Арташес Гегамян: Конституционные реформы продиктованы острыми вызовами безопасности Армении

С большим вниманием ознакомился с публикациями различных авторов и политических деятелей касательно первых 7 глав новой редакции Конституции Армении. В них почерпнул много интересных мыслей как в защиту предлагаемых конституционных изменений, так и оспаривающих их необходимость. Были также и публикации, ничего общего не имеющие с существом предлагаемых изменений, которые носили всего лишь заряд низкопробной персонифицированной брани и охаивания той огромной работы, которая была проделана Комиссией по конституционной реформе при президенте Республики Армения. Отмечу, что и подобные публикации, за которыми торчали уши амбициозных политиков, не имеющих политический опоры в обществе, были также нужны, так как за ними четко просматривалось интеллектуальное убожество их авторов. Но разговор, естественно, пойдет не о них, а о существе предлагаемых реформ и степени их востребованности.

Первое, о чем хотелось бы сказать, это то, что, анализируя публикации, приходишь к выводу, что большинство их авторов все свои доводы и выводы делают сравнивая отдельные статьи и параграфы Конституции (в их новой редакции) с теми реалиями нашей жизни, которые сложились в условиях действующей Конституции. Читатель может вполне резонно спросить, а с чем же тогда их сравнивать? Такая постановка вопроса, на первый взгляд, может показаться вполне уместной. Но это лишь на первый взгляд. Поясню, что имеется ввиду.

Итак, по итогам выборов в Национальное Собрание Армении 12 мая 2012 года Республиканская партия Армении сформировала в НС фракцию, которая имеет простое большинство голосов 50% + 1 единица (голосов). Таким образом, президент Армении Серж Саргсян, который одновременно является председателем правящей Республиканской партии, в рамках своих полномочий, установленных Конституцией страны, может рассчитывать на поддержку парламента в принятии инициированных им законов. Сложившееся соотношение политических сил в НС Армении за прошедшие 8 лет позволяли президенту страны выступать с судьбоносными заявлениями и инициативами. К их числу, бесспорно, следует отнести парафирование 10 октября 2009 г. армяно-турецких протоколов «Об установлении дипломатических отношений между Республикой Армения и Турецкой Республикой» и «О развитии двусторонних отношений между Республикой Армения и Турецкой Республикой».

Конечно же, к этому ряду следует отнести и заявление президента Армении от 3 сентября 2013 года о намерении Армении вступить в Таможенный, а затем и в Евразийский экономический союз (ЕАЭС). В этой связи следует особо отметить и вторую часть заявления президента Армении, где он четко объявляет о намерении продолжить работу по дальнейшему развитию всесторонних отношений с Евросоюзом в рамках программы «Восточное партнерство». Более того, Серж Саргсян от имени армянского государства выражает готовность продолжить переговоры с ЕС, имея целью подписание Ассоциативного соглашения с Евросоюзом, которое не будет содержать в себе положений, несовместимых с обязательствами Армении, принятыми по условиям вхождения в ЕАЭС.

Время, прошедшее с тех пор, убедительно подтвердило безальтернативность принятого президентом страны и одобренного парламентским большинством решения о вхождении в ЕАЭС. Достаточно вспомнить о событиях, которые имеют место быть за последние два года, после Вильнюсского саммита «Восточного партнерства», на Украине. Здесь уместно вспомнить и то, что записано в Рижской декларации саммита «Восточного партнерства"(22 мая 2015 года). В частности, в документе говорится: «Участники саммита приветствуют шаги, предпринятые после Вильнюсского саммита 2013 года, в развитии дифференцированных двусторонних отношений между ЕС и каждым из его партнеров. Участники приветствуют достигнутое общее понимание рамок для будущего соглашения между ЕС и Арменией, направленного на дальнейшее развитие и укрепление их всестороннего сотрудничества во всех областях, представляющих взаимный интерес». Следует отметить формулировку «приветствуют достигнутое общее понимание рамок для будущего соглашения между ЕС и Арменией».

Ведь после 3 сентября 2013 года политика Армении в данном вопросе не претерпела никаких изменений, а вот политика ЕС была скорректирована, стала более прагматичной в вопросе учета национальных интересов Республики Армения. Думается, что на политику ЕС повлияли и события на Украине. И в этой связи хотелось бы вспомнить о заявлении канцлера ФРГ Ангелы Меркель, сделанном накануне Вильнюсского саммита «Восточного партнерства»: «Армения выбрала в этой ситуации вступление в Таможенный союз России, Белоруссии и Казахстана, и таким образом отказалась от парафирования договора об Ассоциации и Соглашения о свободной торговле с ЕС. Конечно, мы принимаем это решение. В то же время мы ищем пути для будущего сотрудничества между ЕС и Арменией. Оно не будет иметь особого качества сотрудничества, как с Грузией и Молдовой, но Армения является важным партнером ЕС». Спустя 2 года 20 мая 2015 года, выступая в Бундестаге накануне отъезда на саммит «Восточного партнерства» в Риге, канцлер Германии Ангела Меркель заявила: «Евросоюз утверждает право каждого государства-участника программы «Восточное партнерство» искать собственные пути развития, сохраняя при этом сотрудничество с ЕС… Мы уважаем решение Армении, которая, помимо интенсивных переговоров с ЕС, ищет более тесное экономическое сотрудничество с Россией, Евразийским экономическим союзом».

Я вовсе не случайно особо отметил большое значение парафирования Арменией Цюрихских (2009 года) протоколов с Турцией. Именно этот исключительно взвешенный шаг политического руководства Армении показал миру высокий уровень государственного мышления в условиях крайнего роста напряженности на пространстве Большого Ближнего Востока, нацеленного на смягчение напряженности в нашем регионе. Этот шаг с новой стороны подчеркнул конструктивный подход Армении даже в столь чувствительном для нашей нации вопросе, каким является нормализация отношений с Турецкой Республикой, правопреемницей Османской империи, осуществившей в 1915—1923 гг. Геноцид армян. С Турцией, которая в основу своей внешней политики ставит отрицание Геноцида армян. Более чем уверен, что именно конструктивная позиция Армении снискала уважение и симпатии прогрессивной мировой общественности, которые проявились в мемориальные дни 100-летия Геноцида армян. Здесь трудно переоценить слова Папы Римского Франциска, произнесённые 12 апреля 2015 года в соборе Святого Петра во время Священной литургии, посвященной памяти жертв Геноцида армян. Напомним, что центральное место в своей проповеди понтифик посвятил убийствам армян в Османской Турции. Папа Франциск назвал эти события «первым геноцидом двадцатого века». «Геноцид армян предшествовал тем ужасам, которые ждало человечество в следующее столетие», — подчеркнул понтифик.

После этих, казалось бы, отступлений от конституционных реформ представим себе, как бы развивались события в случае, если президент Армении Серж Саргсян не имел бы в Национальном собрании большинства. Мы же прекрасно помним, что отнюдь не все политические силы, представленные в парламенте Армении, с восторгом восприняли парафирование Арменией Цюрихских протоколов, решение о вхождении Армении в ЕАЭС. Ведь в случае неодобрения Национальным собранием этих по праву судьбоносных решений, ведущие страны мира усмотрели бы в лице Армении ненадежного партнера. Уже не приходится говорить о возможных катастрофических последствиях, которые могли бы иметь место при подобном развитии событий.

Не менее опасными могли быть последствия, связанные с урегулированием Нагорного-Карабахского конфликта. Поясню, что под этим подразумеваю. Президент Армении, Республиканская фракция в парламенте неоднократно подчеркивали необходимость поиска путей мирного урегулирования Нагорного-Карабахского конфликта в рамках переговорного процесса под эгидой Минской группы ОБСЕ. Не новость, что представители одной из парламентских фракций неоднократно выступали с законодательной инициативой о признании независимости Нагорного Карабаха. Случись такое, многолетние усилия президента, министерства ино странных дел канули бы в лету, азербайджанское же руководство получило бы долгожданный подарок, а именно: упразднение института Минской группы ОБСЕ, фактически инициированное армянской стороной. Нетрудно представить, каким бы стало после этого отношение к Еревану стран-сопредседателей Минской группы — Франции, России и США, их президентов, которые пять раз выступали с заявлениями и декларациями по мирному урегулированию конфликта. Так вот, такое могло случиться, если бы президент страны не опирался на большинство в НС Армении.

Теперь о самом главном. Предлагаемые конституционные реформы в той части, где определены полномочия президента, Национального Собрания, премьер-министра и правительства делают практически невозможной подобную ситуацию, когда имеет место разрыв в подходах к важнейшим проблемам и вызовам, стоящим перед нашим государством. Посредством каких механизмов и рычагов решается эта исключительно важная задача обеспечения стабильности армянского государства — вопрос к ученым-специалистам Конституционного права. С удовлетворением хотелось бы отметить их высокий профессионализм, превалирование государственного подхода при разработке нацеленного на будущее текста Конституции Армении. Речь конечно же о всех членах комиссии по конституционным реформам при президенте.

Подтверждение сказанных мною оценок каждый из непредвзятых политиков, граждан Армении, да и специалистов конституционного права может увидеть и услышать посмотрев видеозапись с пресс-конференции Вардана Погосяна и Грайра Товмасяна, состоявшейся 17 июля т.г. в зале заседаний Конституционного суда.

Арташес Гегамян — депутат Национального собрания от Республиканской партии Армении, руководитель постоянной делегации Национального собрания Армении в Парламентской Ассамблее ОБСЕ, председатель партии «Национальное единение».