат территорий» все так же остается для грузинских избирателей приоритетным требованием. Нет никакой готовности у Грузии входить в какие-либо (военно-) политические союзы ценой отказа от Южной Осетии и Абхазии. Понимают это и заокеанские кураторы, поэтому никаких нагнетающих действий не требуют. Они просто ждут.

С другой стороны, Россия не способствует развитию институтов государственности Южной Осетии и Абхазии. Ведь государственное строительство помноженное на время все же приведет Грузию к осознанию действительности, а это влечет вынужденный отказ от территорий и вступление в НАТО. Вступление Грузии в НАТО подтолкнет и Азербайджан, а далее снова актуализируется карабахский вопрос. Подобный сценарий перечит региональным интересам России и ставит ее союзника — Армению — в крайне неудобное положение.

Понимают и в Москве, что Грузия в обозримом будущем не пойдет ни на союзничество с Россией, ни на тот принцип федерализации, согласно которому регионы будут решать, чьи войска у себя дислоцировать. Любая другая геополитическая архитектура Грузии создает для России все те же риски. Грузии направлен продолжительный сигнал о возможностях урегулирования отношений. Другой политики у РФ в Закавказье нет. Россия не готова выводить войска из региона и терять над ним контроль.

Поэтому о возврате Южной Осетии и Абхазии Грузии или об их принятии в состав России не может быть и речи. Отсюда и узел. Ждут одни и другие.

Зураб Баззаев, специально для EADaily