Меню
  • $ 88.38 -0.73
  • 94.86 -1.34
  • BR 90.06 +0.64%

Тупик с выходом: бросок России в Сирию привел Запад в замешательство

Тема наращивания Россией военного присутствия в Сирии прочно обосновалась в зарубежных изданиях. Первые информационные вбросы со ссылкой на анонимные источники в спецслужбах и данные средств спутникового слежения в ближневосточных СМИ имели значительный пропагандистский уклон. Так, ставшие «первоисточниками» израильские ресурсы ввели в оборот «тысячу» российских военнослужащих, которые якобы дислоцированы в Сирии. Безусловно, элемент искажения реальности присутствовал в указанных сообщениях.

Что мы имеем на сегодня и какие развития можно ожидать от решения России усилить свои позиции в Сирии? То, что такое решение принято, пожалуй, не вызывает сомнений. Другой вопрос, в каких формах происходит подобное усиление и какие при этом ставятся цели.

Российское руководство заявило о сопряжённом появлении в Сирии новых партий продукции военного назначения и технического персонала. Прибывшие на место военнослужащие РФ займутся наладкой техники, инструктажем сирийских операторов. Указывается и на необходимость защиты вновь поступивших образцов вооружений и военной техники от потенциальной угрозы со стороны боевиков-исламистов. Данная задача возложена на ограниченный контингент морских пехотинцев РФ.

Россия рассматривает своё усиленное присутствие в Сирии в комплексном ключе, о чём, помимо прочего, свидетельствует решение приступить к серии учений в районе Восточного Средиземноморья. Первая фаза маневров проходит между 8 и 17 сентября, примерно в 70 км от сирийского порта Тартус. Российская сторона известила об учениях ВМФ в том же районе с 30 сентября по 7 октября.

В Москве пока предпочитают не вдаваться в более детальное изложение военных задач за рамками отмеченных целей. Впрочем, Кремль дал понять, что ни о каких «тысячах» солдат и офицеров ВС России в Сирии речь идти не может.

Запад пришёл в замешательство по двум главным причинам. Первое — до этого отлаженный морской маршрут поставки грузов военного назначения из Новороссийска в сирийский Тартус был дополнен полётами военно-транспортной авиации РФ. Российские Ан-124 и Ил-76 стали прибывать в провинцию Латакия. Отсюда у США и их ближневосточных союзников возник ещё один раздражитель. Стало ясно, что Москва не только наращивает присутствие в районе дислокации пункта материально-технического обеспечения своего флота в Тартусе (1), но и расширяет географические пределы военного базирования в Сирии. В Латакии россияне стали возводить инфраструктуру, которая была интерпретирована внешними наблюдателями в качестве «систем управления полётами», а также «штабных модулей». Что на самом деле возводится в прибрежной сирийской провинции, остающейся под контролем правительственных войск Башара Асада, могут уверенно ответить только в Минобороны и Генштабе России. Между тем, позволим себе предположить, что проявившаяся последовательность усиления России в Сирии — сперва поставки оружия и оборудования военными кораблями и затем прибытие в Латакию военно-транспортных бортов — указывает на возможное создание нового звена российского базирования в арабской стране. База в Латакии была переоборудована в рекордные сроки, получив возможность принимать тяжёлые воздушные суда.

Развёртывание России в средиземноморской полосе Сирии происходит настолько форсированно, что Запад во многом застигнут врасплох. Конечно, не обошлось без задействования американцами рычагов давления на некоторых европейских партнёров по НАТО. Греция и Болгария, через которые российские борта брали курс на Сирию, были поставлены в известность о крайнем неудовольствии США. Американцы привлекли и некоторые свои ресурсы влияния непосредственно в ближневосточном регионе, пытаясь скомпрометировать планы России по поддержке в трудную минуту сирийских властей. По дипломатическим и экспертным каналам вброшены сюжеты о намерении Москвы таким образом получить серьёзный фактор для дальнейшего «торга» с Западом не только в Сирии, но и по более широкой внешнеполитической повестке. Всё это сильно напоминает хаотичный поиск Вашингтоном неких аргументов, способных объяснить, почему произошёл сбой в прогнозировании шагов Москвы на ближневосточном направлении.

В сухом остатке на текущий момент мы имеем следующее. Россия проводит успешную операцию по расширению зоны военно-политического влияния на Ближнем Востоке. Пункт базирования в Тартусе впредь не может считаться достаточным для проецирования Россией своей мощи в регионе. В сирийских провинциях Тартус, Латакия, Хама, Хомс и Дамаск сосредоточены верные Асаду войска. Здесь находится бóльшая часть населения страны, которая пока не влилась в нынешний поток беженцев в Европу. Указанные провинции стали называть «Малой Сирией» или «Алавистаном», учитывая концентрацию тут всей алавитской общины страны. Россия пришла в Латакию с целью не допустить геноцида сирийских алавитов. Это одна из стратегических целей Москвы в Сирии, к тому же носящая гуманистический характер. В тактическом плане может ставиться задача прикрытия Дамаска на наиболее сложных участках прохождения линии фронта. В начале сентября была зафиксирована попытка боевиков «Исламского государства»* просочиться в сирийскую столицу с южного и восточного направлений, являющихся уязвимыми для атак джихадистов. В перспективе с возможного модульного компонента (авиация и армейский спецназ) России в Латакии могла бы оказываться поддержка оборонительных рубежей Дамаска и прилегающих к нему районов.

Вместе с Москвой оборонительную миссию в Сирии несёт и Тегеран. Но основные ресурсы иранской стороны задействованы в Ираке. На сирийском же направлении они собраны в кулак на границе с Ливаном, где джихадистам оказывается достойный отпор. Конечно, не без участия бойцов ливанского движения «Хизбалла» и ограниченного контингента Корпуса стражей Исламской революции (КСИР) Ирана.

Призыв России создать единый фронт борьбы с ИГ* и другими экстремистскими группировками не был воспринят должным образом. Многие на Западе и Ближнем Востоке посчитали озвученные Москвой предложения лишь внешнеполитическими декларациями, не имеющими под собой предметной основы. Заметим, что между проявленным Соединёнными Штатами, другими западными и ближневосточными державами безразличием к российской идее и форсированным усилением Москвы в регионе прошли считанные дни. Если ещё остаются такие силы, которые не воспринимают сказанное Россией всерьёз, то их надо было отрезвить уже не словами, а конкретными действиями.

США и их союзники по так называемой «антиджихадистской» коалиции постепенно разворачивают свой военный потенциал с Ирака на Сирию. В течение первой декады текущего сентября сразу несколько участников склоченной американцами коалиции заявили о намерении расширить свою миссию на Сирию. Франция решила приступить к разведывательным полётам в сирийском воздушном пространстве. ВВС Великобритании стали наносить точечные удары по позициям ИГ* силами своей беспилотной авиации. Даже расположенная за тысячи морских миль от Сирии Австралия изъявила желание принять участие в ударных воздушных операциях в Сирии. При этом все указанные страны, а также сами США, фактически в один голос говорят о том, что «разгром ИГ* в Ираке невозможен без нанесения группировке поражения в Сирии». Возникает вопрос, почему Россия должна быть менее заинтересована в разгроме терроризирующей весь Ближний Восток организации, чем, например, Австралия? Получается, что австралийские многоцелевые истребители F/A-18 могут рассекать небо Сирии вдоль и поперёк, а России лучше воздержаться от активных действий в регионе?

Не вызывает сомнений тот факт, что Москву и Тегеран пытаются держать на дистанции от Сирии из-за оказываемой ими поддержки войскам Асада. Тогда спрашивается, как можно эффективно бороться с ИГ* без вступления в рабочий контакт с единственной на сегодня в Сирии наземной силой, дающей жёсткий отпор «экстремистскому интернационалу»? Дамаск не исключён из ООН, сирийские власти признаются законными не только Россией и Ираном, но и множеством стран-членов всемирной организации. Россия имеет военно-политические договорённости и оружейные контракты с сирийским правительством, реализация которых ныне вступила в свою активную фазу.

Напомним, коалиция арабских стран Персидского залива под эгидой Саудовской Аравии с 26 марта этого года крушит всё, что попадается на пути их боевой авиации в Йемене. С начала сентября аравийцы развернули сухопутную операцию против йеменских повстанцев-хуситов. В Йемене находится 10-тысячная группировка стран Залива, которая в ближайшие дни будет уплотнена новыми подразделениями интервентов. Хотя Совет Безопасности ООН принял в апреле известную резолюцию 2216, но возможность военного вмешательства внешних сил в дела суверенного государства там не прописана.

В документе главного органа Объединённых Наций содержится требование о выводе военных формирований хуситов из столицы Йемена Саны. Он также предусматривает эмбарго на поставки шиитским повстанцам оружия и введение санкций против руководства мятежного движения «Ансар Алла». Но формулировка «предпринимать любые меры», которая, по сложившейся в международной юриспруденции практике, даёт право на силовые методы осуществления решений ООН в резолюции 2216 отсутствует. Для этого требовалась особая санкция Совбеза ООН, но на такую «мелочь» в Эр-Рияде сочли не нужным обращать внимание. Крупнейшая арабская монархия объяснила свои действия фактом наличия договорённостей с законными властями Йемена (йеменское правительство президента Абд Раббу Мансура Хади в изгнании).

Мы решили упомянуть этот ближневосточный «эпизод», хотя имеется множество его аналогов (вспомним, например, вторжение саудовских войск в Бахрейн в марте 2011 года, опять-таки по просьбе местного правительства, но в обход резолюции Совбеза ООН), думается, по понятным причинам. В Дамаске тоже сидит законное правительство, пусть и его легитимность Соединённые Штаты и их союзники оспаривают с пеной у рта. И это правительство обратилось за помощью к Москве. Если согласовывать свои планы с партнёрами в Совбезе ООН, добиваясь необходимой координации действий, ныне не в чести у ряда ближневосточных и внерегиональных сил, то с какой стати от России требуется точное соблюдение международно-правовых норм?

Далёкая от своего завершения история с неадекватной реакцией Запада на принципиальные шаги России в Сирии подчеркнула одну из главных составляющих кризиса в отношениях Москвы с евроатлантическими столицами. России планомерно отказывается в праве принимать суверенные решения на международной арене. Дело доходит до совершенно жутких по своей нелогичности и откровенно русофобских заявлений западных лидеров. В особенности на этой стезе выделяется президент США Барак Обама, чей срок на посту главы государства клонится к завершению. Возможно, президент-демократ решил задобрить республиканцев в Конгрессе после их «неудачи» вокруг ядерной сделки с Ираном, представ в образе борца с «имперскими замашками» России. Но получилось это у него крайне неубедительно. Впрочем, уже далеко не в первый раз.

Выступая в американском Форт-Миде, Обама назвал «большой ошибкой» поддержку Россией президента Сирии Башара Асада. Российская стратегия, которая заключается «в удваивании ставки на Асада», по его мнению, «обречена на провал» и не заставит США изменить свою политику. Большая обида американского лидера на российское руководство рвётся наружу. Как далее заметил Обама, если бы Кремль сотрудничал с международной коалицией во главе с США, это помогло бы найти политическое решение конфликта в Сирии.

Самое интересное, что верховный главнокомандующий ВС США озвучивает свои мысли практически параллельно с критическими оценками, высказываемыми профессиональными американскими военачальниками из высшего армейского командования страны. На днях председатель Объединённого комитета начальников штабов ВС США Мартин Демпси признался, что боевые действия коалиции против «Исламского государства»* (ИГ*) зашли в тупик. Отвечая на вопросы группы журналистов, американский генерал указал на постигший антиджихадистские силы «тактический тупик» в их борьбе против террористической группировки. Получается, Обама зазывает Россию в тот механизм, который его подчинённые генералы прямым текстом называют неэффективным, находящимся в «тактическом тупике». А может цель США в том и состоит, чтобы завести операцию против ИГ* в тупик, тем самым углубляя и пролонгируя хаос?

Итак, пока ведомая США коалиция пребывает в тупике, России самое время предложить альтернативные подходы. Важно, что запрос на такую альтернативность проявляется не только в лагере евразийских сил, лидерами которого выступают Россия, Китай и тяготеющий к ним Иран. Партнёры Вашингтона по НАТО и по коалиции в Ираке приступили к коррекции своего сирийского курса, отказываясь от жёсткого следования американскому «догмату» о необходимости скорейшего отстранения Асада от власти. Симптоматичные заявления по данному поводу уже последовали из Лондона и Парижа.

Россия сделала бросок в Сирию, спутав многим на Западе и Ближнем Востоке карты. Впереди сложные дипломатические баталии и не менее ответственные военно-политические приготовления к решающей схватке в многострадальной арабской стране.

(1) Пункт материально-технического обеспечения (ПМТО) ВМФ РФ в порту Тартус — до последнего времени был единственным российским военным объектом в дальнем зарубежье. Соглашение о его аренде было подписано с правительством Сирии ещё в 1971 году. ПМТО создавался для обеспечения ВМФ на Средиземном море, в первую очередь ремонта и снабжения кораблей 5-й оперативной эскадры, которая решала боевые задачи на Средиземноморском театре военных действий в период «холодной войны». Тогда её основным противником являлся 6-й оперативный флот ВМС США. Эскадра была расформирована 31 декабря 1992 года, через год после распада Советского Союза. В июне 2013 года в Средиземном море сформировано постоянное оперативное соединение ВМФ России. Соединение подчинено командующему Черноморским флотом РФ.

Ближневосточная редакция EADaily

*Террористическая организация, запрещена на территории РФ

Постоянный адрес новости: eadaily.com/ru/news/2015/09/14/rossiyskiy-brosok-v-siriyu
Опубликовано 14 сентября 2015 в 12:16
Все новости
Загрузить ещё
ВКонтакте