• USD 63.32 +0.09
  • EUR 67.19 -0.88
  • BRENT 53.76 +1.41%

У «Исламского государства» нет потенциала для экспансии: интервью Фархода Толипова

Политолог Фарход Толипов. Иллюстрация: gazeta. uz

Узбекистан — чуть ли единственная страна постсоветского пространства, которая стоит в стороне от интеграционных процессов, в то время как одни рвутся на Запад, другие — под крыло России, а третьи посматривают на Восток. Пассивной кажется со стороны и внутриполитическая жизнь узбекского государства, а «задержка» с информацией о недавних крупных технологических авариях в духе советского прошлого породила предположение о большей закрытости Узбекистана, чем представляется. На ряд вопросов EADaily об Узбекистане ответил директор Негосударственного научно-образовательного учреждения «Билим карвони» («Караван знаний»), политолог (или бывший политолог — см. ответ на первый вопрос) Фарход Толипов.

Как вы относитесь к одному из последних указов министра образования Узбекистана, согласно которому политология объявлена лженаукой? Как это может отразиться на стране?

— Это не указ, а решение министерства. Раз оно принято, значит, оно действует. Особого влияния на ситуацию в стране это решение не имеет. Просто теперь не будет такой профессии — «политолог». К сожалению.

Ваше видение геополитического места и роли Узбекистана в Центральной Азии?

— Ответ займет не одну академическую лекцию. Если же вкратце, то я считаю, что Узбекистан призван быть локомотивом регионального сотрудничества в Центральной Азии. Это ключевое государство, от которого в решающей степени зависит геополитическая ситуация в регионе. Фактически после вступления Казахстана в Евразийский экономический союз (ЕАЭС) вопрос о лидере в Центральной Азии (хотя, на мой взгляд, это несколько раздутое или даже мифическое определение) решается в пользу Узбекистана. Поскольку Казахстан хочет быть не центральноазиатским, а скорее — евразийским государством. К сожалению, Узбекистан сегодня самоустранился от этой роли. Надеюсь, это временное явление.

Президент Ислам Каримов в своем недавнем выступлении подчеркнул, что Узбекистан не будет присоединяться ни к каким военно-политическим блокам. То есть борьба с «Исламским государством» (экстремистская организация, запрещенная в России и большинстве государств мира) будет вестись без Узбекистана? Но если Узбекистану потребуется помощь, то к кому обратится Ташкент? Тем более, что известно — на Узбекистан радикальные экстремисты имеют виды, а «Исламское движение Узбекистана» (ИДУ) (еще одна запрещенная организация) присягнуло на верность ИГ?

— Это неверное представление о борьбе с ИГ. Она не подразумевает создание нового военно-политического блока. Заявление Ислама Каримова, сделанное им 1 сентября о внеблоковости Узбекистана, не ново. Это известный принцип внешней политики государства, давно закрепленный законодательно. Если помните, то Узбекистан активно помогал силам международной коалиции в Афганистане, и для этого не было необходимости вступать в блоки. Стоит напомнить также, что президент Узбекистана на последнем саммите ШОС в Уфе предложил создать специальную комиссию под эгидой ООН для расследования действий ИГ и борьбы с ним.

Насколько реальна угроза вторжения ИГ или ИДУ в Центральную Азию?

— Думаю, она маловероятна. Они еще не вторглись (если употреблять именно этот термин) ни в одну страну и действуют на той территории, где и появились. В условиях международной мобилизации против ИГ, думаю, у этой организации не велик потенциал для территориальной экспансии.

В Москве ожидают визита президента Ислама Каримова. Речь может пойти о перспективах ЕАЭС. Не исключено, что Узбекистану могут предложить если и не вступать в этот интеграционный союз, то сотрудничество в каком-то виде. На ваш взгляд, есть ли перспективы у ЕАЭС и насколько полезно было бы присоединение Узбекистана к организации?

— А против сотрудничества никто и не выступал. Ташкент предлагал создать Зону свободной торговли между ЕАЭС и Узбекистаном. В нынешнем своем виде у ЕАЭС, думаю, мало перспектив: это сугубо политически или геополитически мотивированное объединение. Особенно странно, что форсируется якобы экономическое объединение в условиях экономического кризиса в той стране, которая сама инициирует его. А разве то, что Кыргызстан требует особых преференций и послаблений для себя в случае вступления в ЕАЭС не говорит о вынужденном вступлении, а не добровольном. Разве не выгоды и очевидные интересы должны определять интеграцию?

Как отразились на узбекской экономике, на национальной валюте экономический кризис, девальвации рубля и тенге?

— Негативное влияние санкций в отношении России ощущается и на экономике Узбекистана. Упала торговля некоторыми товарами. Например, сократились продажи узбекских автомобилей на российском рынке. Узбекские трудовые мигранты потянулись из России на родину. Курс узбекского сома падает. Такие последствия уже есть.

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2015/09/28/u-islamskogo-gosudarstva-net-potenciala-dlya-ekspansii-intervyu-farhoda-tolipova
Опубликовано 28 сентября 2015 в 16:35
Все новости
Загрузить ещё
Аналитика
ВКонтакте
Twitter
Нажмите «Нравится»,чтобы
читать EurAsia Daily в Facebook
Нажмите «Подписаться»,чтобы
читать EurAsia Daily во ВКонтакте
Спасибо, я уже с вами