В сотрудничестве с Европой Россия будет использовать «страховочную сетку», поскольку убедилась в ненадежности «западных партнеров». Об этом заявил министр иностранных дел России Сергей Лавров в эфире программы «Москва. Кремль. Путин».
Лавров напомнил, что санкции со стороны Запада появились задолго до референдума в Крыму или событий на Украине. При Бараке Обаме антироссийские санкции были запущены, когда в России от преследования властей США скрывался Эдвард Сноуден, разоблачивший «неправомерную, нелегитимную, во многом преступную деятельность структур США, которые пытались в различных зарубежных странах продвигать неприемлемые подходы, подрывать законные правительства».
«За эти годы мы убедились в ненадежности наших западных партнеров, включая, к сожалению, членов Европейского союза», — подчеркнул министр.
Он с сожалением отмечает, что Евросоюз «пошел по пути принесения в жертву своих геоэкономических, стратегических интересов в угоду сиюминутным желаниям не отстать от США» в том, что называется «наказание России». Поэтому все будущие планы Москва будет выстраивать с использованием «страховочной сетки».
«То есть обеспечить себе все возможности, чтобы, если ЕС останется на своих негативных, деструктивных позициях, мы не зависели от его прихотей и могли обеспечивать свое собственное развитие самостоятельно и в партнерстве с теми, кто готов к сотрудничеству на равноправной, взаимоуважительной основе», — пояснил Лавров.
Напомним, о возможности введения новых санкций в отношении России заговорили после «отравления» российского блогера Алексея Навального. Власти Германии заявили, что российский оппозиционер был отравлен, но никаких доказательств не предоставили.

Путин посетит Омск
Культовый американский рокер ушел со сцены в Нью-Йорке со словами «мне больно»
Режиссер высказался о первой роли Ефремова в кино после колонии
Очень опасный инструмент: Россия готовит супермощный удар по Киеву с ракетами КНДР
Трамп всё опошлил: Канада не пустила делегацию США на открытие моста Горди Хоу
Как Трамп скажет: Зеленский готов заключить мир хоть в Белом доме, хоть в Мар-а-Лаго